Чтение онлайн

— Чего же ты хочешь, нервный папаша? Если буду жив и увижу Женьку, я передам ему… Только что? Чтобы он срочно вернул тебе дочь? Или наоборот: чтобы не возвращал, пока ты тут не разберешься со своими делами? А если она сама не захочет?

Патиш сопел разбитым носом и молчал. Ему сводило скулы от желания видеть собеседника в другой позе — распятым на каменной стене подвала, но… Но парень явно не прост — не мог же он, Патиш, ни с того ни с сего дать такую слабину в начале драки? Не мог! И ведет себя нагло: так держатся или колдуны, умеющие останавливать собственное сердце, или фанатики с ампулой яда в зубе. А чужак как будто угадал его мысли:

— Не пытайся нападать, ладно? Мне, наверное, не справиться с тобой, но уж умереть-то я смогу, когда сочту нужным! Ты лучше о другом подумай! Кто-то, помнится, кричал: «Живи, Хаатика!» Было такое?

— Тебе что за дело? Ты же не местный? Из других миров?

— Не знаю, добрый я, наверное. А вот вы тут наворочали дел!

— Это кто — «вы» или «мы»?

— Не уверен, можешь ли ты понять и принять существование иных реальностей. В крайнем случае, попытайся просто поверить на слово: человеческих миров много. И для кого-то вы все — бандиты и стражники, богачи и нищие — просто жители этого мира. И вы походя, просто так, убили невольных гостей, которые не сделали вам ничего плохого. Вот этот парень — Кеннат — в своем мире был крупным ученым, восходящей звездой, как они говорили. Что-то не получилось во время эксперимента, и он оказался здесь. Надо было его убивать?! Надо? Я тебя спрашиваю! У них другой уровень цивилизации: он мог прийти с оружием и, на всякий случай, выжечь здесь для себя зону безопасности от горизонта до горизонта, но он пришел с пустыми руками. Вы что, приняли его за бандита?! Шпиона?! Сволочи…

— Женщина была с ним?

— Это его жена — она боец, воин.

— Крупновата она для него!

— А вот это — не твое дело! Она шла его искать, его спасать. Я не смог ее остановить. Она не врала, когда говорила, что даже голыми руками может разнести половину вашего города, а уж с оружием… Она тронула здесь кого-нибудь хоть пальцем?

— Не пойму, к чему ты клонишь?

— Я не очень представляю, как в их обществе принято реагировать в подобных случаях, но…

— И ты уничтожил единственное оружие?! Их оружие?!

— Если они решатся на акцию возмездия, то оно вам не поможет — это легкое стрелковое оружие. Понимаешь: легкое! Этой игрушки, наверное, хватило бы истребить парочку армий, но — ВАШИХ армий!

— Тогда зачем ты полез в безнадежную драку? Попробовал бы объяснить: может, я сам уничтожил бы эту штуку!

— Хочешь, чтобы я поверил, будто ты способен отказаться от нового способа сеять смерть? Тебе только огнестрельного оружия не хватает!

— Между прочим, нашим храмовикам огнестрельное оружие известно не одну сотню лет, но оно так и не вышло за пределы их стен. Они там что-то потихоньку изучают и ни с кем не делятся.

Вар-ка потрогал опухшую скулу, сплюнул на землю кровь: «Пустые, бесполезные разговоры над кучей трупов. Нужно уходить и больше сюда не соваться, но…»

— Патиш, этих двоих надо похоронить — нельзя, чтобы они валялись здесь. И тем более не нужно, чтобы их изучали. Может быть, это спасет твой мир от карателей. Возможно, они простят вас, как несмышленых детей, а может быть, вот прямо сейчас или через год в небе появятся их летательные аппараты с настоящим оружием.

Капитан думал тяжело и напряженно. Он сходил к лошади, достал кисет, набил трубку и прикурил от головешки. Стоял, курил, смотрел на город, на желтые стены Храмового комплекса. Голова болела — бессонная ночь, два нокдауна.

— Что ты предлагаешь?

— Отнести их в пещеру и обвалить вход.

— Каким образом?

— Кажется, я знаю волшебное слово. Попробую.

— Действуй!

Вар-ка спустился с откоса и, не глядя в сторону Патиша, подошел к телу Кенната. Свой нож Мирох забрал, остались дырка и пятно на рубашке. Вар встал на колени, перевернул тело на спину, просунул руки, с трудом поднялся и понес его в ближайшую нору. Она была не глубокой — метров шесть или семь. Уложил на груду каких-то тряпок. Вышел наружу. Вилму так не унести…

«Ее ножа в чехле нет. Гранаты? В кармашках только три штуки, где же остальные? Ага, вот они: валяются рядом на земле. Их вытащили и выбросили — не польстились».

— Дай сюда!

«Опять, паскудная тварь!!» — разозлился Вар-ка.

— На! Бери, ублюдок!!! Показать, как это работает?! Показать, сволочь?

Патиш отступил молча. Вар-ка ссыпал шарики в карман, подхватил тело под мышки и, безнадежно пачкая штаны и рубашку, потащил к пещере. Уложил рядом с Кеннатом.

«Что-то надо сделать еще? Ах, да… — Он на ощупь расстегнул клапан, вытащил карту, сложил ее еще раз и убрал в свой карман. — Все, прощайте, ребята!» — и, пригибаясь под низким сводом, пошел наружу.

У входа он достал первую гранату и с улыбкой предложил капитану:

— Хочешь попробовать?

Улыбка получилась такой многообещающе-злобной, что бесстрашный Патиш, кажется, дрогнул:

— Нет!

— Жаль. Я плохо понял, как ими пользоваться, — честно признался Вар-ка.

Эти взрывные устройства похожи на сплюснутые с трех сторон шарики размером с грецкий орех. На каждом по три вмятинки — как раз, чтобы вложить палец: одна гладкая, другая с округлыми бугорками, а в третьей что-то вроде притупленных шипиков — на ощупь не перепутаешь. Вот только вспомнить бы, куда и как надо нажимать?

Вар-ка встал сбоку от входа и, беспорядочно стискивая гранаты пальцами, стал забрасывать их внутрь одну за другой. Раз, два, три, четыре… Взрыв! Еще один! И еще! Все? Свод как стоял, так и стоит.

Вар-ка достал два последних шарика, несколько раз сильно нажал в разные вмятины, переложил оба в правую руку и забросил в пещеру. Было слышно, как они стукнулись об пол и покатились. И вдруг зашуршало-заскрежетало и… свод рухнул! Весь разом! Потекла, посыпалась со склона щебенка. И только потом негромко рвануло там — в глубине под камнями.

Солнце палило вовсю, гудели пчелы, летали бабочки и еще какие-то насекомые, похожие на толстых стрекоз. Где-то рядом щипала траву и временами пофыркивала лошадь Патиша. Они сидели на склоне среди кустов. У обоих слипались глаза, ссадины запеклись, не стертая с лиц кровь высохла и шелушилась. Прямо под ними в старом карьере люди в серой одежде грузили трупы на двухколесные повозки, а еще дальше, внизу, до самого горизонта раскинулась панорама Хаатики — сказочного города из детской сказки.