Чтение онлайн

— Значит, их кто-то сюда занёс. Установить срок можно?

— Мы впервые столкнулись с таким материалом и не можем быстро сказать, как его состояние меняется со временем.

— А грубо?

— Миуки появились здесь несколько веков назад. Сказать точно невозможно, поскольку на всей Андаре ещё не было единого централизованного летоисчисления. Археологическая группа здесь отсутствует, как таковая. К сожалению.

— Ваше мнение?

— Их первичное развитие после начала колонизации могло проходить достаточно долго, так что даже несовпадение по времени ничего не значит. А что до непосредственно их попадания, то я пока вижу один единственный вариант. Да, многие миуки нормально переносят вакуум и низкое давление, но для совершения дальних путешествий этого недостаточно.

— Значит, кто-то намеренно принёс их сюда?

— Учитывая состояние породы, это, скорее, было падение. Если это было падение, не миуки ли стали его причиной? Аппарат был немаленький.

— Но нашими кораблями они воспользоваться не смогли.

— Нет. Наши технологии проверки и очищения достаточно совершенны, чтобы обезопасить остальные миры. За те годы, что прошли с момента нашего появления здесь, ни один миуки не покинул Андару.

— Ладно, это тоже забота других. У меня другой вопрос. Прошлое мы обсудили, но давайте вернёмся к будущему.

Ливин повернулся к Крафтеру и выжидающе на него посмотрел, как будто именно он должен был что-то говорить. Координатор занял выжидательную позицию и молча ответил взглядом на взгляд.

— Какова вероятность того, что мы сможем воспроизвести миуки?

— Вы имеете в виду технически? У нас есть проект машин, основанных на их механике.

— Нет, — спокойно парировал советник, как будто ожидал именно такой ответ, — я говорю о более приближенном воплощении. При помощи биотехнологий.

— Видите ли, в чём сложность, — издалека начал координатор, — миуки не являются жизнью в полном понимании этого слова. В своём отчёте я неоднократно упоминаю об их искусственном происхождении. Может быть, моё высказывание прозвучит слишком смело и самонадеянно, но я бы сказал, что миуки тоже машины, только немного другие.

— Машиной должен кто-то управлять, а мы не нашли такого существа.

— Здесь всё гораздо проще. Они сами и есть оно. Гипотеза о том, что миуки единый организм, существует с момента их обнаружения, но она не пользовалась большой популярностью. Действительно, сейчас выходит, что она несколько груба, но всё же правдива.

— Я читал об этом в вашем отчёте. Почему вы не придерживаетесь второй гипотезы, согласно которой этот организм обитал в центральной колонии, и просто успел превратиться в свободную биомассу до того момента, как мы вошли туда?

— Это очень тонкий момент. У меня лишь косвенные доказательства, поэтому я не отметаю эту теорию. Видите ли, в чём дело. Если бы это было так, то этот организм мог бы управлять всеми остальными, только оставаясь сам собой. Если, как вы говорите, он разложился в биомассу во время нашей бомбардировки, то он должен был перестать выполнять свои функции, и миуки стали бы просто сошедшими с ума роботами, но этого не произошло. Они оборонялись до последнего. Всё так же грамотно, как они это умеют, и всё так же яростно. Остаётся только предположить, что сама биомасса обладает соответствующими функциями, но они и есть ни что иное, как её воплощение в форме.

— Всё это очень интересно. Зря вы не упомянули об этом в отчёте. К вам бы прислушались.

— Это не последний отчёт, направленный мною в центр. Я нашёл бы возможность упомянуть.

— А я уж было решил, что вы считаете всех наших специалистов твердолобыми, — усмехнулся Ливин.

— Я бы не назвал это твердолобостью, — честно ответил Крафтер, — но могу сказать, что изучение миуки на расстоянии сильно разнится с тем, что начинаешь понимать, столкнувшись с ними по-настоящему.

— Я думаю, это так не только с миуки. Но мы ушли от темы воссоздания.

— Мы пока ещё далеки от понимания их логики и в частности, от тех принципов, по которым они совершенствовались. Они давно о нас знали, но форму приняли только в самый последний момент.

— В этом отношении всё действительно сложно. А если взять проще? Скажем, копирование общих механических принципов, воспроизведение тканей. И не производство, а выращивание.

— Я понимаю, к чему вы клоните. Раз уж мы оба в это посвящены, не вижу смысла говорить обтекаемо. Вы ознакомились с проектом семьсот двенадцать?

— Да, — кивнул Ливин, — именно сюда я и клоню. Дело в том, что вы не могли и не упомянули о нём в отчёте, так как он предназначался, в том числе, для непосвящённых.

— Что вы хотите знать? Подробности? Их пока нет. Наш процесс едва удалось запустить. Мы только завербовали координаторов групп, а всё остальное ещё в процессе.

— И об этом я осведомлён. Мне хотелось бы знать, как вы оцениваете перспективы проекта в целом?

— Он очень обширен и разнонаправлен, поэтому в целом, вероятность успеха в одном направлении достаточно велика, но фундаментальные опасения всё же есть.

— Хотелось бы их выслушать.

Ливин прошёлся вдоль стены и вывел на экран трёхмерные модели миуки. Он задержался около одной из них, изображавшей хлыста, но продолжал слушать координатора.

— Мы хотим скрестить машину и миуки в разной степени. Одна будет содержать больше наших технологий, другая — адаптированных. Но, в конечном счёте, может выйти, что нам не удастся соединить эти два направления, по причине их полнейшей несовместимости. Всё дело в том, что мы можем узнать это слишком поздно, когда к проекту будут привлечены значительные ресурсы.

— Но вообразите, что мы получим в случае успеха, — сказал Ливин, — наша робототехника обретёт новую жизнь. Я не говорю, что следует отказываться от старых принципов, но все они, даже передовые, мгновенно станут классикой. Настанет новая эра.

— Без сомнения, — подтвердил координатор, — именно поэтому проект поддерживают, несмотря на риск.

— Тогда очередная встреча с миуки, если она произойдёт, будет нам не страшна. Да и, кто знает, кого вообще мы можем встретить, продвигаясь дальше. Лучше иметь продвинутые технологии.