Синий пепел

Пришествие. Церковники назвали это началом Конца Света, мистики и разного рода предсказатели сразу нашли в священных текстах подтверждение тому, что это должно было случиться и предсказано ещё очень давно, но мы решили обратиться к настоящему специалисту.

– Так что же это всё-таки было? Мы спросили члена-корреспондента академии наук доктора наук, и почётного профессора десятков Российских и иностранных университетов астронома Виктора Симонова.

– Если честно, то мы до сих пор не знаем. Строим теории разной степени проверяемости, но и сейчас, пять лет спустя и близко не придвинулись к пониманию феномена «Пришествия».

Программа «Вопросы и ответы». Видеоканал Око. 5 Июня 2086 года.

Западная Сибирь город Дзержинск.

«И чего я попёрся через проспект?» – Молодой мужчина лет тридцати в чуть потёртом бронекомбезе, разгрузке и тяжёлых сапогах, осторожно выглянул из-за угла полуразвалившегося здания, и чуть прищурился, точно вымеряя расстояние до условно безопасной точки, по серому потрескавшемуся асфальту с островками полусгнивших автомобильных скелетов. Серебристый туман локального пробоя крутился как раз между уткнувшимся в бордюр КАМАЗом, и покосившимся ларьком где давно обитал паук-череп – относительно безобидное существо, если его не беспокоить громкими звуками и запахом человеческой плоти. Пробой лёг прямо на сверкающие стальным блеском игловидные кристаллы, проросшие из металла на капоте сгнившей Ауди, которые поблёскивали на солнце, а по их острым кончикам временами пробегало искристое облако разрядов. Но «рыбкам» защита стального мха была по барабану. Из облака пробоя то и дело выныривало серое туманное веретено, с хрустом отхватывало порцию кристаллов, и вновь скрывалось в мареве пируя на нежданном деликатесе.

Мху это активно не нравилось, но боевые стрекательные иглы были частью срезаны облаком портала, а частью уже разрядились, так что рыбкам ничто не мешало обгладывать колонию с одного бока.

Мимо мха ещё можно было проскочить, а вот мимо рыбок уже никак. Юркие и подвижные червеобразные тела серебристого цвета, с хватательными щупальцами впереди, летали игнорируя гравитацию и жрали всё что попадалось на пути. Металл, бетон и стекло, но особенно предпочитали живую плоть. И чутьё у них было такое, что в радиусе пяти – шести метров лучше не появляться.

С определённой уверенностью можно было утверждать, что полутораметровый паучок так любивший похрустеть человеческими косточками был откушан в первую очередь, а мхом, рыбки закусывали на десерт.

А сзади, скрипя сминаемым металлом и бетоном, накатывалась «живая волна» гравитационного сдвига которая двигалась широким фронтом вдоль проспекта, и если в голову не придёт какая-нибудь свежая идея, то лежать ему здесь в виде кровавой кляксы, с вкраплениями такого же раздавленного снаряжения.

Виктор снова чертыхнулся, и наконец решившись, зарядил в подствольник творение местных кулибиных – гранату «Дымка» в состав которой входил и стальной мох.

Трудность заключалась в том, что попасть следовало в точку диаметром в десять сантиметров и с расстояния в полсотни метров. Если промахнуться, то граната улетит в облако, и окажется где-то в другом измерении, или пролетит мимо и наделает бед совершенно не в том месте где нужно. Он выкрутил детонатор на шесть секунд, тщательно прицелившись, вогнал её прямо в основание колонии, где она залипла благодаря тонкому гарпунному наконечнику, и в бодром темпе пополз в переплетение арматуры, надеясь, что там, в гуще обломков, найдётся выход, и его не завалит «волной» и ещё о многом.

Взрыв прозвучал резко и хлёстко, словно хлопок детонатора, и уползший довольно далеко, Виктор решил поискать выход наверх.

Когда он выглянул из мешанины бетонных обломков, на проспекте уже заканчивалась эпическая битва. Огромный кусок мха, сдёрнутый взрывом, влетел в облако локального пробоя, и уже там устроил натуральный геноцид «рыбкам» В облаке что-то вспыхивало, шипело и шкворчало, словно на сковородке жарили целого хряка, а на асфальт вываливались клочья стального мха, и длинные червеобразные тела «рыбок».

Рыбки в какой-то момент повалили особенно густо чтобы наказать колонию живых кристаллов, когда под действием «живой волны» облако окутал едва заметный зеленоватый дымок, и локальный переход схлопнулся, оставив на асфальте развороченный и отполированный до блеска остов легковушки, и полупрозрачные тушки рыбок, мгновенно погибшие, когда исчез прямой контакт с гнездом.

«Вот так и рождаются легенды» проворчал Виктор, укладывая в огромный сто двадцатилитровый рюкзак трофеи. Три десятка «рыбок» и больше сорока килограммов «стального мха» стоили того, чтобы не только на время прервать поход, и оттащить добычу Толстому Владу, но также задержаться в городке, чтобы выпить за капризную девушку по имени Удача.

Каток «живой волны» уже убрался назад, и обратная дорога к границе Пятна была простой словно по городскому парку, в день десантника у трансвестита.

Западная Сибирь, Закрытое административно-территориальное образование «Посёлок».

Посёлок, основанный первыми искателями так и назывался Посёлок. Правда, говорят, что когда-то давно на этом месте находилась деревня Клюковка, но с тех времён всё сильно переменилось. Сгнившие развалины старых деревянных домов сменили высокие стальные корпуса домов – дотов, с куполообразными крышами. Усиленные внутри балками и распорками, они бугрились башнями из которых торчали стволы гранатомётов, автоматических пушек и спаренных крупнокалиберных пулемётов, потому что живность Пятна, обычной пулей было не взять, и обычный автомат калибра 7.62 или 5.45 искатели носили исключительно для встреч со «сталкерами» которых здесь несмотря на тройной кордон было завались. Хотя кордон – это скорее для дураков. Для умных существовала определённая цена, уплатив которую человек мог пройти на территорию Пятна. Цена фактически официальная, так как с неё уплачивались налоги, и государство строго следило за тем чтобы не было общих для всех правил. На каждого соискателя богатств ставилась специальная метка, и общим правилом было что сталкер покидал Пятно через другой КПП.

Прибывали сталкеры отовсюду, и за редким исключением сразу же начинали качать свои права, после чего, видимо наигравшись в популярную игруху «Сталкер» лезли в Пятно за богатым хабаром. Так их и называли – сталкеры, вкладывая в это слово оттенок презрительный и уничижительный. А в противовес сталкерам поселковых звали искателем или если человек был уважаемый и заслуженный, то находником. Потому как искать это процесс, а находить уже результат, и вот тех, кто давал этот самый результат в посёлке особенно уважали.

Процент возврата сталкеров, этих смелых, но глуповатых людей, был примерно полпроцента, то есть один на две сотни, но это не останавливало лихой народ. Цены, что ломили скупщики инопространственного техно и биоматериала, способны были свести с ума и престарелого бухгалтера.

Каждый вернувшийся хотя бы с одной баночкой вещества, сразу становился обеспеченным человеком, и несмотря на жесточайший контроль, и регулярные посадки, желающие не переводились.

Конечно, случались и вменяемые новички, но что делать нормальному человеку в месте, где каждая вторая кочка может быть смертельно опасной?