Чтение онлайн

– Бен, - шепнула неловко.

– Мне нравится касаться тебя, и ты моя жена, - правильно понял меня Кэшем.

– Что мы теперь будем делать? – я решила тоже не смущаться и провела ладонью по его груди, ощутив, как он сразу заметно напрягся.

– Что делать? – голос Бена стал еще ниже и в нем совершенно определенно добавилось хриплых ноток. – Жить, любить друг друга, а когда придет время… - тут он на мгновение замер, но почти сразу же продолжил, - мы разведемся и сразу же отправимся в храм, чтобы снова стать мужем и женой. Никто ничего не узнает и, моя дорогая, больше никаких договоров. Ты только моя.

– Только твоя, - повторила за Бенедиктом и, подняв голову, встретила его серьезный взгляд. Сердце пропустило удар, когда Бен, перевернув меня с легкостью на спину, опустился сверху и поцеловал так нежно, что тело мгновенно отозвалось на ласку.

Наверное, все, что произошло между нами ночью, непременно повторилось бы, не постучи в дверь служанка.

– Миледи, милорд!

Бен оторвался от моих губ и глухо застонал от разочарования.

– Как мне хочется прогнать ее прочь, - шепнул он, когда стук повторился снова. – Но я забылся. Тебе нужен отдых, по крайней мере, сегодня.

Я улыбнулась, оценив внимание мужа. А ведь он меня бережет! Вот скажи мне кто-то в день нашего знакомства, что в лице Бенедикта Кэшема я обрету самого внимательного супруга, я бы непременно рассмеялась. Каким он казался мне суровым и холодным, пока не узнала его, пока он не открылся предо мной, показав, как умеет любить.

– Но учти, это только сегодня, - добавил муж и, легко поцеловав чувствительное местечко у меня за ушком, перекатился на свою половину постели и встав, взял штаны, быстро и довольно проворно натянув их на длинные ноги.

– Входите, - велел громко, а когда дверь отворилась и на пороге возникла горничная, повернулся ко мне и сказал, - я скоро вернусь. Вместе спустимся к завтраку, - и вышел в смежную комнату, оставив меня с горничной, которая тут же бросилась открывать шторы, впуская в спальню новый ясный день.

***********

– Полагаю, мы немного загостились. Хотя мне никогда прежде не было так уютно в Штормовом пределе, как в эти дни, - герцогиня Астер хитро подмигнула мне и с ловкостью отложив прочь идеально белоснежную салфетку, решительно поднялась из-за стола. – Пойду немного помузицирую, - сообщила она. – Леди Роттенгейн, не составите ли вы мне компанию? – обратилась леди Вайолет к моей матушке.

– О! – мама всегда убеждала всех и себя в том числе, что является истинным ценителем хорошей музыки. А потому согласно кивнув, покосилась на супруга предложив:

– Не желаешь ли присоединиться к нам, дорогой? Музыка – это так чудесно!

– Увы, - отец почти с радостью развел руками. – У нас с герцогом намечается небольшая дуэль в бильярдной.

– Оставьте их, дорогая леди Джейн. Мужчины любят подобные вещи, особенно, если дают им такие острые названия, как дуэль! – улыбнулась леди Вайолет, а мы с Бенедиктом переглянувшись, вдруг поняли, что сегодня никто не станет препятствовать нам побыть наедине. И даже вездесущая матушка.

Но как будет жаль, если чета Астер покинет замок! Боюсь, что в таком случае никто более не сможет удерживать мою матушку от ее капризов и жалоб. Герцогиня прекрасно влияла на леди Роттенгейн, а теперь, если она уедет, матушка вернется к своему прежнему образу жизни. Увы, как бы я не любила ее, но не могла более закрывать глаза на правду.

Обе леди упорхнули из-за стола. Следом за ними ушли и мужчины, и мы с Бенедиктом остались вдвоем.

– Итак, что предпочитаешь? – спросил шутливо муж. – Нежиться в постели и слушать как я отвратительно декламирую романтические истории, или … - Тут он промолчал, но сверкнувшие глаза супруга заставили меня покраснеть от неловкости.

Слуги, заметив мое смущение, старательно делали вид, что ничего не видят и не слышат. А потому, едва я поднялась из-за стола под руку с Бенедиктом, они принялись спокойно убирать посуду и даже глазом не моргнули, когда Бен, рассмеявшись, с легкостью подхватил меня на руки и понес прочь из обеденного зала.

– Бенедикт! – попыталась образумить Кэшема. – На нас же смотрят! – намекнула на присутствие слуг.

– И пусть смотрят. Я в своем доме и держу на руках самую прелестную женщину на свете – свою собственную и очень любимую жену! – последовал ответ, от которого голова пошла кругом. И я сама, обхватив ладонями лицо Бена, прижалась губами к его губам. Не ожидавший от меня такого приятного подвоха, Кэшем даже запнулся на месте и ответил на поцелуй с такой страстью, что время остановилось и весь мир, как мне показалось тогда, замер вокруг нас. Исчезли стены замка, растворились в пространстве. Исчез потолок и слуги. Бен держал меня на руках с такой бережностью, словно я была величайшим сокровищем на свете и это сокровище принадлежало только ему одному.

– Ну и погода. То солнце, то снова дождь льет. И этот ветер… - мужчина, поежившись, бросил взгляд в окно, туда, где северный ветер обрывал с деревьев последние желтые листья. По стеклу мерно тарабанил дождь, еще не перешедший в ливень. Но, судя по мрачному небу, опрокинувшемуся над зданием таверны, этот дождь обещал стать настоящим стихийным бедствием.

– Осень, господин. Холод и север, что взять с нашей местности, - протерев бокал для пива, хозяин таверны поставил его на полку рядом с остальными бокалами. – А вы какими судьбами в наши края? – спросил он, рассматривая высокую долговязую фигуру странного незнакомца, сидевшего за его стойкой и барабанившего длинными утонченными пальцами по краю столешницы. По всему было заметно, что человек этот богат. Его руки были усыпаны перстнями, одежда, хоть и дорожная, но выгодно отличалась богатым покроем и тканью, какую носят обычно только состоятельные господа.

– Можно сказать, проездом. Я бы уже уехал сегодня, не застань меня непогода, - равнодушно проговорил человек.

Хозяин таверны снова покосился на незнакомца и поежился. Было в этом человеке что-то отталкивающее и холодное. То ли взгляд, то ли наклон головы, какой-то звериный, мрачный.

– А скажите, есть ли тут у вас на севере большие имения? – вдруг поинтересовался мужчина.

– Как не быть? – пожал плечами хозяин таверны. – В нескольких часах от моего заведения начинаются владения лорда Кэшема. Это сын герцога Астера.

На лице у мужчины не дрогнул ни один мускул. Он сделал глоток горячего вина и равнодушно посмотрел в окно.

– Штормовой предел – самое большое имение в наших местах. За его счет мы, можно сказать, и живем. Все близлежащие земли принадлежат лорду Кэшему. А в этом году он приехал из столицы уже с молодой женой.

– Вот как, - прозвучало равнодушное.

– А дальше на утесе землями владеют Фрейзеры. У нас в долине несколько благородных семей. Но Кэшемы самые состоятельные.

– Они сейчас дома? – спокойно спросил незнакомец. Хозяину заведения показалось, что он задал вопрос больше из вежливости, чем из желания что-то узнать. Возможно, он просто хотел поговорить. Мало ли сколько в пути времени провел. И прибыл он не как все, в экипаже, а налегке, верхом. Сейчас жеребец чужака отдыхал в конюшне, пока сам он согревался в нижнем обеденном зале, а слуги чистили его тяжелый плащ, заляпанный грязью.