Чтение онлайн

Питомцев? Я не могла не улыбнуться.

— А Терон знает, что он — питомец?

— Это будет наш с тобой маленький секрет, хорошо? — Прошелестели стены. Из одной из них выдвинулась панель с одеждой. Всё тот же цвет латуни, но это оказались вовсе не «доспехи» лже-айнов, а комплект узких брюк и такого же топа, с вырезом от плеча до плеча.

— Прости, но нет. Это явно на размер меньше нужного. Это не соответствует моим целям! В этом только в спортзале кувыркаться! — Возмущалась я.

— Неблагодарный гуманоид! Сначала посмотри на себя в зеркало!

Топ был изрисован геометрическими орнаментами, чем-то схожими с египетскими. Брюки же были просто неприличными.

— В этом я не выйду. Терон и так намёки делает. Мне это не подходит.

Гравинид обиженно выдал мне другие, уже не обтягивающие. На Земле я хотела проявить свою женственность, сейчас — моя цель не отсвечивать и затеряться среди огромного штата корабля. Это я и пыталась донести до самозваного кутюрье в титановой обшивке, выпросив у него невесомый жилет из какой-то неведомой кольчуги, доходящий до середины бедра. Волосы я собрала в высокую причёску, чтобы их никто больше не хватал руками.

— Не понимаю, что не так, но стало ещё хуже. — Резюмировала я. Вид был такой, будто я собралась на приём в Букингемский дворец.

— Ты говоришь непонятные мне вещи. Чем эстетичнее ты выглядишь, тем больше тебе не нравится.

— Потому что это то, что сейчас нужно мне меньше всего! — Взбесившись непонятливости организма, я отбарабанила ему список всех необходимых вещей, включая белье, пижамы, тренировочную одежду и обычный комбинезон технического состава, сухо поблагодарила и упала на пол.

Сильнейший ультразвук врезался в уши острой болью, заставив меня грохнуться на четвереньки. И во всем этом потоке на поверхность всплыло одно слово. Старейшины. Старейшины. Старейшины. Оно пульсировало на задворках сознания, постепенно заполняя собой всё пространство моей черепной коробки.

— Я слышу! — Кричала я в пустоту каюты. — Слышу я! Прекратите!

Всё стихло. Что это было? Я столкнулась с таким потоком чужого сознания впервые и теперь почти задыхалась. Найти старейшин? Надеюсь, я не схожу с ума. Мои психометрические показатели и генетика всегда были идеальными.

Гравинид заботливо поинтересовался, не нужна ли мне медицинская помощь, но я решила с ней повременить. Каюта показалась вдруг очень маленькой, и я решила выйти осмотреться и, немного остыв, вновь возобновила разговор со стенами Даро.

— Кто такие Старейшины?

— Эти вопросы лучше обсуждать с тетрархом. — Его голос на этот раз был бесцветным. То ли он обиделся, то ли просто не хотел со мной разговаривать.

— А этот Айко, кто он? — Вновь спросила я у гравинида, поскольку странный черноволосый тип никак не выходил у меня из головы.

— Генерал Рат-Наар является главным военным советником тетрарха и его правой рукой — с’архом.

Я поперхнулась.

— Ничего себе.

На этой фразе я врезалась носом в чью-то грудную клетку, выплывшую на меня из-за угла. Руки, принадлежащие ей, мгновенно оттолкнули меня и аккуратно переставили в сторону с дороги. Потирая нос я воззрилась на их обладателя. Экс-посол Терон смерил меня изучающим взглядом. Какая «удача» наткнуться именно на него. Но он молча прошествовал мимо.

— Подожди! — Крикнула я. Он не обернулся, а только тихо рыкнул, продолжая идти.

— Пока еще не поздно, отправь меня назад! Я тебя раздражаю, что лично меня безумно радует, — Чёрт, я слукавила. — Отправь меня назад! Я боюсь за свою жизнь! Когда все уверятся в моей бесполезности, меня убьют?

Пока я сама мало верила в это, но готова была плести любую чушь, чтобы разговорить чокнутую златовласку.

— Когда я наводил справки, там не было информации о том, что у тебя проблемы со слухом или с усвоением информации. Я уже всё тебе сказал. — Он удостоил взглядом мою одежду и скорбно выдохнул. — Вижу, Даро уже поработал над тобой.

— Нужно было просто собрать мою одежду, а не пару фотографий. Сам-то ходишь в нормальной одежде. — Терон всё ещё был в обычном земном облачении, никак не соответствующем его статусу.

— Найди место, чтобы пристегнуться, через пять минут мы прыгнем в первую червоточину.

— О, Боже! Моя первая червоточина! — Прозвучало глупо. Но на Земле мы только слышали об этом. Пройти через это самому было верхом мечтаний любого из моих коллег. А Алекс просто бредил этой идеей, сводя меня с ума бесконечными разъяснениями физической подосновы этого увлекательного процесса. Айны освоили перемещение в еще пяти пространственных измерениях из известных нам одиннадцати. И это стало прорывом в звездных путешествиях. Но даже передвижение в подпространстве не могло дать достаточной скорости для перемещений в область Великого Аттрактора. Для этого айны пользовались картой червоточин, которые открывали возможности по-настоящему мгновенных нуль-переходов между галактиками.

Терон прорычал что-то на незнакомом языке и схватил меня за руку.

— Пошли. Иначе тебя придется собирать по всему кораблю.

Я бежала за ним вприпрыжку и мы на всех парусах влетели в командную рубку. Она была такой же огромной как и приёмная зала, в которой я однажды побывала. Меня швырнуло в свободное кресло, а автоматические ремни накрепко привязали к нему. Вокруг царил хаос, человек пятьдесят заканчивали свои дела, разговоры, усаживались и пристегивались. Только сейчас я уловила, что не понимаю ни слова из того, о чём они говорят. На Земле всем желающим вживили импланты-переводчики на язык айнов. Но звучащий язык был неизвестен моему переводчику.

В огромном окне рубки одиноко висела моя родная планета. Маленький голубой светящийся в чёрной бесконечности шарик. Из этого окна он казался таким светлым и таким беззащитным. Вокруг Земли внезапно прорисовалось странное мерцающее кольцо. Как у Сатурна. Оно было таким бледным, что я несколько раз моргнула, и кольцо словно бы исчезло. Или нет? По неведомой причине сердце вдруг сжалось: словно говорило, Земля в опасности, её нельзя оставлять вот так, одну. А ведь окажись я сейчас дома, в своём любимом кресле, чувствовала бы себя словно в крепости, безопасно и спокойно. Паника сжала горло, и Терон, восседавший в главном кресле, вдруг повернулся, уставился на меня и нахмурился.