Сид и император
Шрифт:
— Мэв! Воды для омовения и кофе, — коротко бросила я, добравшись до своих покоев. — И никаких эликсиров, будете пробовать первой.
— Моя госпожа! — камеристка была сама оскорбленная невинность. — Как можно?
— У вас тут все можно, — проворчала я себе под нос, впрочем, уже более миролюбиво.
Служанка ни в чем не виновата. Император обещал, что не будет больше вмешиваться в мои дела. Никто не будет меня травить… наверное. Очень, очень на это надеюсь.
Пока я ждала горячую воду и завтрак, то размышляла о случившемся.
Отчего взялась обида на Рейвена? Наверное, оттого, что два образа у меня в голове смешались и наложились один на другой. Я ждала от него того, чего он не мог мне дать.
В будущем мой Рейвен даст слово, что не будет портить мою репутацию. Почему же я решила, что этот Рейвен меня защитит? Обижаться просто глупо и бессмысленно. Он ничего мне не обещал. Получил, что хотел, не планируя продолжения. Если я все правильно истолковала. А как это понимать иначе? Все очень логично. До того логично, что хочется завыть.
Позже он уйдет в свой мир, а я останусь. Вот и все.
— Вот и все…
— Что, госпожа? — переспросила камеристка.
— Ничего, — ответила я ей. — Теперь уже ничего.
Оставлю прошлое, чтобы просто жить дальше.
Позже меня навестил император.
Зашел, запросто уселся на войлок и похлопал рукой по полу, предлагая сесть рядом.
— Ваше величество, — укоризненно сказала я и кинула ему одну из подушек.
Он ловко поймал ее и устроился со всеми удобствами, а я — на второй напротив него. Служанки перенесли низенький столик, поставили его между нами и подали чай.
— Что привело вас сюда в столь ранний час? — спросила я, хотя и так знала ответ.
— А мне нельзя прийти к вам просто так? — уклонился император от прямого ответа.
— И что же, вы пришли просто так?
Так и хотелось вскричать: «Не верю!» Он слишком испорчен властью, чтобы личное перевесило. Мне казалось, что для облеченных властью это непозволительная роскошь. Не может все быть так просто. Или все-таки может?
— Моя госпожа, — заверил Джедия. — Я пришел с самыми добрыми намерениями.
— Не сомневаюсь, — проворчала я и налила ему, а потом себе чаю в тонкие хинские чашки. — От этого, знаете ли, может зависеть ваша жизнь. Сейчас вы вроде бы есть, но вас как бы нет. Разве не достаточный повод для недоверия?
Император заковыристо выругался и сжал хрупкую фарфоровую скорлупку.
— Осторожно, ваше величество! Вы же не хотите испортить посуду?
— Ах, это, — он поглядел на чашку и поставил ее на стол.
— Интересно, вас в детстве заставляли мыть рот с мылом? — лукаво спросила я. — Или вы так испортились за последние годы?
— Простите, — сказал он, впрочем, без капли раскаяния в голосе.
Император улыбался, я тоже. Похоже, мир был восстановлен. Он не спрашивал, а я не стала ничего рассказывать о том, что случилось этой ночью. Мы оба сделали вид, что ничего не происходит. Просто визит вежливости, разговор обо всем и ни о чем.
Император мог быть на редкость обаятельным засранцем, когда этого хотел. Я не обольщалась на его счет. Наследственность — страшная штука.
— А что там со слушаниями? — спросила я. — Вы еще не закончили?
— Почти. Через шесть дней награждение в стане илонцев, а потом пробный пуск Врат, — ответил он. — Хьюго сказал, что уже можно попытаться их открыть.
«Что, уже? Так быстро!» Значит, сиды вскоре тоже покинут нас.
«И он». Он тоже уедет, оставив меня позади.
На мгновение я покачнулась и крепко, до боли сжала край столика, так что побелели пальцы.
— Что с вами? — неподдельно обеспокоился император.
— Ничего, — ответила я. — Все уже хорошо.
К счастью, он принял правила игры и не стал лезть в душу. Я была благодарна ему за это.
— Надеюсь, вы сможете присутствовать на награждении? — осведомился Джедия.
— Это обязательно?
— Нет, но я надеюсь увидеть вас там, — услышала я. — Мне будет приятно.
— Хорошо.
Он отставил пустую чашку и встал с места, взмахнув плащом. Я тоже поднялась и кивнула ему, как равному. Джедия нахмурился, затем его лицо прояснилось. Он снова провел пятерней по волосам, как мальчишка.
Отчего мне так запал в сердце этот жест? Он подошел и взял меня за руки. А это еще что? Прижался к ладоням губами, будто делал это тысячи раз. Как странно, когда тебе целуют руки! Такого со мной еще не было. Благодарные пациенты не в счет.
— Что?
— Ничего, — грустно усмехнулся он. — Что ж, я честно пытался. Надо положиться на судьбу. Все идет так, как идет.
Я привстала на цыпочки и потянула его вниз, к себе. Высокий! Неловко обняла, стесняясь своего порыва, и не знала, что сказать. Чем утешить того, кому ты не в силах помочь?
— Знаете, ваше величество… — наконец сказала я. — Бегать за посланником сидов и требовать от него ребенка — это для меня как-то чересчур. Я так не могу и не буду.
— Я уже понял, — сказал Джедия и освободился от моих объятий.
Он ушел, а я осталась в обществе своих безумных служанок и платьев, которые следовало померить.
Тик-так, тик-так. Время истекает. Я упустила шанс.
После визита императора у меня случилась форменная истерика, впрочем, быстро закончившаяся, когда Мэв сунула мне под нос нюхательные соли. Я устыдилась случившегося. Пришлось извиняться за свое поведение.
«О, великие Силы! Доколе?!»
Это не было на меня похоже. Я как будто больше не принадлежала самой себе. Вернее, больше не было цели, к которой стоило стремиться. Туго натянутая струна внутри меня наконец расслабилась и, странное дело, именно это лишило меня точки опоры.