Чтение онлайн

Так проходила трудовая жизнь Наташи. По вечерам, особенно под праздники, девушка всегда со страхом возвращалась домой.

В одну из суббот Наташа вбежала в свою комнату в слезах, расстроенная. Хозяйка потребовала, чтобы она кончила какую-то кофточку, и девушка долго засиделась за работой. Со страхом бежала она ночью домой по темных улицам. Там по окраине, где она жила, народ под праздники гулял, бывали буйства и драки… В тот вечер Наташа попала в разгульную толпу: там дрались пьяные, и один камень попал ей в ногу, а пьяная толпа со смехом погналась за беззащитной девушкой.

— Господи, что за жизнь! — воскликнула Наташа, со слезами вбегая в свою комнатку. Комнатка эта, за которую она платила трудовые деньги, давно уже стала не ее. Тетка приходила каждый день, бесцеремонно располагалась и гадала дочери на картах. Эти две женщины ничего не делали, жили бесцельно, откуда-то доставали какие-то подачки, пособия и интересовались лишь своей будущностью, о которой узнавали по картам. Липа так располнела, что ей трудно было даже спуститься по лестнице.

В сетовании Наташи тетка и Липа не принимали никакого участия. Только тетка вяло проговорила: «Ну что ж за беда! Эти пьяные уж всегда такие».

Воскресенья тоже не радовали Наташу. Она теперь часто брала в праздники лишнюю работу и сидела, не разгибая спины.

Однажды за работой девушка запела вполголоса песню.

— Ах, да не ной ты, Наташа. Просто в ушах звенит… Голова трещит, — проговорила гнусливым голосом ее двоюродная сестра. Наташа замолчала и больше не пела.

В другой раз тетка сказала:

— Ты бы пошла, Наташа, погулять. Душно в комнате. Липочка приляжет отдохнуть.

Наташе хотелось сказать, что пойти гулять должны они, что она устала, имеет право отдохнуть, но, конечно, она не решилась так сказать, а встала покорно и ушла из своей комнаты.

Николай Васильевич приходил теперь редко. Они сидели с Наташей в углу на сундуке и тихо разговаривали. Не по себе им было тут, слова замирали на губах, говорить не хотелось.

Однажды по уходе старика Липа вдруг сказала:

— Ну что это, право, Наташа, шляется сюда этот полупомешанный дядюшка… Только мешает нам всем.

Наташа вдруг встала, вся вспыхнула, как зарево, глаза ее сверкнули гневом, и она заговорила таким голосом, которого даже не подозревала в ней двоюродная сестра:

— Нет, Липочка, этого никогда не будет! Дядю Колю я не выгоню! Он для меня первый друг. И вы мне это не говорите!!! Этого не будет, чтобы я его выгнала. Лучше я отсюда уйду навсегда!

Липочка взглянула испуганно на Наташу и больше об этом разговоров не заводила, но дулась на Наташу и подолгу шепталась с матерью. В их разговорах полушепотом прорывались такие слова: «От родственников житья нет… Благодарности никто не помнит… В счастье все дружки-приятели…»

Наташа слушала, терпела и молчала.

От усидчивой работы, от плохого питания Наташа побледнела и похудела, как щепка; у нее начались постоянные головные боли. Она страдала молча, стараясь скрыть все тяжелое от всех. Да и кому было до нее дело? Кто мог ей помочь?

Только одни внимательные, любящие глаза следили за ней и все замечали… С ней вместе страдал и ее друг.

— Наташечка, отчего ты такая бледненькая стала? — спрашивал Николай Васильевич.

— С чего мне розоветь, дядя Коля. Голова вечно болит, — ответила уныло Наташа.

Она за последнее время стала даже раздражительной.

— Наташечка, я же вижу, как тебе трудно.

— Конечно, трудно. Света Божьего не вижу. Еда плохая. Да и дома не отдохну… Что заработаешь, надо за комнату отдать или сапоги купить… Иногда последнюю копейку тетя или Липочка выпросят.

— Тяжело, знаю, Наташечка. Потерпи, может, лучше будет. Никто своей судьбы не знает.

— Терплю, дядя Коля, терплю… Все выношу. Еще хватает сил. Жду…

Наташа проговорила эти слова раздраженно-насмешливо, а Николай Васильевич смотрел на нее со страхом. Он никогда не слышал от нее такого тона и таких слов.

Однажды Николай Васильевич застал свою племянницу заплаканной и такой огорченной, что у него душа перевернулась.

— Сил моих нет. Измучилась я с ними! — воскликнула девушка, здороваясь с дядей.

— Что случилось еще?

— Ужасный случай… Там, где я работаю, я ушла на минутку на кухню. А мальчики прибежали в столовую. Они такие шалуны, удержу нет. Стали вертеть машинку; один подсунул палец, и другой повернул и проколол брату палец. Не могу забыть этот ужасный крик! Я так испугалась, мне даже дурно сделалось. А хозяйка меня же бранила, кричала, срамила, что я не досмотрела… разве я виновата?!

Вспоминая прожитый день, Наташа горько плакала.

— Наташечка, ты бы уж не мучила себя так! Ушла бы… Бог с ними!

— Ну куда я уйду? Буду ходить да искать работы… Наверное, еще хуже будет… Здесь хоть работой моей довольны…

— Куда ей идти? В другом месте, наверно, хуже будет. Не такие еще хозяйки есть, — возразила тетка.

— Уж вы ее не учите! Сама не маленькая. Чем она жить-то будет? — сказала сердито Липочка.

Николай Васильевич посмотрел на них недоброжелательно.

Наташа снова стала ходить поденно в тот же дом. Шалуны мальчики на другой день уже забыли про свое горе и придумывали новые затеи и шалости.

В один из морозных вечеров Николай Васильевич поджидал Наташу около того дома, где она работала. Он был в волнении и не обращал внимания на сильный мороз. Едва вышла девушка, как старик бросился к ней и заговорил торопливо, растерянно: «Я думал о тебе, Наташечка, все искал… Нашел… Хвалят очень…»

Наташа удивилась, встретив дядю, и спросила:

— Отчего вы, дядя Коля, тут? Что случилось?

— Место тебе нашел.

— Что вы беспокоитесь, дядя Коля… Я не пойду… Все равно. Везде одинаково.