Чтение онлайн

— Потухни, ублюдок, — прошипел я, затем ударил кулаком прямо в хрупкую кость его виска, вырубив его.

У меня не было времени насладиться этим прекрасным моментом, прежде чем Чед снова оказался на мне. Он оторвал меня от своего потерявшего сознание друга, а затем с ревом навалился на меня всем своим большим телом. Мы боролись, в ход пошли руки и кулаки. Он нанес сильный удар прямо мне в скулу прямо перед тем, как я успела врезать ногой по его яйцам. Он отпрянул, и я могучим рывком скинула его с себя.

Мое лицо запульсировало, и мир на несколько секунд закружился, пока я пыталась подняться на ноги. Кровь стекала по моей щеке, и я проклинала Чеда за еще одну гребаную рану в моем черепе, которую Дом собирался залатать для меня.

У меня не было моего обычного ножа в ботинке с тех пор, как я позволила Мари уговорить меня надеть на вечер сексуальные туфли на высоких каблуках, но я никогда не останусь безоружной, видя, как у меня на глазах убивали моих родителей, такой длительной травмы, которая требовала от меня всегда иметь при себе какое-нибудь оружие, чтобы чувствовать себя в безопасности.

Когда Чед оправился от сильного удара по яйцам, он подполз ко мне, когда я встала, обхватив своей неповрежденной рукой мою лодыжку и дернул ее движением, предназначенным для того, чтобы снова опрокинуть меня на землю. Я споткнулась и упала на колени. Прежде чем Чед смог снова заползти на меня сверху, я вырвала складной нож из его гнезда в моем лифчике, распахнула его, и со всей силой, на которую была способна, я развернулась и ударила лезвием по руке Чада, проткнув ее насквозь и чуть не проткнув при этом свою гребаную ногу.

— О, черт, о Боже мой! — закричал он, когда я повернула лезвие в его мясистой руке. — Что за черт, ты, сумасшедшая сука!

Он перекатился на спину, и я воспользовалась случаем, чтобы сильно пнуть его в ребра, прежде чем заползти на него сверху.

Я несколько секунд сидела у него на груди, зачарованно наблюдая, как он плачет и баюкает свою окровавленную руку, серебристый кончик лезвия едва просвечивал сквозь его ладонь.

Насытившись, я схватился за рукоять и выдернула ее, пока он кричал. Я вытерла лезвие от его грязной крови, пропитанной потом белой рубашкой поло, с отвращением сморщив нос. — Чертовски мерзко, Чед, — пробормотала я.

Он начал раскачиваться подо мной, тщетно пытаясь сбросить меня с себя и постанывая от боли.

— Нет, прекрати, — приказала я ему, прижимая лезвие к основанию его горла. — Не смей, блядь, двигаться.

Он замер, прерывисто дыша и глядя на меня широко раскрытыми от ужаса глазами.

— Хороший мальчик, — проворковала я. Черт, у меня заболело лицо. —Теперь слушай внимательно, что я собираюсь сказать. Ты поднимешь свою жалкую задницу и проводишь себя и Мерфи обратно в Общежитие. Ты прокрадешься сзади, чтобы тебя никто не увидел, и ты никому не скажешь о том, что произошло здесь сегодня вечером. Ты меня понимаешь?

Когда он не ответил, я сильнее прижал лезвие к его горлу, выпустив совсем немного крови.

— А! Черт возьми, хорошо, да! — взвизгнул он.

— Вызови машину, или что там у вас, людей, делается, и поезжай лечится. Скажи своим родителям, что на тебя напали за воротами, или что там еще - мне насрать.

Он попытался кивнуть, но затем издал болезненное шипение, когда это движение еще глубже прижало мой клинок к его горлу.

— Я серьезно, Чед, — прорычала я, наклоняясь ближе к нему. — Если я услышу хотя бы шепот об этом, история твоего браузера и некоторые интересные файлы, которые есть у тебя на ноутбуке, станут общедоступной информацией.

— О чем... черт возьми… ты говоришь? — он прохрипел.

Я покачала головой, как будто была очень разочарована в нем. — Тсс. Я думаю, ты знаешь, что все эти девушки несовершеннолетние, Чедди. Не пытайся это отрицать. Хотя в этом есть смысл. — Я наклонилась еще ближе, оказавшись почти нос к носу с ним, прежде чем прошептать: — Потому что у папы такие же вкусы, не так ли?

Чед побелел как полотно, и было ли это от потери крови или от страха, я не знала, и мне было насрать.

— Кто ты, черт возьми, такая? — прохрипел он.

Я усмехнулась. — Я призрак, придурок. — Затем, медленно и с большой осторожностью, я слезла с него и встала на ноги. Я посмотрела на него сверху вниз, лениво крутя нож в пальцах. Я указала в сторону общежития. — Убирайся нахуй с глаз моих.

После нескольких неудачных попыток Чеду удалось встать на дрожащие ноги. Дрожащими руками он стянул с себя рубашку и обернул ею кровоточащую ладонь. Он, прихрамывая, подошел к Кэмерону, чтобы поднять его на ноги, и я смотрела, как они медленно заковыляли прочь.

Внезапно все заболело, и мне стало очень холодно.

Я поплелась к ближайшему месту - на крыльце общежития "B" - и опустила задницу на нижнюю ступеньку. Я почувствовала, как во мне зашкаливает адреналин, и сделала несколько глубоких вдохов. Я осталась там, стараясь контролировать свое дыхание, в то время как в голове у меня пульсировало, и я смотрела, как Чед и Кэмерон бредут вдаль, пока, наконец, не скрылись за общежитием.

Я опустила голову на руки, заставляя себя собраться с духом и пройти остаток пути до своего общежития.

Через несколько минут на тротуаре передо мной появились две ноги в черных ботинках. Я подняла голову от своих рук как раз в тот момент, когда Зак опустился на колени, опускаясь до моего уровня, чтобы заглянуть мне в лицо своими бездонными темными глазами.

Намек на хмурость тронул уголки его пухлого рта, прежде чем он мгновенно исчез, сменившись его обычной дерзкой ухмылкой. Он протянул руку и обхватил мою опухшую щеку своей большой ладонью, прежде чем нежно провести большим пальцем по кровоточащему порезу на ней. Он отдернул руку, взглянув на свой окровавленный большой палец, затем начисто вытерся о свою дорогую футболку, как о дешевую тряпку.