Силки
Шрифт:
Перед его мысленным взором раскрылись космические дали и безмерность космического времени.
Безграничная мощь!
Именно такое ощущение охватывало его при вторичной агрессии со стороны Глиса… когда все его органы восприятия мира оказались дезорганизованными.
Парализовавший его в этот момент страх был несравним по своей интенсивности с тем, что он когда-либо испытывал ранее. Это был ужас человека, которому внезапно приоткрылась перспектива гибели bqeu существ его биологического вида на всей планете в целом.
Движимый этим чудовищным страхом, Семп развернулся и бросился, наклонив голову, к находившемуся позади него широкому окну, одновременно разбивая его вдребезги мощным энерголучом. Закрыв глаза, чтобы не поранить их об осколки стекла, он выбросился в пустоту с семидесятого этажа.
Во время падения пространство и время стали рушиться словно карточный домик. Семп трансформировался в силки класса «Си», что необыкновенно усилило остроту его восприятия. Он смог тут же составить себе представление о природе задействованной колоссальной энергии: речь шла о гравитационном поле такой интенсивности, что в сущности оно свернулось вокруг самого себя. Все органические и неорганические тела, которые попали в это поле, подвергались неодолимому чудовищному сжатию…
Защищаясь, Семп в первую очередь возвел инверсионную систему.
Но он быстро понял, что это было неадекватной реакцией на происходившие события.
Тогда он пустил в ход преобразователь гравитации. Это была система с неограниченной возможностью менять силу гравитации, и она стала низводить атакующее сверхполе до уровня безобидной для него энергии.
Только после этого Семп почувствовал, что сжатие уменьшилось, но не прекратилось совсем. И все же теперь оно не было до такой степени всеохватывающим и всеобволакивающим. Полной свободы действий он тем не менее не обрел.
В этот момент Семп понял природу явления, которое держало его в плену. Он был ориентирован в направлении крупного участка пространственно-временного континуума, который его охватывал. В определенной степени все, что происходило в этом участке, совершалось и в нем, Семпе. И в той же мере он не мог выскользнуть из этой ловушки.
Мир закрыла пелена. Исчезло Солнце.
Семп сделал шаг назад, увидев, что находится внутри помещения. Понял: только автоматически встроенные экраны помешали ему столкнуться с твердыми, сверкавшими стенами.
Он отметил и ещё три факта.
Помещение было знакомо ему в том смысле, что внизу под собой он видел один из блестящих образов планеты в миниатюре. Ясно проступали океаны и континенты. То, что Семп мог видеть это со стороны, указывало, что он снова очутился внутри планетоида силки, в одном из его «художественных» помещений.
В то же время имелась и одна существенная разница. Вглядевшись повнимательнее в образ-макет планеты, он узнал знакомые контуры и океаны Земли.
И тогда Семп понял, что испытанное им ощущение безграничной мощи, концентрически сдавливавшей со всех сторон, соответствовало действительности.
Монстр, живший в логове своего планетоида, овладел Землей. Он ужал все, что находилось внутри и вне земного шара, доведя его до диаметра в тридцать метров, и пополнил им свою сказочную коллекцию.
То, что Семп видел внизу, совсем и не было макетом Земли. Это была сама Земля.
Одновременно Семп почувствовал, что возросла скорость планетоида. «Мы покидаем Солнечную систему», — пришло ему на ум.
За эти несколько минут, что он висел между потолком и полом, неспособный ни во что вмешаться, скорость планетоида достигла сотен, а затем и тысяч километров в секунду.
Через час непрерывного ускорения скорость этого ничтожного по размерам небесного тела, выведенного на гиперболическую и onqrnmmn расширявшуюся орбиту, достигла половины скорости света.
Спустя несколько часов планетоид пересек орбиту Плутона и мчался почти со световой скоростью.
А ускорение все продолжало нарастать…
Глава девятнадцатая
Где-то внутри себя Семп стал накапливать силы. Ярость клокотала в нем, как горный поток на скалистом склоне.
«Исчадие ада!» — телепатически «выстрелил» он в адрес чудовища.
Никакого ответа.
«Ты самое дьявольское создание, которое когда-либо существовало, — продолжил Семп вне себя от негодования. — Но погоди, ты у меня дождешься! Я позабочусь об этом!»
На этот раз ему ответили.
«Я навсегда покидаю Солнечную систему, — откликнулся Глис. — Почему бы тебе не покинуть астероид, пока ещё не поздно? Я даю тебе возможность уйти».
Семп в этом ничуть не сомневался. Он оказался самым опасным для монстра врагом. Его неожиданное появление здесь, то обстоятельство, что ему удалось проскользнуть сквозь ячейки наброшенной им «сети», — все это являлось горьким сюрпризом для Глиса.
«Нет уж, никуда я отсюда не уйду, — огрызнулся он, — до тех пор, пока ты не вернешь Землю в её прежнее состояние».
Последовало молчание.
«Можешь ли ты это сделать и сделаешь ли?» — добивался своего Семп.
«Нет. Это невозможно», — ответил тот с сожалением.
«Но смог ли бы ты, если бы действительно захотел, вернуть Земле её истинные размеры?»
«Нет, но сейчас я сожалею, что унес твою планету с собой, — жалостливо протянул Глис. — Я всегда придерживался принципа не вмешиваться в дела обитаемых миров, которые защищены развитыми формами жизни. Я и думать не думал, что какой-то там силки сможет представлять для меня реальную опасность. Но я ошибся».
Это был не тот тип покаяния, к которому Семп мог бы отнестись с уважением.
«Но почему ты не можешь вернуть её в прежнее состояние?» — настойчиво допытывался он.
Выяснилось, что Глис был способен создать чудовищное гравитационное поле, но сейчас уже не мог повернуть этот процесс обратно. Для этого потребовалось бы столько же энергии, сколько пришлось затратить на само сжатие.
«Где же взять столько энергии?» — как бы извинился монстр.
Действительно, где? Но Семп не мог так просто отступить.