Чтение онлайн

– Как ушли? – не поверил Джим.

– Ушли, и все. Как только поняли, что я в тыл зашел. Понятливые гады и расчетливые.

– Среди них были раненые, – вспомнил Джим, выглядывая из-за дерева.

– Они всех утащили – и раненых, и убитых. Всех, кроме одного, – и сержант показал Джиму окровавленный нож. Затем вытер его о траву и придавил ботинком подкравшегося шипохвоста. – Ладно, давай уходить – нужно возвращаться к нашим. – Сержант убрал нож и осторожно поднялся. – Думаю, они еще вернутся. Что с головой – ранен?

– Царапина, – ответил Джим, вытирая с лица кровь. Затем поднял простреленное кепи и водрузил на место. – Я готов.

– Ну идем.

Джим подхватил автомат и поспешил за Рихманом. Поминутно оглядываясь, они шли быстро, как только могли.

Чтобы не получить пулю, сержант по рации предупредил разведчиков о своем подходе.

Основная группа дожидалась их в полусотне метров от болотца, за сплетенной из лиан стеной. Почуяв чужаков, болотные змеи ползли к ним со всех сторон, и разведчикам приходилось отвлекаться, чтобы расшвыривать шипящих и плюющихся ядом гадов.

Тони, увидев друга живым, обрадовался, а капитан тихо спросил:

– Где они?

– Убрались, как только поняли, что я зашел с тыла, – пояснил Рихман.

– У них есть потери?

– Я достал одного ножом, Джим обошелся гранатами – одного наповал, еще двоих крепко поранило.

– Молодец, Джим, – сказал Саскел, и эти слова в непростой обстановке значили больше, чем медаль.

Капитан связался с вертолетчиком:

– Байрон, ты как?

– Нормально. Полбака горючего еще есть.

– Попытайся нас вытащить отсюда.

– Хорошо, я уже иду.

Стрекотавший в отдалении вертолет двинулся к болоту. Это стало понятно по усиливающемуся шуму турбин. Вынырнув из-за макушек деревьев, машина начала снижаться, и в этот момент неподалеку заработал пулемет.

Это было крупнокалиберное оружие, возможно, на специальном зенитном станке. Джим видел, как от вертолета полетели куски обшивки и Байрон положил машину практически на бок. В таком положении он выскочил из зоны обстрела, и вертолет снова скрылся за деревьями.

Через секунду в место предполагаемой огневой точки полетели три гранаты. Они взорвались с небольшим интервалом, и все стихло.

– Уходим к базе! – распорядился Саскел.

– Они знают, что нам нужно к базе, – заметил Шульц.

– Конечно, знают, только двигаться в сторону от базы с раненым на руках смерти подобно… Посмотрите, наш майор еще жив?

– Жив, – уверенно заявил Тони. – Рана на спине неглубокая, иначе бы он уже кровью харкал.

Джим заметил, что Шульц придерживает перетянутую жгутом руку, а Тони старается не наступать на раненую ногу. Ситуация складывалась не в пользу разведчиков.

– Сэр… – прохрипела рация.

– Слушаю, – отозвался капитан.

– Это Твидл, сэр, полковник приказал мне поднять «новичка», и теперь я иду к вам.

– Хорошо. Что с Байроном?

– Уже на площадке. У машины дым из брюха – затянуло весь парк.

– Понятно, значит, жить будет.

Капитан выключил рацию, и группа продолжила движение, превозмогая боль от ранений и отбиваясь от наседавших болотных змей.

Теперь уже было очевидно, что на случай минометного удара противник умел рассредоточиваться по большой территории, иначе вражеское подразделение было бы уничтожено первой же серией мин. В случае необходимости противники также быстро собирались вместе, Джим видел это собственными глазами – десяток, если не больше, силуэтов в темных маскхалатах.

Теперь этот хорошо обученный враг преследовал группу и шел практически по пятам.

Послышался знакомый гул турбин «Си-12К». Вертолет прошел над группой и, неспешно развернувшись где-то над болотцем, стал возвращаться.

Послышались выстрелы. Густые кроны высоких деревьев закрывали небо, и Джим не видел, как держит удар новая машина. Огонь велся из уже знакомого по звуку пулемета и нескольких автоматных стволов. Однако толстая шкура «новичка» делала его неуязвимым, и, совершив новый разворот, он стал заходить на цель.

С тонким пронзительным свистом заработали роторные пушки. Скорострельность была такой, что трудно было отделить один выстрел от другого. По звуку это больше напоминало вгрызавшуюся в дерево бензопилу.

– Четыре пушки… – пояснил Сайскел. – Они сняли ракеты и подвесили дополнительные пушки – правильно сделали, ракетами здесь не поможешь.

Пушечным огнем вертолет взрыхлил и выровнял участок возле болотца, откуда велся огонь, затем сделал круг и прошелся еще раз.

Джим невольно представил, что оставалось после такой работы. Минометный обстрел, по сравнению с такой вспашкой, был не опаснее икоты.

Часто сменяясь, разведчики протащили майора еще метров сто и остановились. Вертолет перестал стрелять и просто накручивал круги, провоцируя мятежников, но те смекнули, что судно защищено броней, и предпочитали больше не высовываться. Можно было не сомневаться, что они попытаются напасть на группу еще раз, однако тут появился свет в конце туннеля – полковник Соккер лично связался с Саскелом и сообщил ему, что взвод лейтенанта Реддикера уже спешит им на помощь.

Узнав об этом, Джим почувствовал облегчение. О лейтенанте он знал со слов Тони, который самую первую вылазку в лес осуществил под командованием этого человека. Тайлер был убежден, что Реддикер, при его скромном телосложении, был настоящим суперменом, который мог видеть в темноте и предугадывать все действия мятежников на пять шагов перед.

– Перекур, – скомандовал капитан еще через сто метров, поскольку группа уже сильно вымоталась. У Рихмана на животе оказался длинный порез – его оставил тот, с кем сержант потягался на ножах.

У Тони совсем не гнулась нога, а Шульц вынужден был время от времени ослаблять жгут, чтобы рука омывалась свежей кровью. Он был бледен, и на лице ветерана отражались страдания.

Один только Госкойн оставался невредимым, поэтому он как мог подбадривал товарищей и отказывался сменяться, продолжая тащить майора Бражника.