Сквозь огонь
Шрифт:
Нахлынувшее чувство унижения было таким нестерпимым, что по серой шкурке сами собой поползли слезы. Она дернулась - вытереть… Рука наткнулась на шерсть. Зойку затошнило. Нет… нет… я не хочу…
– Ну, сестрица, так какой облик тебе больше по нраву? Крыса? Корова? Курица? Может быть, гусыня? Помнится, ты кое-кого превратила в такую птичку.
Не в силах ничего сказать, Зоя отчаянно замотала головой - так, что слезы разлетелись веером.
– Я так и думал, - сообщил Вадим уже чуть спокойнее, - Есть существо… скажем так, более похожее. Вздорное. Упрямое. Бестолковое. Настолько бестолковое, что считает других глупей себя. Коза.
На этот раз девушка-демон даже не взглянула на свое отражение. Козья морда… у нее! Невыносимо… ужасно… только бы никто не увидел… Нет…
Открылась дверь. Закрыться, спрятаться! Не показываться в таком виде… Но она могла только всхлипывать. И проклинать ту минуту, когда решила, что ее Вадим не тронет.
Она не слышала, что сказал вошедший. Ничего не слышала. Она ждала, когда этот второй, исчезнет, а он все говорил и говорил… и, наверное, смотрел на нее. Разговор слился в дурацкий невнятный шум. Позор, позор, посмешище. Как я вас ненавижу…
– Прекрати реветь. Эта головка у тебя всего на пару дней. Пока, - Вадим щелкнул пальцами, зеркало растаяло… - И если ты, дорогая сестрица, еще раз позволишь себе нарушить мои приказы, то я обеспечу тебя этой подходящей внешностью надолго! Чтобы твои м-м-м… придворные видели, какой наследнице взялись прислуживать! И насколько пойдет корона к твоим рогам! Уяснила?
Она кивнула.
– А теперь - брысь в свои комнаты. Наследница…
Последний дон…
Мир Земля
Бернардо
Его звали Бернардо, как незабвенного дона Карлеоне, и, казалось, сама судьба готовила ему участь главы мафиозного клана. Он так думал…
Сейчас, прячась в последнем убежище, он думал, что все-таки ошибся с выбором дела жизни. Надо было уходить, сворачивать дела, пока не поздно. На короткое время, сразу после Черного дня, еще можно было уйти… Пока была неразбериха. Но тогда был и шанс заработать - перепуганные лузеры скупали лекарства, оружие, поддельные удостоверения, а в суматохе судьба подкидывала такие возможности! И он упустил шанс исчезнуть. Все хватал, что плохо лежит, все тянул… Вот, дотянул! Новая полиция не брала взяток, не тормозилась из-за адвокатов, прав арестованных, газет и прочей ерунды, и, главное, не стеснялась в средствах. Чертовы телепаты, сволочные демонские отродья! Убивали на месте, без всякого суда, подонки.
За стеной вдруг закричали. Короткий, жуткий, панический крик - и тишина. Бернардо замер Несколько секунд в нем еще жила крошечная надежда, что это недоразумение - кто-то из бойцов просто наступил на крысу… или розыгрыш… А потом закричали снова:
– Здесь, они здесь, зде…
– Шеф!
– Не надо!
– А-а-а!
Застучали автоматные очереди… Кто-то в последней попытке спастись замолотил в его дверь, умоляя впустить. Винченцо? Нет, Лука, телохранитель. Пошел вон! Охраняй меня там! Там! Слышишь, ты? Там! Лука тут же захрипел, но поздно. Выдал, сволочь!
Бернардо рванулся с места… и остановился. Некуда бежать. Некуда. Все. Он обвел глазами стены своего приюта. Подлинник да Винчи, отнятый у какой-то богатого старикашки, Дали, какой-то русский художник… Семь чемоданов: с жемчугом, побрякушками, камушками. Последний схрон, последний "запас на жизнь". Все остальное пропало. Бросить и это? И кем быть - нищим?
Он невольно метнул взгляд на черную кнопку на панели стола. Последний шанс. Если найдут… Или все-таки уйти подземным ходом? Куда? Уже год в бегах… Всех переловили, один он остался из крупных. Он даже видел по сети, как с ними расправились - чуть не стошнило от страха.
Или все- таки? Здесь ведь еще одна его драгоценность -Паоло, сын… единственный. И вторая жена, Натали. Они… он… может, их и не прикончат. Да к черту! Они выживут, а он - нет? Мысли неслись вскачь, путаясь, мешаясь - страх, паника, краткий миг жалости, приступ злости.
Стрельба стихла. Все… Три минуты - и все. Он невольно задержал дыхание. Ну? Заметят или нет? Дверь так хорошо замаскирована. Заметят? Чертовы чистоплюи из Лиги, не пустили к себе, не простили. Подумаешь, пару раз смухлевал с документами! Никто из важных не попался, так десяток мелочи… Спаси, Мадонна.
За дверью зашуршало. Показалось? Нет. Нет… Что-то щелкнуло, и по металлу прошла трещина. Сейчас они ворвутся.
Не думая, не рассуждая, Бернардо метнулся к столу. И нажал кнопку.
Взрыва он не услышал.
Мы наш, мы новый мир построим?
Мир Ангъя
Алекс
– Алекс! Алекс! Ты меня вообще слышишь?
– Слышу. Что такое?
– Ничего, - Максим немного удивленно осмотрел заваленный кристаллами и учебными «дужками» стол, - Просто наши хозяева интересуются, куда ты пропал. Ну и мы тоже, знаешь ли, слегка беспокоимся - на завтраке не был, на обед не пришел… А ты, оказывается, опять «уплыл». Нет на тебя ни Сергея, ни… ну ладно, - Максим немного неловко отвел глаза, - Так что срочного, Леша? Давай поможем?
– А у тебя так много времени?
– Ну… - Макс виновато отвел глаза. Троица и так отчаянно жалела, что явилась сюда в таком крохотном составе. Времени не хватало. Памяти не хватало. С утра до вечера ребята отчаянно зубрили то, что могло пригодится дома. Алекс разбирался с социальным устройством ан-нитов: системой управления регулирования, системой образования, профориентации… и еще кучей всего. Макс, как маг - слабенький, но маг, отвечал за изучение полезных чар. От некоторых его просто в дрожь бросало - от восторга и зависти. Богуслав немного поворчал, что толку в своем бесцельном шатании он не видит никакого, но потом узрел местные достижения медицины и погиб. В переносном смысле. Из багажа домашних знаний у него был только первый курс мединститута - невелик запас, что и говорить. Но бывший боевик отчаянно продирался через дебри диагностики и методов лечения, каждый день зачеркивая в календаре оставшиеся до возвращения дни и прикидывая, что еще можно выучить…
– Все нормально, Макс. Я просто слегка увлекся.
– Алекс даже улыбнулся, успокаивая друга, - Обещаю, что на ужине буду. Приготовьте мне двойную порцию, ладно?
Дверь за Максимом закрылась. Алекс откинулся на спинку кресла и устало потер лицо…
После видения живой и здоровой Лины он наконец смог успокоиться. Раньше, что бы он ни делал, все равно в сознании словно застрял ледяной шип. И постоянно ныл, тревожил, вторгался в мысли, знобящим беспокойным шепотком дышал в спину.
Лина… Лина. Лина…