Чтение онлайн

— Коронация пятнадцатого. После ты ещё несколько дней будешь недоступен для своей невесты. Шестнадцатого в «Сове», в полдень.

Коронацию Максим смотрел по телевидению у Сары с Кальманом, там собрались и Сандра с Риком, и Купер, и Акира Такеши без Лалы (бабушка наложила запрет), и Ян Гашек. Всё было предельно ясно и быстро. Вышел Томас Шнайдер, ему пропели дифирамбы, подвели к нему Маргариту, он взял её под руку. В этот момент Максима передёрнуло. Они вдвоём прошли через тронный зал, где возле трона стоял кубок. Маргарита прикоснулась к кубку, и он поменял цвет. На экране это было не очень заметно. Все зааплодировали. Был даже фейерверк.

Для Маргариты же все выглядело иначе.

Почему в таком огромном и торжественном зале так пусто? Почему так тихо и темно? И как я сюда попала? Я сплю? Ах, я сплю. Как тут красиво! Какая красота! А почему так темно? Почему сны так редко бывают яркими и красочными?

Маргарита летала. Иногда у нее так захватывало дух, что она не могла дышать, и ей становилось страшно от того, что она может умереть без воздуха. Умереть от восторга или от страха? А зачем мне воздух? Она попробовала не дышать дольше обычного и не умерла. Я вечная! Я вечная и всемогущая! Я сильная! А могу я управлять полетом или узнать где я? А где тот красивый зал? Хочу вернуться в предыдущий сон и узнать, что это было.

Маргарита плыла. Иногда она оказывалась под водой на такое длительное время, увлекаясь красотами подводного мира, что ей становилось страшно от того, что она может умереть без воздуха. Умереть от восторга или от страха? А зачем мне воздух? Она попробовала не дышать и дольше обычного пробыла под водой, и не умерла. Я вечная! Я вечная и всемогущая! Я сильная! А могу я управлять плаванием или узнать где я? А где тот красивый зал? Хочу вернуться в предыдущий сон и узнать, что это было.

Маргарита шла по широкой дороге среди раскинувшихся вокруг неё полей, лесов и гор. Шумели водопады, журчали реки, звенели ручьи. Зелень полей и лесов сменялась белизной песков пустынь. Как это все грандиозно и красиво. Как величественно. И как я одинока. Иногда ей становилось так грустно, что ей становилось страшно от того, что она могла умереть от одиночества. Умереть от?.. А зачем мне? Она попробовала и не умерла. Я вечная! Я вечная и всемогущая! Я сильная! А могу я управлять или узнать где я? А где тот красивый зал? Хочу вернуться в предыдущий сон и узнать, что это было.

Но, всё же, где я?

Вдруг посреди дороги она обнаружила невысокий круглый стол, вылитый из золота.

Это ведь золото? Какие чудеса в моих вечных и всемогущих снах. На столе она заметила какой-то сосуд и тут же ощутила жажду. Жажда была настолько сильной, что Маргарита, не задумываясь, бросилась к столу в надежде на то, что в сосуде будет вода. К её удивлению стол оказался достаточно далеко. Или она бежала на одном месте, или дорога уходила от неё в противоположном направлении. Тем не менее, она приложила все усилия, побежала быстрее, и заметила через какое-то время, что стол стал приближаться к ней. Или она приближалась к столу.

Наконец она прикоснулась к его, сверкающей золотом, поверхности. Дышать было очень тяжело. Она с опаской взглянула на сосуд, представлявший из себя небольшой кубок из какого-то странного чёрного материала. Рите стало не по себе. Ей почудилось, что цвет кубка был не просто чёрный, а настолько чёрный, настолько глубоко чёрный, что нельзя было придумать названия этому цвету. Этому чёрному цвету нельзя было придумать названия. Маргарита потянулась к кубку. Прикоснувшись, она тут же одернула руку. Кубок был ледяным. Какой странный чёрный ледяной камень! Рита набралась храбрости и схватила кубок обеими руками. Тот не сдвинулся с места, казалось, он и стол, были одним целым. Рита решила не сдаваться и напряглась изо всех сил. Я вечная! Я вечная и всемогущая! Я сильная! Кубок поддался. Держа кубок в руках, Рита к своему огорчению поняла, что он пуст.

Вместе с этим она к своему изумлению заметила, что… нет, это ей показалось. Нет, этого не может быть!

Почему не может? Я же сплю!

К своему удивлению она заметила, что цвет кубка в её руках начал превращаться из необычно глубокого чёрного в необычно другие необычные цвета. Постепенно будто из мрака, из чёрной глубины на свет его ледяной поверхности выплескивалась вся палитра, все цвета, и оттенки. Кубок на глазах принимал всё более яркие и светлые краски и, наконец, засиял мягким бирюзовым цветом.

Рита была заворожена волшебным зрелищем и никак не могла выпустить кубок из рук. Она боялась, что верни она его на место, и произойдет что-то ужасное. Напротив, держа его в руках, она испытала какое-то неведомое доселе чувство, выразить которое она могла лишь эмоциями, переполнявшими её совсем недавно: Я вечная! Я вечная и всемогущая! Я сильная! И я могу управлять и узнать где я!

Маргарита преклонила колено, и на её голову была возложена корона.

Маргарита стала коронованной принцессой Города.

В воскресенье граждане Города направились на выборы, дабы закинуть в урну свои бюллетени. В большинстве своем они намеревались ставить галочки напротив имени действующего президента. Филипп Роллан, ставший на днях директором Департамента полиции, отдал свой голос действующему руководителю Города, о чём свидетельствовали, в частности, чуть ли не ежедневные фото и видео во всех средствах массовой информации, где он стоял в обнимку с президентом и премьер-министром. В целом, ничего неожиданного в этом не было. Неожиданностью для Филиппа Роланна стало резкое охлаждение его отношений с дочерью. Та прекрасно поняла, как его разыграли, кинув в качестве подачки кость в виде Департамента полиции. Она, вырвавшаяся на свободу, выбравшаяся из тупика, видела отца, потерявшего на старости лет и свободу, и самоуважение, и зашедшего в тупик, чего он, возможно ещё не понимал, или не видел его, тупика… этого состояния пата…

Жанна перестала говорить ему о своих планах, о том, куда она собирается и что у неё на уме. Ему пришлось гонять её охрану так, что те не успевали менять людей на вверенной территории, чтобы не выпустить её из вида.

— Твои псы мне не нужны. Я свободна. Пусти их на более важные дела, пусть разрывают куски мяса, которые ты получил.

— Дочка, ты всё не так понимаешь!

На этом диалоги, как правило, заканчивались. У Жанны не осталось ничего, кроме театра. Она решила отдаться ему целиком. По телевидению она наблюдала за церемонией коронации Маргариты, тщетно пытаясь разглядеть Максима. С Максимом она решила расстаться сама, без объяснений, коими он её даже не счёл нужным наградить.

«Он настолько счастлив, — думала она, — что забыл совершенно обо всём. Я счастлива за него. Да, я искренне за него счастлива! И я знала, что так и будет. Во что я играла? Тоже мне… дура малолетняя».

Подумав об этом, она не смогла сдержать потока слез и взяла из бара огромную бутылку вина. «Пойду в ванну, — решила она, — и буду счастлива за всех, кто счастлив в этом мире. Вы… вы все молодцы. Я одна дура. Да как она открывается?» Справившись со штопором, она наполнила бокал до краёв и выпила его до дна. Вошла в ванную комнату, пустила воду, накидала туда разных волшебных ингредиентов для пышности пены, налила ещё бокал, выпила его также залпом. «Пожалуй, одной бутылки мне не хватит». Захватив в баре ещё одну бутылку вина, она в полном вооружении направилась в ванну комнату. Вода быстро наполнила ванну. Это была широкая ванна-джакузи, куда можно было поместить ещё троих человек. «Вполне достаточно, — подумала Жанна, скидывая с себя одежду, — ах какая же я красивая!». Жанна встала пред зеркалом, глядя на свое прекрасное молодое тело. «Весь город вожделел меня, а я ушла от них ото всех!» Жанна забралась в ванну и, чуть не поскользнувшись, сползла вниз, подумав о бокале, находившемся в её руке. «Вот моё море, мой океан свободы. Где мои дети свободы? Как быстро кончается вино. Ничего, в доме никого нет, если что, голышом схожу за третьей бутылкой. А я осилю? Ничего, нам свободным женщинам всё по плечу». Опустошив первую бутылку, наполнив до дна третий бокал, Жанна ощутила непередаваемое блаженство. Слезы всё ещё текли из её глаз, но это уже были слезы умиления. Она погрузилась в теплую воду, оставив на поверхности лишь свою прелестную головку, её светлые волосы также были погружены в пену. Она сделала глоток, да такой, что снова допила до дна бокал, это был уже третий по счету.