Сирена

Добро пожаловать снова в мой мир — Хармони — и еще одно приключение на Рейншедоу, где у каждого есть свое прошлое. Местные жители хорошо умеют хранить секреты — свои и соседей. На Рейншедоу не задают слишком много личных вопросов. Остров издавна стал прибежищем для людей, которые больше нигде не вписываются.

Те, кто поселился на острове, также привыкли иметь дело с опасными тайнами, сокрытыми в древних подземных катакомбах и на запретной территории, известной как Заповедник. Оказывается, Рейншедоу когда-то был местом расположения древних биоинженерных лабораторий пришельцев. (Что может пойти не так, а?)

Сплоченное сообщество Рейншедоу полагает, что оно сможет справиться с монстрами, динозаврами, созданными методом реверс-инжиниринга, и смертельными легендами, бурлящими под поверхностью.

Настоящие проблемы, как обычно, создают люди.

Это была свадьба сезона, и она шла безупречно — вплоть до того момента, пока подружка невесты не объявила невесте, пастору и толпе гостей, что жених убил своих первых двух жен. .

— Если кто-нибудь знает, почему этому мужчине и этой женщине не следует вступать в брак, пусть скажет сейчас или молчит всегда, — нараспев произнес пастор.

Зазвонил сотовый телефон Эллы. Все возмутились нарушением этикета, и несколько человек тайком проверили свои телефоны, чтобы убедиться, что они выключены.

Элла вытащила свой из букета, где она его спрятала, и прочитала текст, ее пульс участился.

— Остановить свадьбу! — крикнула она.

Все триста гостей, обслуга, шафер и певец уставились на нее. Она сосредоточилась на только что полученном сообщении, а затем посмотрела на невесту.

— Карен, ты не можешь выйти за него замуж. Его настоящее имя — Лео Беллами, и он разыскивается за убийство первых двух жен. Его также разыскивают для допроса по делу об убийстве третьей женщины, его невесты.

Карен Леггетт, хрупкая блондинка, закутанная в ярды белого тюля и серебристого атласа, почти потеряла дар речи от шока.

— Элла, — наконец выдавила она. — Что с тобой? Ты сошла с ума?

Элла встала между Карен и слишком красивым, слишком идеальным женихом. Ее дар обострился, и она увидела холодные темные тени в светлых полях ауры Беллами. Она узнала монстра, когда видела его, и видела Беллами таким, какой он есть, с тех пор, как Карен познакомила их несколькими неделями ранее.

— Я почувствовала, что с тобой что-то не так, еще в первую встречу, — сказала она. — Я поручила частному агентству более внимательно изучить твое прошлое.

Ярость вспыхнула в ауре жениха, но выражение его лица оставалось спокойным. — Он талант-хамелеон, — напомнила себе Элла. — У него талант к обману.

— Карен, у твоей подруги нервный срыв, — мягко сказал он. — Кто-то должен вызвать для нее неотложную помощь до ближайшей парапсихологической больницы. Возможно, кто-нибудь из наших гостей вызовется ей помочь.

— Я никуда не поеду. — Элла подняла телефон, на котором отображалось только что полученное текстовое сообщение. — Это от «Джонс и Джонс», Карен. Там говорится, что человек, которого ты знаешь как Чарльза Форбса, — хамелеон, настоящее имя — Лео Беллами. Он лгал тебе с самого начала. Врал и агентству свах.

Именно имя «Джонс и Джонс» наконец прорвало состояние ошеломленного шока Карен и вызвало волну тихого беспокойства среди гостей. Как и Элла, Карен и многие из присутствующих были членами Тайного общества. В Аркейне все знали о легендарной следственной организации.

К сожалению, Лео Беллами тоже узнал название агентства.

— Черт, — прорычал он. Прежде чем кто-то что-то понял, он вытащил из кармана смокинга небольшой магрез и схватил Эллу. Он приставил дуло пистолета к ее виску.

— Если кто-нибудь сдвинется хотя бы на полдюйма, подружка невесты умрет, — крикнул он толпе. — Мы с ней сейчас уйдем. Если я увижу полицейского в зеркале заднего вида, мисс Морган труп.

Он двинулся к боковой двери, увлекая за собой Эллу. Пистолет ни разу не оторвался от ее головы.

Толпа с ужасом наблюдала за происходящим.

Рука Беллами обвила горло Эллы. Она положила кончики пальцев на его голую руку. Он проигнорировал легкое прикосновение, намереваясь вытащить ее на парковку.

Элла изо всех сил старалась раскрыть свой талант. У нее был физический контакт. Это все, что ей было нужно. Изящные кристальные колокольчики на ее браслете задрожали. В них не было абсолютно никакой необходимости, но они помогали ей сосредоточиться.

Она начала петь.

Это была тихая, пси-песня, которую мог слышать только Беллами, потому что она проецировала на него потоки ее пара-музыки. Разрушающие, нарастающие аккорды черпали силу из дальнего конца спектра. Она соткала зловещие, неотразимые ноты, которые вторглись в свет снов Беллами и утянули его в свои глубины.

Ни один мужчина не мог противостоять таким яростным нотам. Все чувства Беллами — нормальные и паранормальные — разбились о скалы забвения. Пистолет выпал из его безвольной руки и с грохотом упал на пол. Он сделал слабую попытку сжать горло Эллы, но она легко выпуталась из его хватки. Он смотрел на нее глазами, остекленевшими от неестественного сна, который быстро утягивал его.

Ей показалось, что она прочитала в его взгляде запоздалое понимание и ужас. Его рот открылся, и он произнес одно-единственное слово, так тихо, что только она могла его услышать.

— Сирена.

В следующее мгновение он упал на пол в глубокой коме.

Она решила перестраховаться и устроить ему небольшой выход на бис, просто чтобы убедиться, что, когда он очнется — если очнется, — у него не останется четких воспоминаний о подружке невесты, которую он взял в заложницы.

Она присела рядом с ним и коснулась его горла, словно проверяя пульс. Колокольчики на ее браслете снова задребезжали.

Она спела еще несколько тактов, направляя сокрушительные волны музыки на его ауру.