Шрамы
Шрифт:
Шибан восхищался дисциплиной построения. Противник был хорошо обучен.
«Это не поможет вам».
Два авангарда сблизились на дистанцию огня лэнсов. Шибан в первый раз заметил входящие вокс-запросы от врага на сенсорной станции и проигнорировал их.
Теперь было слишком поздно.
Сверкнули первые вспышки лазерных лучей, сначала на обращенном к Чондаксу фланге, затем они стремительно пронеслись по всей линии.
— Открыть огонь, — невозмутимо приказал Шибан.
Носовые лэнс-излучатели выплюнули сверкающий луч прямо в цель. Вражеские пустотные щиты расцвели короной помех, и корабль отреагировал, уйдя вниз, развернувшись и дав бортовой залп лазерами. Многочисленные разрывы усеяли верхние пустотные щиты «Калджиана», как только эсминец Альфа-Легиона развернулся и задействовал собственный лэнс.
— Еще выстрел, затем отойти на четыре-пять-два, — приказал Шибан, не давая врагу времени для точного прицеливания. Хан ощутил слабую дрожь палубы, когда «Калджиан» лег на другой курс.
По всему фронту вспыхнули подобные схватки — корабли Белых Шрамов прощупывали кордон, а Альфа-Легион оказывал сопротивление. Это была классическая схема сдерживания, предназначенная для того, чтобы окружить боевой порядок V Легиона и помешать отдельным кораблям прорвать оцепление. Стандартным ответом была полномасштабная атака на завесу с целью отбросить ее при помощи концентрированного огня. Такой приказ было не просто отдавать — результат был бы катастрофическим для обеих сторон, и только такие горячие головы, как Русс или Ангрон, любили подобный риск.
Альфа-Легион, несомненно, полагал, что Хан не настолько опрометчив. В этом, конечно, они были полностью правы.
Данные на дисплее шлема Шибана снова обновились.
«Вторая фаза».
Авангард Белых Шрамов начал разворачиваться, отклоняясь с курса на точки прыжка и смещая центр боя к гравитационному колодцу Чондакса. Маневр выглядел почти небрежным, словно не знающие что делать командиры предприняли нерешительную попытку оторваться, не желая доводить ее до конца.
— Не слишком быстро, — предупредил Шибан, внимательно наблюдая, как его экипаж направляет смещение «Калджиана» чуть ниже плоскости битвы. Оно должно выглядеть медлительным, но получение серьезного попадания в данный момент могло доставить им проблемы.
Интенсивность лазерного обстрела увеличилась. «Со-Цзя» получил тяжелое попадание в генераторы щитов и ответил свирепым лазерным залпом. Корвет Альфа-Легиона «Бета-Калафон» неверно рассчитал траекторию и натолкнулся на стену плазмы, лишившись половины пустотных щитов.
Тем не менее, перестрелка была вялой, больше напоминая разведку боем. Торпеды не выпускали, как и авиакрылья штурмовых кораблей. Две волны небольших кораблей со сдержанной свирепостью сцепились в странной схватке.
«Третья фаза».
Смещение стало более явным.
— Думаю, мы можем позволить себе немного увеличить скорость, — заметил Шибан, удовлетворенно наблюдая, как строй Белых Шрамов разворачивается внутрь. Семь быстроходных фрегатов отступили, выскользнув из боя с опаленными носами и мерцающей защитой щитов.
По всей зоне битвы позиции V Легиона начали ломаться, не выдерживая непрерывного давления опытного неприятеля. Корабли Белых Шрамов покидали строй, защищая собственные борта и оставляя бреши в наступающей волне. Словно борясь с сильным встречным ветром на Алтаке, наступательный порыв авангарда дрогнул.
Шибан пристально всматривался в экран носового оптического прибора, наблюдая за ответом Альфа-Легиона. Они бросили на поддержку первой волны капитальные корабли, предусмотрительно оказывая давление там, где видели слабость. Сеть затянулась немного крепче. Таким маневром враг вводил в действие больше орудий, но терял в устойчивости: он стал менее осторожным.
«Калджиан» дернулся, получив прямое попадание, пустотные щиты изогнулись, как барабанная кожа, поглощая энергию.
— Открыть ответный огонь? — раздался вопрос с артиллерийского поста. — Цель захвачена.
— Думаю, не стоит, — ответил Шибан, ожидая приказа о следующей фазе. — Просто отходим, и развернитесь другим бортом к противнику. Продолжайте вести огонь лазерами, но немного беспорядочно.
Пока «Калджиан» разворачивался, уклоняясь от выпущенного по нему залпа, как контрабандистское судно с неполным экипажем, Шибан невольно задумался над тем, как бы Торгун отнесся к происходящему. На Чондаксе хан-терранин ненавидел ложные отступления и ни разу не воспользовался ими, командуя своим братством. Этот Торгун был странным. Ему были не по душе методы, благодаря которым принадлежность к V Легиону означала самую большую радость в галактике. Как бы Шибан не старался, он так и не понял терранина до конца. На миг он задумался, где сейчас Торгун, и…
На дисплее шлема вдруг появилась еще одна руна, тут же морганием век превратившаяся в приказ о начале маневра с временными метками.
Шибан почувствовал всплеск адреналина вместе с приливом чистого удовольствия. Маневр цзао вступил в решающую фазу.
«Начали».
— Приготовиться к маневру, — отдал он приказ, приводя в состояние боевой готовности мостик.
Хроно начали тикать.
Илья с трудом верила своим глазам. Ей и Халджи было позволено остаться на командном мостике «Бури мечей», но им пришлось отойти в сторону, как только свита Хана заняла свои посты вокруг трона.
Она посмотрела на примарха, окруженного светящимися голопроекциями, его суровое лицо было сосредоточено. Никто из его окружения — огромных воинов кешика, офицеров корабля, стратегов и задьин арга — не выдавал ни малейшего волнения из-за потерь, которые нес флот.
— Что происходит? — спросила она шепотом у Халджи.
Ее адъютант повернулся к ней, выражение лица воина было скрыто бесстрастной белой личиной шлема.
— Вы о чем?
— Неужели все, что я делала, было напрасно? — спросила она, разочарованная подобной перспективой. — Подготовительный процесс в этот раз был идеален. Мы заблаговременно стянули все силы и могли сдерживать их бесконечно долго, а теперь… это. Ты уверял меня, Халджи, что твои братья владеют искусством космической войны.