Чтение онлайн

Без приключений добравшись до магазина, я купила продукты, еды для своего пса, и вещи первой необходимости. Так же зашла в аптеку, и приобрела самое лучшее средство от синяков. Реакция девушки на количество тюбиков, которое я озвучила, меня повеселила. Настроение стало подниматься.

Дома я занялась делами. Отдраила всю квартиру, приготовила еды, погуляла с Данку. Так не заметно настал вечер, а я валилась с ног от усталости. Перед тем как лечь спать, я решила позвонить Веронике Игоревне.

— Васенька, здравствуй, — услышала я в трубке уже после первого гудка, — а я вот все Лии звоню. Надеюсь, что она возьмет трубку.

— Здравствуйте, — поздоровалась я, — я тоже ей звоню постоянно. Есть какие-нибудь новости?

— Нет, как сквозь землю провалилась, — всхлипнула Вероника Игоревна, — а ты узнала что-нибудь?

— Вероника Игоревна, я наняла частного детектива, он уже занимается поисками Лии, — сказала я, — вчера был первый отчет о проделанной работе. Он опросил соседей, просмотрел некоторые камеры наблюдения, и узнал, что Лия отправилась поздно вечером в парк.

— В парк? Что же ей понадобилось в парке вечером? — изумилась мама Лии, — и Вася, ты скажи, сколько стоят его услуги, мы покроем все расходы.

— Что вы, — воскликнула я, — не нужно, у меня есть деньги. Лия мне не чужой человек, так же как и вы. Я вполне могу сама все оплатить.

— Ну, хоть часть расходов покроем, — настаивал на своем Вероника Игоревна.

— Поговорим об этом завтра, — сказала я, — во сколько будем встречаться?

— Я хотела утром поехать, — вздохнула она, — сил нет больше, терпеть.

— Я понимаю, — грустно сказала я, — тогда завтра я подъеду к девяти утра в отделение.

— Спокойной ночи, — сказала Вероника Игоревна.

— Спокойной ночи, — попрощалась я, и положила трубку.

Телефон тут же раздался мелодией, и я опять поморщилась. Вот зачем он звонит? Ведь не думает же он, что после всего я возьму трубку. Скинув вызов, я опять отключила телефон. Что же делать? Номер поменять? Или добавить его в черный список? Надо будет подумать над этим.

Ночь опять прошла беспокойно. Все-таки надо обратиться в больницу, ребра меня очень сильно беспокоят, так же как и голова. А еще я думала, писать ли заявление на Марка. Не то что бы я покрывала его, или жалела. Нет, я была бы рада тому, что его накажут. Но у него были очень влиятельные знакомые, которые были связаны с правоохранительными органами. Поэтому я не питала иллюзий по поводу наказания. Как бы меня саму не выставили идиоткой.

Утром встала за три часа до выхода. Хорошо, что на улице в это время темно, и я спокойно погуляла с Данку. Покормив и его и себя, я наложила макияж, и с тяжелым сердцем отправилась к участку. Что отвечать на вопросы Вероники Игоревны по поводу своего состояния и внешности? Не имела никакого понятия. Но рядом с ней быть в эти часы я была обязана.

Выйдя из такси, сразу же увидела Веронику Игоревну, и Николая Федоровича возле крыльца.

— Здравствуйте, — поздоровалась я с ними. Желать доброго утра было бы жестоко. Сейчас у нас не бывает добрых дней.

— Вася? Что с тобой случилось милая? Кто это сделал? — взяв мое лицо в ладони, Вероника Игоревна обеспокоенно осматривала меня.

— Все хорошо, — постаралась я улыбнуться.

— Ничего хорошего, — пробасил Николай Федорович, — это тебя так твой мужик отходил?

— Николай Федорович, Вероника Игоревна, я сама разберусь с этим, — сказала я строго, — сейчас это не первостепенно. Пойдемте подавать заявление.

— Детка, давай после мы поедем к нам в гости. И ты нам все расскажешь, — сказала она, — обещаю, что не будем вмешиваться. Просто выговоришься.

— Хорошо, — согласилась я, — обязательно заедим.

В участке мы провели часа три точно. У меня сразу взяли показания, я дала контакты частного детектива, может хоть так у них пойдет дело быстрее. Следователь, которому дали дело, был достаточно молодым. Этот факт не понравился родителям Лии, а меня вполне устроил. Молодой, значит есть желание и энергия. В их деле это главное.

— А вы не хотите подать заявление? — спросил он, всматриваясь в мое лицо.

— Я? — не поняла я вопроса, — зачем вам еще одно заявление? Разве не хватит заявления от родителей?

— Вы меня не правильно поняли, — улыбнулся он, — не по поводу вашей подруги. Заявление о побоях.

— А вы об этом? — прикоснулась я рукой к щеке, — не думаю, что это что-то даст.

— Почему же? — поднял он брови в удивлении, — или вы настолько не верите в полицию?

— Верю, но вряд ли я смогу что-то добиться, — опустила я глаза, стыдно то как, — у человека, который это совершил, есть связи. Если вы понимаете, о чем я.

— К сожалению, понимаю, — сказал он, нахмурившись, — но если передумаете, вы приходите. Я постараюсь дать вашему делу максимальный ход.

— Вы лучше максимально займитесь поисками пропавшей, — сказала я, — а синяки заживут, человек забудется. Лучше сейчас сосредоточить внимание на Лии.

— Все-таки, вы подумайте. До свидания, — попрощался следователь.

Попрощавшись я вышла из отделения. Родители Лии меня ждали в машине.

— Ну, как все прошло? — спросила меня Вероника Игоревна.

— Нормально. Я дала контакты Давида Игнатьевича, может так дело пойдет быстрее, — сказала я, и достала телефон, что бы предупредить детектива, звонить не стала, просто написала смс.

— Слишком молод следователь, не опытен, — хмуро сказал Николай Федорович.

— Это наоборот хорошо, — сказала я, — не в том, что он не опытен. А в том, что молод. Больше стремления показать себя, больше энергии.

— Может ты и права, — вздохнула Вероника Игоревна, — поехали, Коль, будем Васю чаем отпаивать.

Просидев часа три в компании родителей Лии, я рассказала им все, что у меня произошло с Марком. Вероника Игоревна ласково меня гладила по голове, она просто слушала, и не давала советов, просто дав мне выговориться, и поддержав. Мне действительно стало как-то легче, но я чувствовала, что этого не достаточно. Я медленно, но верно начала погружаться в отчаянную депрессию, как бы сильно я этому не сопротивлялась.