Чтение онлайн

– Ты настоящая невеста, – сказал он, – ты ходила со мной в церковь. Идём ко мне в опочивальню.

Вот остались они там вдвоём, а он ей говорит:

– Ты по пути в церковь называла имя девы Малейн, что была моей наречённой невестой. Если бы я мог подумать, что это возможно, мне пришлось бы поверить, что это она стоит сейчас передо мной: ты во всём на неё похожа.

Она ответила:

– Я и есть дева Малейн. Из-за тебя я просидела семь лет в заточенье, терпела голод и жажду и прожила долгие годы в беде и горе. Но сегодня снова для меня засияло солнце. Я повенчана с тобой в церкви, и я твоя настоящая жена.

Они поцеловали друг друга и с этой поры были счастливы всю свою жизнь. А ложной невесте отрубили в наказание голову.

Башня, в которой сидела дева Малейн, стояла там ещё долгое-долгое время, и дети, проходя мимо неё, пели:

Если солдат ничего не боится, то и тужить ему не о чём. Вот один из таких-то и получил отставку, а так как ремеслу он не учился и заработать себе ничего не мог, то стал он бродяжничать по свету и просить у добрых людей подаяния. На плечах у него висел старенький плащ, да осталась ещё пара сапог из буйволовой кожи.

Шёл он однажды куда глаза глядят, не разбираясь ни в тропах, ни в дорогах, пробираясь полями всё вперёд и вперёд, – и добрался наконец до леса.

Не знал он, куда и попал. Вдруг смотрит – сидит на пне какой-то человек, одет хорошо, и зелёный охотничий камзол на нём. Подал солдат ему руку, поздоровался, уселся с ним рядом на траве и ноги вытянул.

– Я вижу, сапоги на тебе отличные и до блеска начищены, – сказал он охотнику. – А пришлось бы тебе, как мне, походить по свету, давно бы они не выдержали. Погляди-ка на мои, они из буйволовой кожи, послужили мне уж немало, а ходить в них можно везде.

Спустя некоторое время поднялся солдат и говорит:

– Рассиживаться мне больше нельзя, голод гонит вперёд. Ну, брат Начищенный Сапог, а куда эта дорога ведёт?

– Я и сам-то не знаю, – ответил охотник, – я в этом лесу заблудился.

– Стало быть, и с тобой вышло то же, что и со мной, – сказал солдат, – значит, мы друг другу под пару; ну, так давай не разлучаться и поищем дорогу вместе.

Усмехнулся охотник, пошли они дальше вдвоём, а тут и ночь наступила.

– Из лесу нам не выбраться, – сказал солдат, – но я вижу, вдали огонёк мерцает, там мы, пожалуй, и найдём что поесть.

Они подошли к каменному дому, постучались в дверь, и открыла им старуха.

– Мы ищем квартиру для ночлега, – сказал солдат, – да кое-чего заправить в желудок, а то он у меня пустой, как старый ранец.

– Здесь вам ночевать нельзя, – ответила старуха, – это разбойничий притон, и будет самое благоразумное, если вы отсюда уберётесь, пока они домой не вернулись. А уж если они вас найдут, то пропадать вам придётся.

– Да уж хуже не будет, – ответил солдат. – У меня два дня во рту и крошки не было, и мне всё одно, тут ли погибать или в лесу с голоду пропадать. Как кто, а я вхожу.

Охотник не захотел идти вслед за ним, но солдат втащил его за рукав.

– Входи, милый братец, не сразу же погибать-то придётся.

Но старуха их пожалела и сказала:

– А вы на печь залезайте, и если мне что-нибудь дадите, а сами уснёте, то я вас спрячу.

Только спрятались они в углу, как ввалились с шумом двенадцать разбойников, сели за стол, который был уже накрыт, и грубо потребовали подать им еду. Старуха принесла большое блюдо с жарким, и разбойники с наслаждением принялись за него. Ударил в нос солдату запах жареного, и говорит он охотнику:

– Я больше выдержать не в силах, подсяду-ка я к столу и поем с ними вместе.

– Ты нас погубишь, – сказал охотник и схватил его за руку.

Но солдат начал громко покашливать. Это услыхали разбойники, побросали ножи и вилки, вскочили из-за стола и нашли обоих за печкой.

– Ага, голубчики, – закричали разбойники, – чего это вы в угол забрались? Что вам здесь надо? Вас, видно, сюда сыщиками послали? Подите, вот вы научитесь, как на суку качаться!

– Однако повежливей, – сказал солдат, – я голоден, дайте мне сначала поесть, а потом уж делайте со мной что хотите.

Разбойники так и остолбенели, а их атаман говорит:

– Я вижу, ты не из робкого десятка. Ладно, ужин ты получишь, но потом придётся тебе помирать.

– Это мы ещё посмотрим, – сказал солдат, подсел к столу и смело набросился на жаркое.

– Ну, брат Начищенный Сапог, подходи и ешь, – крикнул он охотнику, – ты ведь голоден не меньше моего, а лучшего жаркого ты и дома у себя не найдёшь.

Но охотнику есть не хотелось.

Поглядели разбойники на солдата с удивлением и говорят:

– А он парень не из трусливых.

А солдат и говорит им:

– Еда, что и говорить, была хороша, ну, а теперь доставайте-ка доброго вина.

Атаман был в хорошем настроении; он согласился и на это и крикнул старухе:

– Достань из погреба бутылку, да самого лучшего.

Вытащил солдат пробку, та аж хлопнула, подошёл с бутылкой к охотнику и говорит:

– Теперь внимание, братец! Сейчас ты увидишь чудо из чудес: сейчас я выпью за здоровье всей ватаги. – И он поднял бутылку над головами разбойников и крикнул: