Чтение онлайн

— А у вас разве по-другому?

Мордехай вздрогнул: где-то в городе упал камень. Звук прокатился эхом, а потом последовал иной грохот: похоже, обрушилась крыша или стена.

Завыли собаки, пронзительно заголосила женщина.

— Они делают это обдуманно и целенаправленно, — заметил Мордехай.

— Конечно, — согласился Томас.

Стрельба велась не куда попало. Враг выбирал в качестве цели близко стоящие дома, чтобы причинить больше разрушений, а порой вместо камней швырял в город разложившиеся, гниющие трупы животных или бочки с нечистотами.

Мордехай подождал, пока смолкнет женский крик.

— Я, пожалуй, не верю в знамения, — сказал он. — Сейчас в городе произошло несколько неприятных событий, и мы вдруг вообразили, будто обречены. Но откуда нам знать, может быть, наших врагов поражают еще худшие несчастья?

Томас промолчал. Птицы затеяли перебранку в кровле, забыв, что под коньком крыши выхаживает кот.

— Чего тебе хочется, Томас? — спросил Мордехай.

— Сейчас?

— Нет, вообще в жизни?

Хуктон поморщился и вытянул вперед правую руку со скрюченными пальцами.

— Чтобы они выпрямились.

— А мне хочется снова стать молодым, — недовольно буркнул Мордехай. — Я же вылечил твои пальцы. Они действуют. Может быть, выглядят не больно изящно, но работают, как надо. А теперь скажи мне: чего ты хочешь?

— Чего я хочу, — ответил Томас, — так это убить людей, повинных в смерти Элеоноры. Вернуть Жанетте сына. Ну и, конечно, быть лучником. Да, лучником.

Юноше хотелось бы еще и найти Грааль, но он не желал говорить об этом с Мордехаем.

Еврей подергал свою бородку.

— Убить людей, которые убили Элеонору? — промолвил он, размышляя вслух. — Думаю, это тебе удастся. Вернуть сына Жанетты? Может быть, у тебя получится и это, хотя я не понимаю, почему ты так хочешь угодить ей. Ты ведь не собираешься жениться на Жанетте, а?

— Жениться на ней? — Томас рассмеялся. — Нет, конечно!

— Это хорошо.

— Хорошо? — Томас обиделся.

— Мне всегда нравилось беседовать с алхимиками, — сказал Мордехай, — и я часто видел, как они смешивают серу и ртуть. Существует теория, по которой все металлы состоят из этих двух субстанций, ты знал об этом? Пропорции, конечно, варьируются, но я имею в виду совсем другое. Видишь ли, мой дорогой Томас, если поместить ртуть и серу в сосуд, а потом нагреть его, результат очень часто бывает бедственный. — Движением рук лекарь изобразил взрыв. — По моему разумению, вы с Жанеттой как сера со ртутью. Кроме того, я не могу представить ее замужем за лучником. За королем? Да. За герцогом? Может быть. За графом или бароном? Запросто. Но за лучником?

Еврей покачал головой.

— Нет ничего плохого в том, чтобы быть лучником, Томас. В нашей юдоли зла это полезное умение. — Он немного помолчал. — Мой сын учится на врача.

Томас улыбнулся.

— Твой укор мне понятен.

— Укор?

— Твой сын будет целителем, а я убийца.

Мордехай покачал головой.

— Бенджамен учится на целителя, но он предпочел бы стать солдатом. Его призвание не лечить, а убивать.

— Тогда почему... — Юноша осекся, потому что ответ был очевиден.

— Евреи не должны носить оружие, — сказал Мордехай, — вот почему. Нет, я вовсе не хотел тебя укорить. Я думаю, Томас, что на свой, солдатский, манер ты хороший человек.

Он помолчал и сдвинул брови, потому что очередной камень, пущенный из большого камнемета, врезался в здание совсем недалеко от них. Эхо от грохота стихло. Они подождали криков, но их не последовало.

— Твой друг Уилл тоже хороший человек, — продолжил Мордехай, — но, боюсь, лучником ему больше не быть.

Юноша кивнул. Уилл Скит выжил, но остался калекой.

— Я порой думаю, что было бы лучше... — начал Томас.

— Если бы он умер? — закончил его мысль старый еврей. — Не желай смерти никому, Томас, она таки наступит сама, достаточно скоро и безо всяких пожеланий. Сэр Уильям отправится домой в Англию, и, несомненно, твой граф позаботится о нем.

«Такова участь всех старых солдат, — подумал Хуктон. — Вернуться домой и доживать свои дни, пользуясь щедротами лордов, которым они служили».

— Когда здесь все закончится, — сказал Томас, — я отправлюсь под Кале, где идет осада, и погляжу, не понадобится ли лучникам Уилла новый командир.

Мордехай улыбнулся.

— Ты не будешь искать Грааль?

— Я не знаю, где он, — отозвался лучник.

— А что книга твоего отца? — спросил целитель. — Она не помогла?

Томас дотошно изучал копию, которую сделала Жанетта. Он думал, что отец, должно быть, использовал какой-то шифр, хотя как ни старался, не мог обнаружить ничего похожего на код. А может, книга была просто плодом больного воображения, подборкой случайных записей, имевших какой-то смысл лишь в больном сознании отца Ральфа? Так или иначе, но в одном Томас был уверен: его отец верил в то, что обладал драгоценной чашей.

— Я буду искать Грааль! — заявил он. — Хотя порой мне кажется, что единственный способ найти его — отказаться от поисков. Полностью их прекратить.

С крыши донесся царапающий звук. Лучник, встрепенувшись, поднял глаза. Кот бросился на пташек, но не рассчитал и чуть не свалился с крыши, тогда как птичья стайка вспорхнула в воздух.

— Очередное знамение? — предположил Мордехай, посмотрев на спасшихся птиц. — И конечно, доброе.

— Кстати, — сказал Томас, — а что ты сам знаешь о Граале?

— Я еврей. Что я вообще могу знать о чем бы то ни было? — невинно спросил Мордехай. — А что будет, Томас, если ты таки найдешь Грааль? — Не дождавшись ответа, старый лекарь продолжил: — Как думаешь, мир станет лучше? Неужто в нем для победы добра и блага недостает только Грааля? И это все?

Ответа по-прежнему не было.

— По-моему, Грааль — это что-то вроде абракадабры, — печально пробормотал еврей.

— Вроде дьявола?! — Томас был потрясен.

— Абракадабра никакой не дьявол! — отозвался Мордехай с неменьшим удивлением. — Это просто слово, которому приписывают магическую силу. Некоторые глупые евреи верят, что если написать его не в строчку, а в форме треугольника и повесить писульку на шею, то вылечишься от лихорадки! Какая чушь! Единственное средство от простуды — теплая припарка из коровьего навоза, но народ возлагает надежды на заклинания, амулеты, и боюсь, что и на знамения тоже, хотя я лично не думаю, что Господь Бог действует с помощью амулетов или открывает Себя через знамения.