Синоптик
Шрифт:
Степан Махлюк, например, втихаря подтаскивал из своих «командировок» коньяк. И чего там греха таить, угощал всех сотрудников Отдела, включая и самого шефа. Но Аристарх давно вышел за рамки чтения мифологии, он строил на ней всю оперативную работу и в какой-то момент заигрался парень. Мало того, он и всех жителей Директории стал считать выходцами из далекой и загадочной Этрурии. Конечно, Аристарх Петрович был специалистом в этой области, но все же, подавляющее большинство сотрудников Отдела считали его чудаком. Одна лишь Николь Николаевна слушала его байки, широко раскрыв рот.
«Злоупотребление служебным положением» – вот тот вердикт, который вынес ему лично Директор, назначив два года исправительных работ в темнице Директории. Впрочем, специальным Указом, Директор вскоре заменил наказание условным сроком, но тут уж сам Аристарх опротестовал помилование, изъявив желание отсидеть в темнице и одновременно понаблюдать там за Анунакием.
Сотрудники хоть и покрутили пальцем у виска, но в душе согласились, что лучшего способа раскусить Анунакия, все-таки не существовало.
Вздохнув, шеф открыл вторую папку: «Анунакий Семенович Чужих. Специалист первой категории синоптической службы. Соучастник ряда преступлений против человечности. На контакт с товарищами по темнице идет неохотно…» – шеф пробежал рассеянным взглядом по первым строчкам личного дела второй папки.
Эту папку можно было бы и не открывать, ничего нового там не добавилось, но на руках у Федора Карловича была копия разрешения на посещение сокамерника Анунакия, некоего Устина Силантьевича Фляйшмана, подписанная самим Директором. Посещение узников темницы было делом таким незаурядным, что шеф взял его под свой личный контроль. Экспертиза почти на сто процентов подтвердила подлинность подписи Директора и этим привела в полное замешательство Федора Карловича.
Странным было уже то, что сам Устин Силантьевич Фляйшман, за примерное поведение был освобожден еще два месяца тому назад. Вопросы вызывали и отсутствие личного дела господина Фляйшмана, включая протоколы его допросов и собственно статья, по которой он отбывал наказание. Такого разгильдяйства со стороны службы наказаний он не ожидал и хотел на эту тему серьезно поговорить с Директором. Но чуть позже…
Из папки выпала очень короткая докладная записка Сары Александровны, которую она успела приложить к делу, перед самым убытием в командировку в пятый Минск.
«Доминик Фомич Хвостовский» и «Драган Янович Зубович», на которых были выписаны пропуска в темницу, поселились в номере люкс отеля «Малахитовая шкатулка» – этот абзац был набран на компьютере.
«Странные парни. Доминик Фомич никогда не снимает обувь, а Драган Янович, неизменно и всюду носит на носу очки с темными стеклами. В общении с персоналом отеля ведут себя на редкость неучтиво» – это было дописано уже рукой Сары.
«Надо безотлагательно заняться этим делом!» – размышляя, шеф побрел в сторону буфета. По овальному и спиралевидному коридору уже появились первые сотрудники, спешащие на обед. За время своих длительных командировок, проведенных им на пятой Земле, Федор Карлович почти отвык от полуобнаженного вида одномирян и в последнее время стал немного стесняться своего дряхлеющего оригинального тела.
«Ты, Карлыч, как-то «оземлепятился» – пошутил однажды по этому поводу его заместитель, Степан Павлович Махлюк.
«Ты сам, Степан, «оземлепятился» – подумал тогда шеф, уловив знакомый выхлоп дорогого коньяка, который довольно часто витал вокруг его заместителя.
Взяв на раздаче две чашки кофе и четыре булочки, которые были жалкими подобиями тех, которые он любил покупать в «пятом» Минске, Федор Карлович присел за дальний столик, за которым доедал свой обед Махлюк.
– Потянешь, Карлыч? – Степан кивнул под стол, где у него в руках томилась еще не завинченная емкость.
– А, давай! – шеф давно перешел со своим заместителем на доверительные отношения, а кроме того их связывала не одна успешно проведенная операция в соседних мирах. А флягу он узнал, это была знаменитая баклажка Аристарха Петровича, которая вмещала в три раза больше спиртного, чем это могло показаться с первого раза неискушенному собеседнику.
– Кстати, вот информация по визитерам – Степан подтолкнул в сторону шефа смятую пластиковую карточку.
– Читал? – строго посмотрел на своего подчиненного Федор Карлович.
– На моем аппарате такую рвань не прочтешь. Тут нужна спецтехника – с легкой обидой в голосе ответил Степан, удивившись такой постановке вопроса. Хотя понять шефа было можно, назревал катаклизм и все службы пытались перевести стрелки на их Отдел. Хотя справедливости ради надо было отметить, что общий надзор за Шептуном был все же в их компетенции.
Федор Карлович достал свою знаменитую на весь Отдел универсальную губную гармошку, и несколько раз протянув о край стола мятый пластик, вставил карточку в специальное гнездо, скрытое в корпусе этого удивительного инструмента.
Махлюк знал, что еще одна, точно такая же гармошка была в руках самого Директора. Да злые языки трепали, что у директорской любовницы была еще одна игрушка, но на то они и злые языки. Причем, никто, включая и самого Федора Карловича, не знал, кто переделывал эти банальные вещицы в сверхумную специальную технику. Самая последняя версия очень осторожно предполагала, что их мастерит некий умелец, пришедший в Директорию из неоткрытого пока мира под кодовым названием «Земля 9», что в принципе не особо противоречило теории. «Девятую» Землю ученые с большими натяжками все-таки предполагали, хотя это еще не было подтверждено экспериментальными данными. Более того, в последние годы появились ученые смело заявляющие, что существуют еще «десятая» Земля. А один лихой профессор договорился до того, что отодвинул их «первый» мир, заявив о «нулевом». Но простые граждане Директории на эти темы старались даже не думать. Ибо такие мысли могли снести разум сразу всей цивилизации. Хотя в кулуарах отдельные интеллектуалы, нет-нет, да и использовали понятие «ноль».
– Читай вслух! – шеф решил дожевать последнюю булочку и одновременно смыть тень недоверия, которая проявилась у него минутой раньше.
Доминик Хвостовский и Драган Зубович, уроженцы Земли, под номером… – замялся Степан.
– Не томи! – шеф нервно мял в руках остатки своей булочки.
– Земли под номером «пять» – выдохнул Махлюк, сам не веря в написанное.
– Автор докладной? – слишком громко хлопнул ладонью по столу Федор Карлович.
– Устин Силантьевич Фляйшман – воскликнул Махлюк, еле успевая ухватить исчезающие инициалы буквально за хвост. Так как вся информация уже бесследно исчезала с их карточки.