Чтение онлайн

Ольга взяла мальчика за руку.

— Пойдем в город. Пройдем по улицам, может, ты узнаешь свой дом, или мы встретим кого-нибудь, кто знает тебя, и он нам скажет, где твой дом и твоя мама.

Войдя в город, они остановились в изумлении: все дома и улицы золотились, играли изумрудным и голубым светом. Такой красоты Ольга никогда не видела. Удивляло и другое: ни одного человека на своем пути они не встретили. Тихо, пусто и чисто было на улицах, по которым они шли. Они проходили одну улицу за другой, сворачивали и в узкие извилистые переулки, но малыш не находил своего дома.

Ощущение фантастического, невероятного овладело Ольгой. Все это было как сон, как наваждение. Голова ее закружилась, мысли перепутались, и лишь одна из них укрепилась в ее мозгу: город, скорее всего, постигло какое-то небывалое стихийное бедствие и люди вынуждены были покинуть его.

— Тетя, — сказал мальчик, — я устал и хочу есть.

— Давай постучимся в какой-нибудь дом. Может, кто-нибудь откроет, напоит нас, даст еды, что-нибудь объяснит.

Ольга стала стучаться во все ворота подряд, но они не отворялись.

— У меня нет сил идти дальше, — сказал ее маленький спутник. — Если бы мама была в этом городе, мы бы встретили ее. — Он готов был расплакаться. — Тетя, а ты не моя мама?

Сердце Ольги сжалось, она прижала к себе мальчика и, не сдерживаясь, зарыдала…

Ее слезы упали в ручей, и мгновенно малыш и город исчезли.

Ольга даже не успела испугаться, когда чьи-то руки сзади схватили ее и потащили к стоявшим поодаль лошадям.

Избив Скифа, душманы привязали его к суку дерева, так что он почти висел над землей, а сами расположились отдохнуть на небольшой полянке здесь же, в дубовой роще.

Каждый был занят своим делом: кто чистил оружие, кто разводил костер, кто дремал, положив автомат на землю рядом с собой. Некоторые, в том числе вожак отряда по кличке Меченый, наблюдали за допросом Скифа, который вел широкоплечий, коренастый моджахед.

Молчание Скифа злило его. Он вынул из-за пояса большой нож и концом его лезвия стал водить по груди пленника.

— Послушай, мушавер, если ты и дальше ничего не скажешь, для начала я вырежу тебе вот здесь красную звезду. — Моджахед сверкнул глазами. — Смотри, какой нож острый!

Показывая взглядом на нож, душман разжал пальцы. Нож упал, воткнувшись в землю совсем рядом с ногой Скифа.

Меченый посоветовал:

— Подогрей-ка этого кафира!

— Придется! — ухмыльнулся коренастый и пошел к лошадям.

Краем глаза Скиф вдруг увидел, как брошенный кем-то из-за ближайшего дерева нож надрезал веревку. Достаточно было одного его рывка, чтобы она лопнула. Он исподтишка огляделся: кроме него никто ничего не заметил.

Широкоплечий взял камчу и, похлопывая ею по ладони, направился обратно — «подогревать» пленника. Ему оставалось сделать всего несколько шагов, как вдруг Скиф сильным ударом ноги под рукоятку воткнутого в землю ножа расчетливо направил нож в душмана. Нож, проделав замысловатую траекторию, буквально впился в широкую грудь бандита. Тот закричал и упал ниц.

От неожиданности все вокруг замерли. В ту же секунду из-за деревьев выскочили бородачи. Скиф узнал в них стражей Гинду. Он думал, что, сбежав, навсегда распрощался с ним. Но нет, он был нужен стражам Гинду. И только живым: ведь он единственный, кто знал, где погребены маманды.

Нападение стражей Гинду оказалось столь неожиданным, что, несмотря на их малочисленность, они без труда справились с душманами. Несколько человек сдались в плен. Среди них был и Меченый.

Как только Скифа освободили от веревок, из-за деревьев показалась Ольга, сидя верхом на коне. Она подскакала к Скифу и прямо с седла бросилась к нему на шею.

Они стояли, обнявшись, когда к ним подошел старший горец, тот самый, который не так давно вместе с Мурабом и другими стражами Гинду брал Скифа в плен. Ответив на его приветствие, Скиф сказал:

— Теперь, когда я нашел ту, за кем сюда пришел, и мы с нею вместе, можете быть спокойны — я покажу вам место, где находятся ваши маманды.

Старший произнес с достоинством:

— Мы это давно поняли и, чтобы не потерять вас, шли за вами по пятам от самого стана Хабибуллы.

— Тогда в путь! К ущелью Красных волков, пока солнце еще высоко… А этих, — Скиф кивнул в сторону связанных душманов, — возьмем с собой. Там как раз для них есть подходящая работенка…

Лишь к концу дня измученные жарой всадники доскакали до ущелья, где Скиф со своими товарищами принял неравный бой с отрядом Хабибуллы, в котором погиб Василек…

Скиф без труда нашел валун, за которым тогда переждал камнепад.

— Сюда! Я нашел то место! — крикнул он горцам.

Все спешились и сгрудились возле завала, преграждавшего горную дорогу.

Из-под камней исходил тошнотворный запах.

— Тюки завалило вместе с верблюдами, — объяснил Скиф. — Надо разгребать камни.

Обойдя завал, он остановился у места, где зловоние ощущалось особенно сильно.

— Начать лучше отсюда…

Самые тяжелые камни откатывали пленные душманы, но потрудиться пришлось и всем остальным. Наконец, из-под завала показались начавшие разлагаться трупы верблюдов и большие тюки. Работа пошла быстрей. Вскоре из тюков были извлечены кожаные мешочки с мамандами и гора драгоценностей. Их разложили на большом плоском камне, и они заиграли на солнце всеми цветами радуги. Чего тут только не было! И золотые монеты, и драгоценные камни, и разные ювелирные изделия, и предметы домашнего обихода из благородных металлов.

Но стражей Гинду все эти богатства не интересовали. Они в благоговении застыли перед серебряными тарелочками и большим серебряным подносом. Расчерченный пересекающимися прямыми и эллипсообразными линиями, поднос по краю был расписан какими-то таинственными узорами. Теперь и все восемь маманд в кожаных мешочках находились в руках стражей Гинду.

Они были счастливы. Старший горец обратился к Скифу:

— Ты нам вернул маманды. А потому все это, — он кивнул в сторону сокровищ, — принадлежит тебе. Бери, что хочешь.