Шрифт:
Славичи
Глава 1
Рассвет только, только коснулся верхушек вековых сосен и елей, горластый кочет едва
умолк, прогнав в глухую лесную чащобу прислужников Чернобога, а длинный обоз,
состоявший из тридцати телег, уже был готов тронуться с места ночевки. Впереди него
как всегда выступал высокий седобородый старец-волхв, позади кузнец со своим
грозным и страшным скарбом.
Два десятка неустрашимых воинов, вооруженных луками и копьями окружали
родичей, охраняя их на долгом пути.
Более двух лет они пробирались на новое место, уходя из неспокойной, вскипавшей
кровавыми битвами родины, чтобы навеки затеряться в непроходимых дремучих лесах,
среди бездонных трясин необъятных болот, за широкими реками и синими озерами
чужой стороны.
Словене никогда не были трусами, их бесстрашие вошло в легенды многих народов.
Нередко выходили они на битву обнаженными по пояс и голыми руками рвали ворога
на части, но были они разрозненными, жили родовыми гнездами-селищами и больше
жизни ценили веру своих пращуров, а потому, не желая смешивать кровь с чужими
предками, никогда не помогали друг другу. Враг же пользовался этим и уводил в
рабство сильных мужчин, стойко переносивших любые невзгоды, да красавиц женщин,
которые за чистоту своих нравов высоко ценились на чужбине.
Вот и уходили потомки Рода из своей исконной земли, чтобы сберечь свободу и
заветы прадедов.
По обжитым местам двигались сторожко, далеко обходя людские поселения,
заставы, разъезды и становища кочевников. Когда пришли к девственным нетронутым
лесам, начались другие трудности: нехоженые неезженые ранее стези приходилось
прокладывать самим.
1
Рядом с обозом двигалось стадо, состоявшее из коров и быков – прямых потомков
тура – священного родового тотема древних словен, а также овец, коз и отощавших от
долгого пути свиней. Особым табуном гнались верховые кони – драгоценное достояние
рода.
– Трогай! – раздалось в предутренней тишине и обоз, отчаянно скрипя колесами,
снова двинулся вперед.
Люди были возбуждены, понимая, что их долгое путешествие подходит к концу. Они
с напряженным вниманием вглядывались в окружавшие их холмы, спрятанные под
густыми лиственными и хвойными лесами. В раздольные заливные луга и светлые
лесные поляны. Присматривались к медленно проплывавшим мимо высоких бортов их
повозок берегам полноводных рек, озер и мелких, заросших ряской и камышом
речушек, стараясь заранее примериться к новому месту обиталища. Тишина и
первозданность чужбинной природы завораживала их, заставляя учащенно биться
сердца: как-то встретят чужаков местные духи – леший-лесовик да омутник-водяной?
Примут ли, позволят ли поселиться среди своих прежде нетронутых людьми владений?
Несколько воев всегда шли впереди обоза, намного опережая его. Они разведывали
путь по незнакомым местам, проводя родичей через непролазные чащобы, за ними
шли мужики с топорами, прорубая просеку там, где нельзя было проехать по берегу
реки или озера, прокладывая хлипкие временные гати через болота.
Женщины с малыми детьми шли рядом с телегами, на ходу выполняя необходимую
для семьи работу – пряли, шили, кухарили. Парубки рыскали по округе в поисках легкой
добычи, девушки на ходу собирали травы, грибы и ягоды. Опытные охотники снабжали
многочисленный род более существенной добычей на протяжении всего пути. Но на
самом дне самой охраняемой телеги хранился в кулях неприкосновенный запас проса,
пшеницы, гречихи и льна – семена для нового поля, которое они раскорчуют и вспашут,
когда Род и Макошь укажут им место для родового селища.
Волхв вел людей вперед по одному ему известному пути, и никто не перечил ему,
только все внимательно следили за тем как он ежевечернее уходил в чащобу, чтобы
вернуться к утру и дать разрешение трогаться дальше. Но сегодня он пришел не один,
вместе с ним несколько воев вынесли из чащи три свежевыструганных столба с ликами
древних чуров – родовых кумиров, охранявших их очаги во все времена.
К тому времени как солнце вот-вот должно было показаться из-за горизонта, вышли
на высокий берег чистой быстроструйной реки. Волхв вскинул руку и обоз остановился.
2
Высокий старец в белых одеждах, расшитых по древнему обычаю, оглядел с высоты
обрыва открывшийся вид и поднял навстречу солнцу обе руки. Все последовали его
примеру. Никто не проронил ни слова – каждодневное появление Хорса, бога Солнца,
свято.
Как только солнце оторвалось от щетины леса, волхв посмотрел на воев и те под
громкие заклинания седовласого старца опустили чуров в воду, оттолкнули от берега и
застыли в ожидании. Вода лениво подхватила три бревна, отливающие светлыми
ошкуренными боками и, покрутив на месте, потянула за собой.
Люди, следящие за ними и мысленно молящие Даждьбога о милости, облегченно