Чтение онлайн

– Когда террористы поменяли билеты?

– Ровно через тридцать минут после того, как я узнал о том, что группа сотрудников ООН не летит вчерашним рейсом, – вздохнул министр, – ровно через тридцать минут. По моей просьбе один из наших сотрудников проверил все данные по компьютеру компании, продававшей им билеты. Там зафиксировано время смены билетов. Об этом уже известно и сотрудникам ФСБ. Но им сейчас не до таких тонкостей. У них осталось в запасе всего несколько часов.

– Кто, кроме вас, мог узнать об отмене вылета дипломатов? – спросил Дронго. – Именно за эти тридцать минут.

– Никто, – развел руками министр, – они позвонили сразу мне. В этот момент дипломаты находились в здании министерства и работали над итоговым документом. Но возникли разногласия, и они решили перенести свой вылет на сегодня.

– Кто был с ними в этот момент в кабинете?

– Мой заместитель, директор департамента и посол по особым поручениям. Три человека. Всем троим я доверяю.

– Кто еще мог узнать о том, что их вылет отложен?

– Следующим был я сам.

– И кому вы позвонили?

Министр недовольно взглянул на Дронго. Потом вымолвил:

– Конечно, Президенту.

– Он сам взял трубку?

Министр покачал головой.

– Не зарывайтесь, Дронго. Надеюсь, вы не собираетесь подозревать Президента страны в том, что он сообщил террористам об изменении времени рейса? Кстати, я позвонил ему не сразу, минут через пятнадцать. Они просто не могли успеть. Поэтому, думаю, мой звонок Президенту здесь ни при чем.

– А ваш секретарь? Она могла услышать ваш разговор? Или кто-нибудь из ваших помощников?

– Вы серьезно подозреваете, что мои помощники связаны с террористами?

– Вы сами попросили меня помочь. Вы утверждаете, что никто, кроме сотрудников МИДа, не мог знать о перемене дня вылета. Поэтому я и задаю такие вопросы.

– Не могли, – категорически заявил министр, решив прекратить споры с этим неприятным для него человеком. – Не забывайте, у нас очень мало времени.

– Что вы предлагаете мне делать?

– Поехать со мной в министерство и найти человека, выдавшего террористам информацию. Там всего пять человек. В течение трех часов вы обязаны найти и указать мне, кто и почему решился на такой пагубный для страны шаг.

– Почему пятеро? Вы посчитали и себя? Все равно должно получиться четверо.

– Нет, – разозлился министр, – конечно, нет. Если бы я сам сообщил террористам об отмене рейса, я бы не стал вас искать. Не нужно все время считать себя умнее других, Дронго. Просто там присутствовала и стенографистка, которая фиксировала их беседу. И девушка – секретарь заместителя министра, которая приносила им чай и могла слышать их разговор. В общем, получилось пять человек. Или вам мало такой цифры?

– Меня больше волнует другая цифра, – честно признался Дронго. – Почему они попросили такую заведомо нереальную сумму – миллиард долларов? Любой мало-мальски нормальный человек понимает, что миллиард долларов наличными ему никогда не дадут. Ни в Москве, ни в Лондоне, ни в Вашингтоне просто нет таких денег. Да они их и не смогут увезти. Тогда почему они выдвигают такие заведомо глупые требования?

– Это вы узнаете у них завтра утром, – нервно заметил министр и дотронулся до плеча водителя. – Боря, давай в министерство.

Водитель, не оборачиваясь, кивнул.

– А ваш водитель не мог знать об этом рейсе? – очень тихо спросил Дронго.

– Нет. Это не мой водитель. И потом я сел в тот день в автомобиль, когда билеты уже поменяли. Значит, террористам мог сообщить об отмене рейса только один из пятерых сотрудников.

– Приятная перспектива, – кивнул Дронго, – почти невероятная. Каким образом я сумею определить, кто именно из них связан с террористами? Вы же сказали, что ручаетесь за всех своих сотрудников.

– За сотрудников – да. Но там находились еще две молодые женщины. За них я не ручаюсь. Вполне вероятно, одна из них каким-то образом имеет отношение к террористам и сообщила им о переносе вылета. И вдобавок ко всему у одного из бандитов есть дипломатический паспорт.

– Как это – дипломатический паспорт? – не поверил услышанному Дронго. – И вы не знаете, кто его выдал?

– Пограничники уверяют, что печати наши. А серия паспорта относится к той партии, которая фигурировала на Украине. Сейчас мы проверяем, как паспорт с Украины мог попасть в Россию и почему его выдали террористу. Но на это уйдет время, а у нас в запасе всего несколько часов.

– Неприятная перспектива, – согласился Дронго. – Но хотя бы личные дела своих сотрудников вы подготовили?

– Конечно. И даже приказал сделать подробные объективки. Мой заместитель по кадрам может вам помочь.

– Сам он не мог знать об отмене рейса?

– Нет. Я же сказал: только эти пять человек. Его вообще вчера не было в министерстве. Он болеет, я вытащил его из постели. Кроме пятерых наших сотрудников, о переносе вылета знали только я и Президент. Даже премьер-министру об этом не было известно.

– В таком случае вам придется позвонить еще и Президенту, – подвел итог Дронго.

– Вы с ума сошли? Что я ему скажу? «Подозреваю вас в связях с террористами»? Он сочтет меня идиотом.

– Нет. Если я ничего не обнаружу в вашем ведомстве, вы позвоните ему и просто спросите, не сообщал ли он об этом? А если сообщал, то кому именно?

Министр замолчал. Достал платок, вытер лицо.

– Постарайтесь найти этого человека, – почти простонал он, – иначе никто не поручится за жизнь заложников.

Глава 4

К зданию министерства они подъехали довольно быстро. Стоявшие в подъезде сотрудники милиции очень удивились, увидев, как поздно вернулся на работу министр да еще в сопровождении какого-то неизвестного человека. Правда, они не рискнули потребовать у незнакомца пропуск, поскольку он приехал с министром.

В приемной находились несколько человек. Кроме помощника министра, сидевшего за столом, были еще две молодые женщины и двое мужчин. Дронго внимательно рассмотрел всех четверых.