Шрек-2
Шрифт:
— Ты просто невозможен! Ты ведешь себя, как…
— Давай! Скажи это!
— Как гоблин!
— Вот так новость! Нравится это твоим родителям или нет — я и есть гоблин!
Между тем собачка, полагая, что этот гоблин угрожает ее хозяйке, прыгала вокруг и отчаянно лаяла. Шрек повернулся к ней, и рявкнул свое фирменное «А-а-а!», каким он в свое время напугал на болоте людей, организовавших на него охоту.
На собачку это произвело впечатление — она затряслась от страха, закрыла глаза ушами и прижалась к полу.
— И знаешь, принцесса, — продолжил Шрек, — Это никак не изменить…
Фиона отвернулась, и некоторое время они стояли молча. Затем она снова взглянула на Шрека и заявила:
— Я ради тебя изменилась! Подумай об этом.
С этими словами она вышла и захлопнула за собой дверь. Шрек вздохнул.
— Просто очаровательно, Шрек! — сказал Осел. — Я гоблин! — заорал он, передразнивая приятеля, и воспроизвел гоблинский рев: «А-а-а!».
Шрек еще раз вздохнул, двинулся было к двери вслед за Фионой, но остановился и только махнул рукой. Услышав, как Фиона рыдает за дверью, он прислонился спиной к двери, и снова тяжело вздохнул.
Глава седьмая
О чем говорила с королем Крестная Фея, или ночные приключения
Между тем, этажом выше король и королева тоже обсуждали последние события.
— Я знал, что так будет, — говорил Гарольд, стоя у балконной двери, и глядя в вечерний сумрак.
— Еще бы! Ты же сам все заварил!
— Сомневаюсь, Лилиан! Это же он гоблин, а не я, — сказал король, отходя от двери.
— Гарольд, по-моему, ты все принимаешь слишком близко к сердцу. Это выбор Фионы.
— Да. Но она должна была выбрать принца, которого мы выбрали бы для нее. Ты ожидаешь, что я благословлю это… это… существо?
— Фиона ожидает этого. Она никогда не простит, если ты этого не сделаешь… Я не хочу снова потерять нашу дочь, Гарольд! Ты считаешь, что любовь предсказуема? Разве ты забыл нашу молодость, когда мы гуляли у пруда с лилиями, и они цвели…
— Первый поцелуй… — Лицо Гарольда тоже затуманилось воспоминаниями, однако он тотчас вернулся к действительности. — Но здесь все иначе! Почему ты не хочешь понять, что наша дочь вышла замуж за чудовище?!
— Перестань все драматизировать.
— Ладно. Притворюсь, что все отлично. Все просто прекрасно!
И тут за окном показалась карета Крестной Феи.
— Привет, Гарольд! — сказала Крестная, появляясь в дверях кареты.
— Что случилось? — спросила Лилиан из глубины комнаты.
— Ничего. Просто старая походная рана дала о себе знать, — ответил король. — Постою немного на балконе.
С этими словами Гарольд вышел на балкон, и тщательно закрыл за собой дверь.
— Залезай в карету. Надо поговорить! — заявила Крестная Фея, когда король приблизился.
— Вообще-то, Крестная, я собирался ложиться. Уже таблетки принял. От них такая сонливость появляется… — Король лениво потянулся, направляясь к карете. Предстоящий разговор явно не вызывал у него радостных чувств.
Но тут один из двух великанов — слуг, сидевших в карете, — оказавшись у него за спиной, без долгих разговоров впихнул Гарольда внутрь и вскочил следом, так что король очутился между двумя здоровенными парнями, напоминающими ресторанных вышибал. Дверца захлопнулась, карета окуталась волшебными искрами, и в мгновение ока исчезла.
— Итак, что новенького? — спросил Гарольд медовым голосом, зажатый между двух громил.
— Помнишь моего сына, прекрасного принца? — спросила Крестная. Принц сидел тут же, напротив, рядом с Крестной. Это был тот самый принц, которого мы покинули в самом начале нашей повести в башне Дракона, когда он разговаривал с Волком.
— О, принц Чайминг! — воскликнул король. — Помню, помню! Давно не виделись. Где ты пропадал? Когда вернулся?
— Ну, примерно пять минут назад. Превозмогая порывистый ветер, жуткий холод, я забрался на самый верх самой высокой… — с пафосом начал принц, вскакивая и принимая театральную позу, так что король отшатнулся, испуганно прижимаясь к спинке сиденья.
— Ну, ну, мамочка сама разберется! — успокоила принца Крестная, и тот послушно уселся на свое место.
И тотчас она сама, вскочив на ноги, с еще большим пафосом заголосила:
— Превозмогая порывистый ветер, жуткий холод, он забрался на самый верх этой чертовой башни, и ради чего? Чтобы найти там Волка, переодетого бабушкой, который сообщил, что его принцесса уже замужем!
— Но… я же не виноват, что он опоздал!
— Останови машину! — закричала Крестная. Кучер резко затормозил, так что все чуть не стукнулись лбами, а Крестная, наклонившись вперед, зловеще прошипела: — Гарольд, ты вынуждаешь меня поступать так, как мне совсем бы не хотелось!
— Где мы? — испуганно спросил король.
За окном появилась девушка в чепчике и сказала:
— Добро пожаловать в закусочную! Делайте ваш заказ!
— Моя диета испорчена! Ты доволен? — прорычала Крестная, обращаясь к Гарольду. — Ладно! Две прожаренные крысы без майонеза, с кетчупом «Чили».
— Мне — средневековый ужин! — заявил из-за ее спины принц Чайминг.
— Итак, один средневековый ужин… Гарольд, картофельные завитки?
— Нет, спасибо…
— Может быть, бутерброд с крысятиной?
— Нет-нет, я не голоден!
Как раз в этот момент в окно кареты подали пакет с едой:
— Ваш заказ, Крестная Фея! — И следом просунули лабрис — двусторонний боевой топор. — Это прилагается к средневековому ужину.
Фея с трудом удержала тяжелый топор обеими руками и передала его сыну:
— Держи, дорогой!
Карета рванула с места, а Крестная продолжала:
— Мы заключили сделку, Гарольд! Не думаю, что тебе нужен мой отказ!
— Нет, конечно же, нет!
— Значит, Фиона и принц будут вместе?