Чтение онлайн

– - Добрый день, хозяин.

Старичок засмеялся, продемонстрировав изрядно поредевшие зубы:

– - День такой же хороший, как я -- хозяин этих хоромов.

– - А что, разве нет?
– - подхватил шутливый тон Нумизмат.
– - Я думал, это твой домишко.

Дед снова засмеялся:

– - Я за свою жизнь и на туточкино крыльцо не скопил. Мне б его загнать кому, на всю оставшуюся жизнь хватило б водки горло полоскать.

Силин глянул на роскошное мраморное крыльцо размером с волейбольную площадку и согласно кивнул головой:

– - Да, это верно. Богатое крылечко. А что ж это у тебя никто не работает?
– - Силин кивнул на недостроенные стены.

– - Да хозяина, говорят, убили. Вроде бы вместе с машиной подорвали.

– - А чего же ты тогда здесь сидишь?
– - удивился Михаил.

– - Как что? Охраняю объект. Деньги на месяц вперед уплачены, а там, глядишь, и новый хозяин найдется. Вон ту хибару с пиками видишь?
– - старик кивнул на "готический храм".

– - Ну? Хорошая хибара!

– - Вот, пока ее строили, двоих хозяев похоронили. Понял?

– - Ясно.

– - А ты чего тут блукаешь? Из газеты, что ли? До тебя уж тут было несколько, иные и с камерами, меня, старого пня, снимали. Обещали по "ТВ-6" показать.

– - Да нет, я не журналист, строитель. Работенку хочу подыскать. Только смотрю, здесь одна нерусь работает.

– - Это верно. Немцы, турки, австрияки. Разве что вон там, -- дед кивнул в сторону заветной розовой крыши, -- наши пашут, да и то с Хохляндии. Сходи туда, может, примут.

– - Попробую, -- сказал Силин и на прощание пошутил: -- А ты все же попробуй загнать крыльцо, а к нему, -- Михаил мотнул головой в сторону недостроенного дома, -- притащи от сарая.

Дед еще квохтал своим пропитым и прокуренным голосом, а Нумизмат уже входил во двор особняка с розовой крышей. Было заметно, что дело тут идет к концу. Аккуратный двухметровый забор очень красивой и ровной кладки огораживал территорию чуть поменьше Красной площади. Сам дом, по сравнению со всеми остальными причудами, показался Силину самым что ни на есть нормальным: три этажа, достаточно большой, лоджии на втором и третьем этажах, действительно с зеркальными стеклами, но почему журналист обозвал строение "серым замком"? Прелестный бежевый цвет кирпича очень понравился Нумизмату, углы дома были закруглены выступающими полубашенками, и сама фигурная кладка делала его похожим на замок позднего средневековья. Двор перед домом был выложен квадратными плитами розоватого мозаичного бетона. Балашовы явно предпочитали теплые тона.

На то, что в доме идут отделочные работы, указывали два явных признака: наличие бетономешалки, ровно гудевшей внутри прямоугольника недоделанного пейзажного фонтана, и два мужика, терпеливо смолившие сигареты рядом с ней. То, что работяги были наши, эсэнговские, Силин понял по их замызганным спецовкам, подобранным не по размеру и фасону, а по случаю. Оба строителя не очень доброжелательно уставились на приближающегося Нумизмата. Тот как-то даже оробел, увидев в глазах братьев-славян столь явную неприязнь. "Что это они так сразу?" -- мелькнуло в голове у Михаила. Но делать было нечего, требовалось как-то завязывать разговор. Силин изобразил на лице самую сладкую из своих улыбок и поприветствовал коллег:

– - Здорово, мужики! Бог помощь!

– - Здоровеньки булы, -- не очень радостно отозвался один из них, лысоватый, лет пятидесяти, с висячими запорожскими усами. Второй, молодой парень с черными как уголь глазами, без видимой причины засмеялся, а потом пояснил: -- Да Бога-то в носилки не запряжешь, самим пахать приходится.

Михаил оживился:

– - Вот и я о том, вам как тут, рабсила не нужна?

– - А ты что же, строитель?

– - Ну да.

Мужики переглянулись, затем чернявый пояснил:

– - А мы думали, опять какой-нибудь писака прикатил. Забодали уже, пишут все, что в бестолковку придет, а хозяева потом звереют, как собаки.

– - Да нет, -- успокоил их Силин.
– - Мне бы подработать надо. Уволили из одного СМУ не по закону, бригадир, сука, все сделал, боялся, что подсижу его. Я в суд подал, официально устраиваться не хочу, ну а жить на что-то надо. Как у вас тут насчет работы?

– - Может, и возьмут, мы сейчас в запарке, не успеваем к срокам, -пояснил черноглазый, его более старший товарищ только матюгнулся по-своему да сплюнул себе под ноги.
– - Только нам платят меньше, чем вам, кацапам.

– - Кому?
– - не понял Михаил.

– - Москалям, кому ж ще, -- ворчливо пояснил рыжеусый.

– - Но плятят-то вовремя?
– - допытывался Силин.

– - Ну это да. А вон и бригадир идет, с ним договаривайся.

Черноглазый кивнул в сторону высокого рыжеволосого мужика в армейской фуражке-афганке. Продолговатое лицо бригадира отнюдь не сияло благодушием.

– - Нет, какого хрена вы тут расселись! До нового года здесь торчать собрались?
– - с ходу выговорил рыжий подчиненным.

Оба собеседника Нумизмата нехотя поднялись с бордюра фонтана и, чтобы как-то отвести от себя гнев начальства, дружно показали на Силина.

– - Павло, это до тебя...
– - рыжеусый показал пальцем на Михаила, но фразу не кончил, а замер, глядя куда-то в сторону за спину Нумизмату.

В ту же секунду пропел короткий, но сильный автомобильный гудок. Лицо бригадира перекосилось, в глазах его мелькнуло странное выражение смеси страха и безнадежности. Мгновенно забыв про Силина, Павло негромко выругался и шагнул навстречу въезжающему во двор черному "мерседесу". Сзади его подпирала еще одна такая же машина, тяжелое солидное авто с тонированными стеклами. Обе машины, объехав фонтан, остановились у самых ступеней крыльца, и тут же из салона выпрыгнули три здоровенных парня, одетых в черные костюмы и безукоризненно белые рубашки. Беглым взглядом они окинули окружающий пейзаж, людей, стоящих около фонтана, затем один из амбалов открыл заднюю дверцу первого "мерседеса".

"Вот он, наконец-то я его увижу!" -- от этой мысли даже сердце у Силина застучало сильнее.

Увы, к его разочарованию, из машины появилась невысокая худощавая дама в кокетливой норковой шубе чуть выше колен. Тщательно уложенные рыжеватые волосы наводили на мысль о парике, а лицо дамы, несмотря на видимую молодожавость и отсутствие морщин, напоминало застывшую маску. Силин сразу вспомнил, что в одной из статей жену Балашова назвали жертвой косметологов. Теперь он понял почему.

– - Добрый день, Анна Марковна!
– - крайне вежливо приветствовал хозяйку бригадир, содрав с головы картуз и неуклюже пытаясь кланяться. Балашова же не пожелала соблюсти приличия и сразу же заговорила о деле.