Чтение онлайн

– Да, бабушка, - сказала тихо Настя.
– Прости меня, пожалуйста.

Похоже, что Настя здорово испугалась бабушкиного гнева.

– Настя, милая, - бабушка подошла к ней и обняла.
– Ты так похожа на Сашеньку! Он тоже мог довести меня до белого каления буквально несколькими фразами!
– она погладила её по голове и добавила: - Я больше не сержусь. Но ты должна извиниться перед братом, ведь ты его обидела.

– Прости, - Настя повернулась ко мне и извинилась уже передо мной.
– Я вела себя недостойно. Извини меня.

– Да ладно, - махнул я рукой.
– Забыли.

– Ну вот и замечательно!
– бабушка наконец улыбнулась и добавила: - Настя, Сергей, пойдите погуляйте в сад, я позову вас к обеду. И постарайтесь не ругаться. И вот ещё что, Сергей хоть и силён, но начал серьёзно изучать псимагию совсем недавно. Будь любезна, преподай ему несколько уроков. Ведь ты у нас лучшая в своём классе, правда?

– Что? – похоже, Настю такая перспектива вовсе не обрадовала.
– Мне ещё и учить его придётся?! Это что, такое наказание, да, бабушка?

– Можешь считать так, если тебе угодно, - тон бабушки упал ниже нуля.
– Настя, ты опять начинаешь?

– Нет-нет! Хорошо, бабушка, - кивнула Настя.
– Как скажешь! Я буду его учить, если тебе так хочется.

– Пойдём!
– бросила она мне и бегом выбежала из столовой.

– Постарайся с ней подружиться, - сказала мне бабушка тихо.
– Она хорошая девочка, но у неё сложная судьба и характер как у Сашеньки. Прости её.

– Я постараюсь, бабушка, - кивнул я головой и тоже вышел из столовой.

Я нашёл свою сестру во дворе, она прямо прыгала от нетерпения.

– Ну сколько тебя можно ждать???
– спросила она, как будто я задержался не на пару минут, а как минимум на час.
– Полетели!

Она опять подпрыгнула и взлетела на пару метров над землёй. Я тоже оторвался от земли и полетел за ней. Левитация была одним из моих любимых занятий, как практически у каждого псимага моего возраста. Ведь летать – это просто здорово!

Мы летели невысоко, всего лишь метрах в пяти над садом. Наконец, Настя опустилась на землю. Мы оказались на довольно большой ровной лужайке, покрытой шелковистой травой. Настя обернулась ко мне и устроила полудопрос-полуэкзамен по поводу моих познаний псимагии. Примерно через десять минут она просто кипела от ярости.

– Святая Богоматерь! Ну, что ты за дебил! Ты ведь не восьмилетний несмышлёныш! Тебе почти шестнадцать! Ты же на полгода меня старше! И ты парень! Скажи, ты вообще хоть немного учился? Да тебе нужно давать не пару уроков, а учить с НУЛЯ!!!

– Прости, - виновато сказал я.
– Я начал нормально учиться только три месяца назад.

– А до этого что ты делал? Только не говори мне, что твои способности открылись совсем недавно! У тебя абсолютно сформировавшаяся псимагическая аура, да ещё и с многослойной защитой!

– Нууу...
– протянул я.
– Ты можешь мне не верить, но я скрывал свои способности.

– ЧТО??!
– Настя была просто поражена.
– Ты хочешь сказать, что скрывался от проверяющих?! Серьёзно?

– Угу, - подтвердил я её догадку.
– В семь лет я выучил плащ обывателя, и с тех пор это стало моим талантом.

– Дааа...
– только и смогла сказать моя сестра.
– Как же ты вообще попался? Ведь даже я не смогла его пробить!

– Да, я немного сглупил. Знаешь, когда эмоции захлёстывают, часто делаешь то, о чём потом сильно жалеешь.

– Ты применил псимагию у всех на глазах?
– догадалась она.
– Перед девчонкой, наверное?

– Ну что-то типа того...
– ответил я. Мне не хотелось снова вспоминать эту историю. – Может, всё же потренируешь меня немного?

– Ха! Ну ладно! Но пощады не жди, сам напросился!

Мы встали друг перед другом и устроили небольшую дуэль. И как я ни старался, но Настя выиграла. Так повторилось ещё пять раз. Наконец она махнула рукой и сказала:

– Святая Богоматерь! Ты что, ничего кроме шаблонных матриц создавать не умеешь?

– А что не так?
– недоумённо спросил я.
– Разве не этому учатся все псимаги?

– О Святая Богородица! Ты ведь не середняк! Ты Ас! Тебя что, не учили менять параметры матриц?

– Что?! А разве их можно менять?

– Нет, я с тобой просто с ума сойду! Это именно то, что должен уметь любой псимаг А класса! Ты думаешь, мы от низших классов отличаемся только уровнем силы?

– Да, а чем же ещё?

– Нет, ты и правда дикарь!
– в сердцах воскликнула Настя.
– Хорошо. Слушай внимательно. Псимаги разных классов отличаются не только тем, сколько энергии они могут через себя пропустить. Но и тем, что насколько хорошо они видят и чувствуют энергетические потоки. Середняки и доходяги видят только грубую форму энергоструктур, они способны их копировать, но неспособны увидеть и тем более понять, почему энергоструктура имеет такую форму, а не какую-то другую. Псимаги класса B уже могут видеть тонкие детали энергоструктур и могут вносить в них грубые правки, чтобы изменить их. То есть, например, заменить один вид стихийной энергии на другой, чтобы вместо огненного шара получился электрический или ледяной. И только мы, псимаги класса А, можем видеть все детали энегроструктур, а при некоторой практике мы можем даже интуитивно понять, что нужно сделать в чужой структуре, чтобы она сработала неправильно или не сработала вообще. На это, конечно, немногие способны, но такие уникумы есть.

– Ты должен научиться не только применять матрицы заклинаний. Это у тебя как раз уже хорошо получается, но и научиться на ходу менять их параметры, приспосабливая под текущий момент. Понял?

– Кажется, да, - ответил я задумчиво. То что рассказала мне Настя было поразительно, и мне было непонятно, почему никто не упоминал об этом в Одинцовке. Они ведь наверняка знали об этом, не могли не знать!

Следующий час мы усиленно занимались. С меня сошло семь потов, но и Настя, похоже, устала. Наконец она сказала, что хватит, и мы уселись под большим развесистым клёном, растущим на краю лужайки.

– Скажи, - прервала она повисшее на пару минут молчание.
– Ты помнишь отца?

– Нет, - сказал я после секундного раздумья.
– Я даже не уверен, что он знал о моём появлении на свет.

– А я вот помню, но совсем плохо, - проговорила она, прислоняясь к дереву и смотря в небо.
– Когда он уехал, мне было всего два года. Я помню только сильные руки, которые подбрасывали меня, а я смеялась. А вот лицо... лицо я его совсем не помню, - в голосе Насти послышалась явная грусть.