Чтение онлайн

— Я тебе обещаю, — улыбнулась Роз. — Буду молчать, как мертвая.

Айрис немного помолчала, после чего заговорила снова.

— Может быть, тебе лучше бросать трубку, когда он будет звонить? Один человек, благодаря ему, сейчас находится в больнице с ожогами лица и сломанной челюстью. Кажется, это один из сотрудников полиции. Когда же они приехали, чтобы арестовать его, он попытался поджечь ресторан. Мне кажется, это очень опасный человек.

— Наверное, ты права, — медленно проговорила Роз, путаясь в догадках относительно того, что же могло произойти в «Браконьере» после ее отъезда. — Но у него такая замечательная задница! По-моему, мне здорово повезло!

— Свинья!

Роз рассмеялась.

— Поблагодари Джерри от моего имени. Я очень ему признательна за старания, хотя ты этого, наверное, не одобряешь.

Роз решила спать в гостиной, чтобы, в случае чего, сразу поднять трубку телефона. Ей подумалось, что Хэл не захочет доверяться автоответчику.

Но телефон в ту ночь так и не зазвонил. Более того, он упорно молчал все выходные.

В понедельник утром, снова поддавшись черной меланхолии, Роз в отвратительном расположении духа отправилась в «Бельведер». Там она снова встретилась с хозяйкой гостиницы и выложила перед ней фотографию мужчины.

— Скажите, это и есть мистер Льюис? — поинтересовалась журналистка.

Женщина любезно улыбнулась и, достав очки, принялась изучать снимок. Через некоторое время она, словно извиняясь, покачала головой.

— Нет, дорогая, это совершенно другой человек.

— А теперь? — Она приложила к снимку кусок целлофана и расправила его.

— Боже мой! Это невероятно! Ну, да, это и есть тот самый мистер Льюис.

— Да, это он, старый ловелас, — кивнула Марни и прищурилась. — Совсем несимпатичный и неэффектный мужчина. Что в нем нашла молоденькая девушка?

— Понятия не имею. Может быть, она была слепо влюблена в него?

— А кто он такой?

— Психопат, — коротко пояснила Роз.

От неожиданности Марни присвистнула.

— Будьте с ним поосторожнее.

— Разумеется.

— Вы уверены, что не хотите назвать мне его имени? Вдруг вас потом тоже найдут на кухне, всю изрубленную на кусочки? — Она с любопытством посмотрела на журналистку, решая про себя, нельзя ли тут как-нибудь поживиться.

Роз поняла этот красноречивый взгляд.

— Нет, спасибо, — ответила она. — Дело в том, что эту информацию мне пока не хотелось бы разглашать. Я не думаю, что ему понравится узнать, что я подобралась к нему близко.

— Я не собираюсь никому рассказывать, — обиженно надула губы Марни, оскорбленная в лучших чувствах.

— Вы и не станете, если я не дам вам повода и не стану вас искушать, — заверила ее Роз, убирая фотографию в сумочку. — Да и с моей стороны это было бы весьма безответственно. Вы ведь в свое время являлись свидетельницей. Поэтому он точно так же может явиться за вами, чтобы вас раскромсать на маленькие кусочки. — Она холодно улыбнулась. — Мне очень бы не хотелось знать, что в этом случае я хоть в чем-то виновата.

Роз вернулась в машину и некоторое время просидела за рулем не шевелясь. Сейчас ей как никогда требовалась помощь своего личного бывшего полицейского, который помог бы пройти через лабиринт юридических процедур. Сама она выступала в роли новичка-любителя, а потому могла что-нибудь перепутать в самом начале и запороть возможный судебный процесс. И что тогда будет с Олив? Очевидно, ей так и придется всю жизнь влачить жалкое существование в тюрьме. Ее приговор может быть пересмотрен только в том случае, если будет осужден кто-то другой. Без этого потребуются годы, чтобы Министерство внутренних дел созрело для того, чтобы решиться на пересмотр дела. Ответственность за проведение подобного процесса могла напугать кого угодно.

И хотя она сама не хотела признаваться себе в этом, все же Роз понимала: ей не хватит храбрости писать книгу об Олив, пока ее любовник-психопат остается на свободе. Как бы она ни пыталась выкинуть из головы образы изуродованных тел Гвен и Эмбер, ничего у нее не получалось.

Она со злостью ударила кулаками по рулю. Где ты, Хоксли? Негодяй! Я всегда приходила к тебе на помощь!

Грэм Дидз, которого когда-то нанимали адвокатом Олив, вошел в свой кабинет после долгого рабочего дня, проведенного в суде, и тут же нахмурился, увидев Роз. Он долго смотрел на свои часы, как бы давая женщине понять, что ему некогда.

— Я очень спешу, мисс Лей, — коротко пояснил Дидз.

Она вздохнула и поднялась со стула, на котором ей пришлось сидеть довольно долго.

— Пять минут, — попросила она. — Я ждала вас два часа.

— Простите. Не могу. У меня сегодня будут гости, и я обещал жене, что не задержусь. — Он открыл дверь кабинета и зашел внутрь. — Позвоните мне в рабочее время, и мы договоримся о точном времени встречи. Следующие три дня я занят в суде, но к концу недели надеюсь немного освободиться. — Он приготовился попрощаться с журналисткой.

Однако она вовремя подскочила и плечом уперлась в дверной косяк, не позволяя Дидзу закрыть дверь.

— У Олив все же был любовник, — сообщила она новость. — Я знаю, кто это, и у меня даже есть его фотография. Его опознали два свидетеля: одна из них владеет гостиницей, куда он приезжал вместе с Олив в течение всего лета как раз перед убийствами. Кроме того, у меня есть свидетельница, которая может подтвердить, что Олив делала аборт. Судя по числам, о которых она говорила, получается, что если бы Олив пришлось рожать, то ребенок бы появился как раз тогда, когда произошли убийства. Я выяснила, что два человека — Роберт Мартин и отец одной из подруг Олив, совершенно независимо один от другого, заявили полиции, что Олив не могла убить собственную сестру. Они предложили одну и ту же версию: будто Гвен, которая не любила Эмбер, убила свою младшую дочь, а уже потом якобы Олив убила Гвен. Я понимаю, что результаты судебной экспертизы опровергают эту теорию. Но все это указывает лишь на то, что уже тогда у разных людей возникали всяческие сомнения в виновности Олив, о которых вы, вероятно, вообще не были предупреждены. — Заметив нетерпение на лице адвоката, она поспешила продолжить: — У меня есть множество причин полагать, что ночью перед убийствами Олив не было в доме. Ну, хотя бы потому, что это был канун ее дня рождения. Кроме того, есть основания думать, что убийства Гвен и Эмбер были совершены раньше того времени, о котором говорит сама Олив в своем заявлении. Я считаю, что Олив вернулась домой утром или днем девятого числа, обнаружила трупы на кухне и догадалась, что во всем виноват ее любовник. Ее так потрясло случившееся, что она, в приступе раскаяния, взяла всю вину на себя. Я считаю, что она не была уверена в себе, испытывала серьезные переживания и не знала, что с ней будет дальше и как себя вести теперь, когда у нее отняли мать — единственную опору в жизни.

Дидз вынул из ящика стола бумаги и переложил их в кейс. Ему приходилось слушать столько всевозможных версий защиты, что сейчас он не перебивал Роз скорее из вежливости, нежели из интереса.

— Я полагаю, вы считаете, будто Олив и ее любовник провели ночь накануне дня ее рождения вместе в какой-нибудь гостинице? — Роз кивнула. — У вас есть доказательства?

— Нет. Они не записаны в ту ночь в гостинице, где обычно останавливались. Но это и не удивительно. Это был особый вечер и особая ночь. По такому случаю они могли отправиться в Лондон.