Чтение онлайн

Истон просмотрел все предыдущие страницы ежедневника. И всюду, у Сатерлин, имелись от двух до четырех "М.К. " записей в неделю. Но с начала их работы над книгой, они, практически, сошли на нет. Решив, что это "М.К. " означало "Мой Кардиолог", он задумался, что это был за врач, принимавший пациента по вечерам, и в выходные? И почему Нора перестала его посещать, с момента их совместного сотрудничества?

Дрожащими руками, закрыв ежедневник, Зак подошел к ее книжным полкам. Миленько, подумал он, и усмехнулся из-за стоявших на верхней полке книг, которые были сплошь пособиями по сексу. Он пробежался по названиям: "Радость секса", "Камасутра", "Гид по Анальному Сексу для Женщин". Название последней книги Истон перечитал дважды.

Однако, вторая полка его несколько удивила - психология и учебники по психологии, толстенные тома по интеллектуальной психологии власти и боли. На третьей полке стояли детские книжки, со стертыми из-за многократного чтения обложками - "Гарри Поттер" в первом британском издании, "Алиса в стране Чудес", "Алиса в Зазеркалье", "Волшебник Изумрудного Города", "Хроники Нарнии". Но среди всего многообразия, одну книгу, казалось, любили больше, чем остальные. Ее тонкий, красный корешок был изрядно потрепанным и истертым. Зак достал ее с полки - "Бармаглот", Льюиса Кэрролла.

Некий сообразительный иллюстратор, переняв текст произведения Кэрролла, воплотил его, в - якобы - своей неповторимой работе. Истон пробежал взглядом по мрачным, насыщенным картинкам, изображенным на мягких и истончившихся от такого частого чтения, страницах. Интуитивно перевернув книгу, на последнем развороте он увидел посвящение. Мужским, изящным почерком, были выведены следующие слова, "Моей малышке, Никогда не забывай урок Бармаглота. И никогда не забывай о моей любви". Подписью служила единственная буква "С", с резкой, диагонально пересекающей ее линией - меткой таинственного Сорена. Закрыв книгу, Зак поставил ее обратно на полку.

Вернувшись к рабочему столу Сатерлин, он снова заметил черную, длинную спортивную сумку, о которую случайно ударился в первый раз своего нахождения в этом кабинете. Истон вытянул ногу, и, ткнув в нее, как и в прошлый раз, услышал лязгающий звук соприкосновения металла о металл.

– Открой ее, Зак.

Входящая в кабинет Нора, улыбалась ему во весь рот, но он был слишком озадачен, чтобы ответить тем же. Истон только смотрел, как она подошла еще ближе, как ее каблуки глухо стучали по деревянному полу, как ее кожаная, длиной до лодыжек юбка, еле слышно скрипела с каждым плавным движением бедер. Из-под ее высокого разреза, выглядывала бледная нога, затянутая в черный, с кружевной вставкой чулок. Поверх телесного цвета бюстье, на Сатерлин был надет черный корсет. А через ее оголенную шею, маняще перекидывались распущенные волосы, делая эффект от ее внешнего вида чрезвычайно непристойным.

– Тебе должны нравится женщины в униформе, - сказала она, и Зак уловил тонкий аромат ее парфюма - соблазнительного и уточненного, от которого волоски на его затылке встали дыбом.

– Ты не услышишь от меня никаких упреков.

– Спасибо, Закари. Поможешь мне? У меня не получается затянуть их достаточно туго.

Нора показала на свои руки в черных, кожаных перчатках без пальцев, длиной до самого локтя, и повернула их, демонстрируя Истону, что, они, обхватывая пальцы, были зашнурованы во всю длину на манер корсета.

– Что это за предмет одежды?

Взяв запястье Сатерлин в свои руки, он методично стянул тесьму.

– Называется "перчатки". Выглядят в духе средневековой женщины-воительницы.

– Я думал, что выходя из дома, ты надеваешь только красное.

Зак зашнуровал ее перчатки.

– Не верь всему, что слышишь обо мне - только плохому. А ты отлично справился. Значит, и раньше затягивал корсеты. Тебе нравится белье?

– Я никогда этого не отрицал. Должно быть раздражающим, иметь предметы гардероба, для облачения в которые нужна дополнительная помощь.

– Обычно, это работа Уеса. И именно он находит ее раздражающей.

– Его работа? Подумать только, во время учебы в университете, я подрабатывал барменом. Это совсем не похоже на вышвыривание пьяных футбольных хулиганов.

– Герой-любовник и драчун? Тебе нужно дать Уесу дельный совет, как по-настоящему, наслаждаться студенческой жизнью.

– Кстати, где этот парень? Уходя, он очень торопился.

– Ох, - махнула Сатерлин рукой, - где-то дуется.

– Дуется? Могу я спросить, из-за чего?

– Уес не хочет меня, но ему не нравится, если я хочу кого-то другого. Малому придется усвоить, что нельзя и птичку съесть, и косточкой не подавиться.

Истон рассмеялся.

– А еще он злится, - произнесла Нора, встав к нему ближе, - потому как знает, чем я сегодня буду заниматься.

– И чем же?

– Соблазнением тебя.

Зак отступил назад.

– Нора, я не изменил своего решения. Мы не можем вместе работать, и быть любовниками. Для начала, меня убьет Жан-Поль. И если это не сделает он, то сделаю я.

Изогнув бровь, Сатерлин скрестила руки на груди, и придвинулась к нему сбоку.

– Значит, сегодня просто смотрим меню, но не питаемся?

Скрестив руки, под стать ей, Истон улыбнулся.

– Возможно, я просто надеюсь вдохновить тебя на окончание книги до моего отъезда.

– Это вызов?

– Как насчет того, чтобы..., - начал Зак, не веря тому, что предлагал.
– Ты выполнишь его к установленному дню, и...

– И ночью мы будем играть?
– у Норы заблестели глаза.- Это хороший вызов, Зак. Я могу в нем победить.

– И..., - он повернулся к ней лицом, - если тебе удастся закончить книгу на несколько дней раньше запланированного срока, то технически мы уже не будем работать вместе. Пожалуй, тогда мы и обсудим применение наручников.

– Наручников?
– усмехнулась она, - это последнее, о чем тебе придется беспокоиться. Открой ее, - носком обуви Сатерлин указала на стоящую на полу, длинную, черную спортивную сумку, - беру тебя на слабо.

Через мгновение, Истон нагнулся, взялся за ручки, и потрясенный тяжестью ноши, поставил сумку на стол.