Чтение онлайн

— Планы? Ну, план таков: сначала поспать, потом пройтись по магазинам.

Собеседница перевернулась на живот и подложила под щеку подушку.

— Мм-м… — промурлыкала она. — Хорошая мысль…

И крепко заснула.

Макбрайд разделся, лег рядом и закрыл глаза. «Неплохо бы набраться сил и отдохнуть после перелета, а уж тогда можно и на охоту отправляться. Вздремну пару часиков…»

«Опдаал…» Лью вспомнил «скорую помощь». Он не понимал, что произошло, только видел бегающие по потолку огни. Затем его куда-то везли на каталке, и Опдаал сказал: «Ты очень храбрый». Только норвежец вовсе не старался ободрить Льюиса — он просто потешался над ним.

— Лью! Лью! — Эйдриен трясла его за плечи. — Проснись, это сон.

Макбрайд открыл глаза. Какое облегчение. Ему снился человек с трубкой в горле. Человек без лица. А может, с оторванным лицом. Льюис видел его на экране, крупным планом, и ужасался этому пустому лику. Даже теперь видение не покидало его, оно по-прежнему стояло перед глазами. Безумные глаза широко раскрыты от ужаса, а вместо лица пульсирует венозная пульпа.

Это не по-настоящему — все приснилось. Он в отеле, рядом обеспокоенная чем-то Эйдриен, а за окном с грохотом направляется в парк трамвай.

— Может, пройдемся? — предложил Макбрайд. — А то попадем в обеденный перерыв.

— Магазины закрываются на обед?

— Да, на пару часов в день.

— Подумать только, — пробормотала она. Для Эйдриен эта поездка в Европу стала первой.

Женщина за стойкой администратора, сидевшая на первом этаже, пришла в восхищение, когда Макбрайд заговорил по-немецки. Он поинтересовался, где находится магазин для охотников. Ein Speicher f"ur J"ager [55] .

— Один момент, — ответила женщина, извлекла откуда-то тоненькую брошюрку и шариковой ручкой нарисовала путь от отеля до искомого «Speicher».

— А что такое «шпайхер»? — спросила Эйдриен, когда они вышли на холод и направились в сторону исторической части Цюриха.

— «Шпайхер» — значит магазин, — ответил Макбрайд, ругая себя за то, что не захватил перчатки.

— Какой магазин? — поинтересовалась она.

— Для охотников.

Эйдриен еще больше смутилась.

— То есть лук и стрелы, удочки и…

— Дробовики. Да, ты все верно поняла.

Они прошли еще несколько десятков метров, как вдруг девушка остановилась и повернулась к спутнику:

— Дробовики?

Макбрайд кивнул, и они возобновили прогулку. На мосту Квейл-Бридж, ведущем в историческую часть города, Эйдриен снова встала как вкопанная.

— На днях ты сказал, что хочешь убить Опдаала. Дескать, тогда все выйдет на свет на суде, а я буду твоим адвокатом… Ты ведь пошутил, правда? То есть ведь не в этом состоит план?

Льюис оперся о перила моста и посмотрел вдаль, любуясь Цюрихским озером: по матово-черной поверхности плавно скользила флотилия белых лебедей. Дыхание паром выходило изо рта. Наконец Макбрайд заговорил:

— Ты хочешь сказать, что провалила экзамен по швейцарской юриспруденции?

Эйдриен покачала головой:

— И близко не подходила. Никогда не пробовала сдать. Не знаю языка. Ничего здесь не знаю.

Льюис задумчиво кивнул и пожал плечами:

— Ну, значит, не такой уж и хороший я придумал план. — И тут же с улыбкой добавил: — Не волнуйся, я ни в кого не стану стрелять, если только они не начнут первыми.

Две минуты спустя они стояли у витрины оформленного под старину магазинчика и смотрели сквозь стекло на диораму со сценами охоты: гончие загоняют лису, галопом мчатся лошади, всадники дуют в почтовые рожки. Прямо у входа их встретило чучело поднявшегося на задние лапы медведя, со стены за кассовым аппаратом скалилась голова вепря, а с противоположной стороны на посетителей уныло взирала семейка мертвых оленей.

Эйдриен закатила глаза.

— Нельзя просто прийти и купить ружье, — сказала она.

— В Швейцарии можно, — ответил Макбрайд, изучая пистолеты на застекленном прилавке. — Страна вооружена до зубов. Здесь даже по закону каждый мужчина от двадцати до сорока — ну, или что-то в этих пределах — обязан владеть оружием.

— Да иди ты!

— И не просто оружием, — добавил Лью, — а мощной винтовкой, из которой можно убить человека. Таков закон. — Макбрайд помедлил. — Слушай, в квартале отсюда есть универмаг. Ты не могла бы кое-что купить?

Эйдриен кивнула:

— Конечно. А что нужно?

— Карниз.

Ей показалось, что она ослышалась. Попросила повторить, и Льюис исполнил просьбу.

— Какой карниз?

— Любой. Главное, упакованный в коробку и не длиннее пяти футов. И еще мне понадобится скотч.

Эйдриен уж собиралась поинтересоваться, не купить ли заодно занавески и полотняные салфетки, как к прилавку вышел пожилой продавец и на безупречном английском спросил, не может ли он чем-нибудь помочь.

Макбрайд улыбнулся и ответил:

— Мне нужна боевая винтовка, пневматическая, с ручкой в форме пистолетной рукояти. У вас есть что-нибудь подобное?

Эйдриен среагировала так, словно ее спутник попросил полный чемодан порнографии: резко развернулась и решительно покинула магазин в поисках универмага.

Швейцарский климат очень далек от флоридского, а потому перед путешественниками вскоре встала проблема: где приобрести теплую одежду? Падал легкий снежок, и на улице было прохладно и сыро. К счастью, Зефельдштрассе изобиловала магазинами, где продавалась сшитая небольшими партиями одежда; Эйдриен подобрала себе мышиного цвета пальто с капюшоном, длинный шарф и пару мягких кожаных перчаток. С учетом скидок она заплатила всего десятую часть того, что можно ожидать от модельной одежды, но и это в сумме оказалось дороже всех ее прежних покупок.

Затем настала очередь Макбрайда, и, к удивлению Эйдриен, он после долгих поисков обнаружил магазин, где продавались заметно устаревшие товары. Льюис исчез в дверях и несколько минут спустя вышел в черном берете, военной куртке защитного цвета и видавших виды массивных ботинках.

Эйдриен стало явно не по себе.

— Ты собираешься в этом ходить?

— Последний писк моды! — отрезал Лью.

Наконец они оказались в вестибюле «Флориды» и, отогреваясь в теплых потоках воздуха, стряхнули с себя снег. От мокрых волос Эйдриен столбом валил пар. Потом они на удивление долго ждали крохотный лифт, который добирался с соседнего этажа, наверное, целую минуту. Макбрайд придержал перед спутницей дверь из дымчатого стекла, и они протиснулись внутрь.