Чтение онлайн

— Ты успокоительное пила? Ну-ка посмотри на меня, — приказал мужчина, и встретившись с жутким тоскливым взгляд жены, крикнул в лестничный пролет выходящей на площадку Свете. — Захвати лекарство! Баночку с синей полосой с кухни! На столе!

— Поняла!

Вадим посадил Лику в машину и присев перед ней на корточки принялся застегивать ее куртку и успокаивать:

— Мы еще приедем сюда, возьмем, все, что ты захочешь…

— Ча-а-йник ма-амин…

— У меня есть чайник, — заверил ее мужчина. — У меня все есть: чайник, тостер, посудомоечная машина, холодильник; свет и вода…

— А-а-а…

— Абсолютно все.

— А-а… да-а-а?

— Честно. Не буду же я тебя обманывать?

— Я-а-а… да-а… пра-а-сти-и-и…

— Да на здоровье — плач. Только живность дворовую жалко — распугала ведь всех, — улыбнулся ей. Лика припала к его груди, пытаясь, успокоится и извиниться за истерику.

— Ничего хорошая моя, все наладится. Главное мы вместе, правда? — погладил ее Вадим, начал целовать, осушая слезы.

— Кхе-кхе! — заявила о своем присутствии Светлана. Греков покосился на нее:

— Лекарство?

Женщина протянула баночку.

— А вода?

Женщина так же молча протянула бутылку с чаем. Вадим поблагодарил ее взглядом и сунул в рот Лике таблетку, помог запить.

Света молча наблюдала, с каким терпением и нежностью он относится к жене, и невольно улыбнулась. Ей нравилось, что этот сильный и жесткий мужчина настолько ласков к Лике, заботлив не напоказ, а от души. Женщина призналась себе, что ошиблась в нем и немного успокоилась за подругу: может, конечно, для кого и сказка, но, Слава Богу, для Лики быль. Кто как не она, заслужил счастье любить и быть любимой?

Лика успокоилась и притихла, когда они были почти у цели. Она крепко прижимала к груди сумку с иконками, что всучила ей заботливая подруга и огромными от ужаса глазами смотрела на старинные дома в центре города, предполагая, что Вадим везет ее в один из них. Как она будет там жить, Лика понятия не имела и лишь надеялась взять себя в руки и повторяла себе, что она сильная, взрослая женщина, уже жена, и должна, и может вести себя подобающим образом. Хватит реветь, ставить Вадима в неловкое положение, да и раздражать. Кому понравиться смотреть день и ночь на заплаканное лицо? Конечно, никому. Поэтому все, поэтому, хватит. И стала смотреть на дома, деревья, транспорт, людей, цепляясь сознанием за картинку обычного Питерского утра, и отталкивая тем самым слезоточивые мысли, эмоции.

— Спасибо, — поблагодарил ее Вадим, оценив усилия жены. Лика выдавила улыбку.

Вадим остановил машину на стоянке у дома, и пока женщины рассматривали величественное здание, о чем-то переговорил с охранником. Подхватил подруг под руки и повел к подъезду.

В холле сидел консьерж: седовласый, представительный мужчина. Он оглядел вошедших острым взглядом, раздвинул губы в улыбке на приветствие Грекова и закивал, слушая жильца:

— Моя жена Лика. Если что, будьте так любезны, помочь ей.

— Конечно, конечно, Вадим Аркадьевич поможем с превеликим удовольствием. Гостей?…

— Не пускать, — бросил тот, подталкивая женщин к лифту.

Вадим открыл дверь и, пропустив подруг внутрь помещения, положил ключи на столик в прихожей:

— Лика, ключи вот. На всякий случай есть комплект у консьержа. Что ж вы замерли? Проходите, осваивайтесь, — рассмеялся, увидев настороженно-недоуменные лица. — Заблудиться невозможно, честное слово, комнат всего пять.

— Угу, — буркнула Светлана, раздеваясь. Вадим, обняв растерянную жену, провел ее в спальню, которая напомнила Лике одну из зал Эрмитажа. Мужчина открыл ящичек секретера, показывая стопку купюр:

— На расходы.

Лика замотала головой, отказываясь:

— Вадим я…

— Ты моя жена. Не забывай об этом. Вечером приду усталый, голодный, неужели ты даже ужин не приготовишь?

— Приготовлю…

— Вот тебе и расходы. А еще я бы очень хотел, чтоб ты посмотрела себе что-нибудь шикарное, на венчание. Платье, колье — что хочешь. И не стесняйся в тратах малыш…

— Вадим!

— Возражения не принимаются. Я ничего не имею против того, чтоб венчаться с тобой в этом плаще, а ты бы была в этой куртке. Но, малыш, я слышал, что венчаются раз в жизни, поэтому может стоит немного разнообразить наряды? Опять же батюшку шокировать не хочется…

— Не переживайте, Вадим, у вас будет самая красивая невеста, — заверила его Светлана, проходя в комнату.

— У меня самая красивая жена, — напомнил он ей. Поцеловал растерянную Лику и, одев ей на шею цепочку с сотовым, направился к выходу. Помахал женщинам ладонью. — Осваивайтесь и не скучайте!

Лика не успела сказать и `А', как хлопнула входная дверь.

— Н-да-а, — протянула Светлана, осматривая апартаменты. — Думаю, нас не убьют, если мы позволим себе экскурсию по достопримечательностям.

— Света, — со страхом прошептала Лика, отрицательно качнув головой.

— А что Света? — пожала та плечами. — Это ты номер выкинула, выйдя замуж за небедного человека, так что, придется соответствовать. Кстати, бизнесмены любят устраивать вечеринки, рауты, тусовки, и тебе, как жене придется выглядеть подобающим образом. Нравится, не нравиться, а пробежка по магазинам необходима. Или будешь позорить мужа своим пришибленным видом?

— Света, — всхлипнула Лика, умоляюще.

— Не-а — Лика. Я как была Сударевой, так и осталась, а ты у нас теперь кто? Грекова, да? Что стоишь леди Грекова? Пошли с хозяйством знакомится, да вперед, по магазинам, к завтрашнему торжеству готовится, — пряча растерянность за бравадой, заявила Светлана. И качнула головой, разглядывая картины в позолоченных рамках на стенах: может и репродукции, но такие, что в картинной галерее не стыдно выставить. А стоят? Думать не стоит. Мама дорогая, куда мы попали?

— Извини, я мужа не выбирала, мне его Бог дал.

— Ага? Ну, с этим и не поспоришь, тем более не поскупился Всевышний. Остается надеется, что вся эта позолота стоит хозяина и ты с ним не зачахнешь, как птица в клетке.

— Вадим замечательный человек!

— Не сердись, ничего против Вадима я не имею. Пока, — и взяв подругу за руку, потащила ее в другие комнаты. — Пошли знакомиться с жилищем… Тадж-Махал, блин! — не сдержалась, застыв на пороге гостиной — огромной залы в бело-голубых тонах: огромный плазменный телевизор, диваны и кресла замысловатой формы, атласные портьеры гирляндами.