Чтение онлайн

Невилл задумчиво посмотрел на него:

– Я думаю, тогда мы поняли, что ты вырос, а мы только дети.

После ужина Гарри поймал Ареса и извинился за долгое молчание между ними:

– Прости, Арес. Я был таким резким с тобой.

– Ты с ума сошел. Это также и моя вина, – карие глаза Ареса печально улыбались. – Ты хотел поговорить о Гермионе, да?

– Нет, – Гарри коротко мотнул головой. – Это касается только вас двоих. Но Гермиона сказала, что ты обвиняешь себя за то, что случилось летом. Я тоже.

Их разговор был долгим и много раз вспоминался после.

Но ночью, когда Гарри наконец отправился в постель, он почувствовал мир с собой и с остальными – кроме, разве что, Северуса, конечно.

***

Рождественские каникулы оказались на удивление счастливыми – в очень удивительном месте: после нападения на Имение Блэков Дамблдор решил перевезти Сириуса и Энни в старый дом миссис Фигг в Литтл Уиннинге, неподалеку от Бирючиновой Аллеи. Гарри не знал почему, но этот факт поднял ему настроение. Это было похоже на игру – ходить по знакомым улицам и проездам, и немного было похоже на возвращение домой: все было таким знакомым и одновременно другим. Самым большим отличием было то, что обитатели дома №4 по Бирючиновой Аллее не смотрели на него с таким особым выражением, как всегда: страха, смешанного с любопытством (как мы смотрим на зверей в зоопарке), но обращались с ним как с крестником своего нового соседа, мистера Блэка, превосходного джентльмена, немного странного иногда, чья дочь, к изумлению миссис Дурсль, ходила в ту же школу, что и ее сын давным-давно.

Сириус сказал Гарри, что когда он впервые застал Энни разговаривающей с миссис Дурсль (которой, естественно, надо было все разузнать об их новом соседе), он едва удержался, чтобы повести себя совершенно не по-джентельменски:

– Если бы у меня была моя палочка и моя магия, я бы проклял ее до беспамятства, – горячился он. – Я помню, как они с тобой обращались и помню, как они стояли возле твоей могилы на похоронах – без слез и эмоций… А потом они отказались от тебя…

– Не принимай это так близко к сердцу, Сириус, – Гарри пожал плечами. – Я рад, что оказался им не нужен. А теперь, когда они не узнают меня, это кажется мне даже забавным.

Гарри был немного ошеломлен, когда увидел Дадли с его бандой: его кузен не был таким толстым, каким он его помнил. Хотя у него все еще не было шеи и он был огромным, видимо, даже он начал расти.

Одна вещь казалась ему странной: он снова жил в маггловском доме и, заходя в спальню (опять самую маленькую – большую занимали девочки: Гермиона снова была с ними, а вторая спальня была Сириуса), ему приходилось открывать окно, чтобы не задохнуться. Этот факт изумлял его: после десяти лет в чулане это должно было быть легко, но, видимо, после двух недель в плену у Волдеморта все еще оставались некоторые умственные шрамы: он ощущал то же болезненное чувство в глотке, которое возникало у него много раз после побега. Возможно, он никогда не освободится от этих пут. Также, как никогда не пробьется сквозь стены Северуса – в основном потому, что больше не хочет этого. Он перенес слишком много изменений в жизни… Потеря Северуса была только одним из них, очень болезненным, но только одним.

Но все же это было счастливое Рождество с множеством подарков для всех, с крекерами и апельсинами, маггловскими крекерами и типично маггловское Рождество, но Сириус казался намного счастливее, чем в прошлом году, особенно когда прибыл Люпин со множеством коробок.

Гарри видел, что маггловский способ праздновать Рождество не доставлял Ремусу особого удовольствия, но он остался с ними на несколько дней.

Но когда Сириус пригласил его также и на сочельник, Люпин вежливо отказался:

– Состоится небольшая встреча в штаб-квартире и весь Орден будет наготове – ты знаешь, как Пожиратели Смерти любят отмечать Новый Год.

– Да, – пробурчал Сириус, – с убийствами и пытками.

– Вы должны быть очень осторожны. Не покидайте Литтл Уиннинг. Здесь, под чарами Фиделиус, вы в безопасности…

– Ремус, будь очень осторожен. Как наш Хранитель Секрета…

– Вот почему я останусь в Имении Снейпов с Дамблдором. Мы не пойдем в рейды. Мы будем направлять оттуда…

– Кто ваш Хранитель Секрета?

– Я не знаю. Дамблдор знает – и, конечно, сам хранитель. И, может, Минерва…

Сириус покачал головой:

– Я ненавижу эту секретность. Это хорошим не кончится.

– Ты параноик.

***

Телепрограмма была скучной, поэтому Гарри в полусне лежал на диване перед экраном, пока Сириус и Гермиона спорили о чем-то – наверное, опять об Энни. Каждый раз, как дело касалось Энни, эти двое вскоре обнаруживали себя спорящими – и хотя Гарри никогда не вмешивался, он был согласен с Гермионой: Сириус слишком баловал девочку. Мужчина и Энни были абсолютно одурманены друг другом, но это приводило к тому, что Сириус просто не мог сказать девочке «нет». К счастью, они вышли из гостиной, так что их разговор не был таким громким и Гарри смог вздремнуть.

Он не спал, а бродил где-то между сном и бодрствованием, но когда яростная боль пронзила его шрам на лбу, понял, что это не было мудрой идеей.

Гарри почувствовал, что упал с дивана, прижав руки ко лбу, но это длилось недолго: вскоре гостиная, диван, телевизор, разговор на кухне растворились и юноша обнаружил себя в гостиной Имения Снейпов. И еще не успев ничего подумать, он уже знал, что Сириус был прав. Проблема снова была в Хранителе Секрета.

Волдеморт и, по крайней мере, двадцать его лучших Пожирателей Смерти стояли в гостиной, окружив три бледные фигуры: одна, с белыми волосами и бородой – Дамблдор, другая с седыми прядями в волосах и ореховыми глазами – Ремус, и ведьма с длинными каштановыми волосами и карими глазами – профессор Нуар. Трое людей, очень дорогих Гарри, которых он любил… И хотя мальчик знал, что Дамблдор был действительно великим волшебником, он также знал, что у них не было никаких шансов. Ни шанса выжить, ни шанса спастись.

– Нет! – отчаянно закричал он. – Нет! – он всхлипнул. – Ремус! Директор! Профессор! Нет!

В следующий момент комната взорвалась от проклятий, полетевших в стоящие фигуры. Волдеморт был достаточно умен, чтоб не вступать в диалог со своим злейшим врагом. Он напал на них со своими лакеями, Внутренним Кругом, Гарри хорошо знал их по своим предыдущим видениям. Ремус был первым, в кого ударило заклятье. Он упал на колени, но не опустил палочку.

– Ремус, нет! – крикнул ему Дамблдор. – Уходи! Тебе нельзя здесь оставаться! – он не смог больше ничего сказать, только поставил щит вокруг упавшего человека. – Используй портключ!

– Крусио! – завопил кто-то и профессор Нуар упала на землю, корчась от боли.

– Фините инкантатем! – Люпин взмахнул палочкой и поднялся. Его лицо было почти зеленым. Заклятье ударило его в живот. – Армена!

Женщина посмотрела на него и увидела, что в ее сторону летит маленький объект.

– Передай им, что мне очень жаль, – сказал Люпин, когда она схватила портключ. Через секунду она исчезла.

– Люпин, оглянись! – снова закричал Дамблдор. – Торакс!

Но его попытка защитить Люпина не удалась: непростительное проклятье ударило того в грудь: