Чтение онлайн

— Не балуй, — сказал он, — чего надо?

Сергей выключил фонарь, Луна то появлялась, то скрывалась за облаками, разглядеть человека удавалось, лишь подойдя к нему близко, что он и сделал.

— Ты Пурищев? — спросил он наугад.

— Ну я, — пробасил дворник, на инвалида войны он похож не был. — А ты что за крендель?

— Из Москоммунхоза, подотдел благоустройства. Жалуются на тебя, Пурищев, говорят, пьёшь и фонари не зажигаешь.

— Тьху, — Пурищев сплюнул, — да пусть. Хочешь, тебе метлу дам, мети на здоровье. Только в толк не возьму, неужели из-за этого на самоходном экипаже приехал второй раз?

— Как второй? — не понял Сергей.

— Да вчерась я тоже мёл, присел отдохнуть, и тут твоя машина-то и остановилась, а потом ты ещё за мной наблюдал. Разве не так?

— Точно моя? Посмотри.

Дворник подошёл поближе, пригляделся.

— Да они все одинаковые, то ли дело упряжью, или возок, или пролётка, ну там дрожки, сразу понятно. Значит, не ты?

— Нет, — Сергей покачал головой. — Может, номер помнишь?

— Не знаю я никаких номеров, — беседа начала дворника утомлять.

— А во сколько эта машина стояла?

— Да я не помню, может, часов в одиннадцать или пораньше, Пурищев мусор убирал, никого не трогал, а ты шмыг в неё, и уехал. Чуть не задавил меня, гад.

Пурищеу скосил глаза вверх, припоминая, как это было, потянулся к Травину рукой, пытаясь ухватить за грудки.

— Зачем меня задавить хотел, сволочь?

— Держи, — Травин протянул ему папиросу, — не я это был.

Рука, чуть не дотянувшаяся до пиджака, ухватила курево.

— Ну не ты, так не ты, — дворник легко согласился, зажёг спичку, втянул дым, и снова замахал метлой, полуобернулся, — да, ты тут долго не стой, детишки шалят, когда Пурищев здесь — побаиваются, а как уйду, могут и набезобразничать.

— Эй, погоди, а вчера ты до скольких тут подметал?

— Да вот как машина уехала, ещё с четверть часа.

— Так фонарь-то почему не горит?

— Сломан, — дворник отходил всё дальше и дальше, шваркая прутьями по мостовой, — а чинить кто будет? Пурищев не будет, у Пурищева своих дел по горло, Пурищев в чистоте место держать должен.

Сергей заехал в гараж, заправить машину бензином, вторая смена уже заканчивала работу, но ради товарища расстарались, и бак залили, и камеры подкачали, и смазки набили куда нужно. Всем было интересно, как там на нэпмана работается, Травин не подкачал, рассказал пару забавных случаев, правда, произошедших годом раньше, но публику это вполне устроило. Он расплатился с заспанным кассиром, получил квитанции, и к полуночи добрался до дома. Тихо, чтобы не беспокоить хозяйку, которая вставала с первыми лучами солнца, затолкал машину во двор и прикрыл ворота. На хозяйской половине свет был выключен, заходить туда Сергей не стал, бывший денщик штабс-капитана Травина большую часть суток проводил в бессознательном состоянии. Врач из исправдома, приходивший последний раз в субботу, только руками разводил — самые современные лекарства и методы лечения не помогали, больному становилось всё хуже.

То, что с его комнатой тоже не всё в порядке, Сергей понял, когда открыл дверь и включил лампочку. Возле стола стоял раскрытый чемодан, а на стульях, спинке кровати и дверце шкафа были развешаны предметы женского гардероба. На кровати в одежде, прямо на одеяле спала Кольцова, она подложила ладони под щёку и тихо посапывала. Молодая женщина улеглась прямо на середину матраца, так что Травину не оставалось места.

Пришлось взять подушку, покрывало и растянуться на полу. Молодой человек подложил руки под голову, уставился в потолок, погрузился в мысли о прошедшем дне и не заметил, как уснул. Проснулся он от того, что кто-то гладил его по щеке. Кольцова сидела на нём верхом, раскинув полы платья, и что-то напевала.

— Что на этот раз? — Сергей приподнялся на локтях.

— Милый, — Лена покачивала головой в такт неслышной музыки, — я выбрала тебя.

— Меня?

— Конечно. Зачем мне Кольцов и другие, если есть ты. И вообще, ты рад или не рад?

Травин сел, приподнял Лену за талию, снимая с себя, она тут же уселась рядом, обняла Сергея за плечи двумя руками, склонила голову ему на грудь.

— Я всё поняла, раньше я думала, что могу быть самостоятельной и независимой женщиной, на теперь решила, хватит. Так тёте вчера и сказала, что больше не собираюсь быть нахлебницей и синим чулком.

— Поругались? — догадался Травин.

— Это не важно, главное, что теперь мы всегда будем вместе. Смотри, здесь мы поставим перегородку, разделим комнату на две части, вот тут мы будем спать, а там готовить еду на керосинке. И надо обязательно купить вышитые салфетки, а ещё ложечки, я их захватила с собой, мы будем с ними пить чай из самовара. И слушать радиоприёмник, почему у тебя нет приёмника?

Молодой человек подумал было, что Кольцова издевается, но нет, она говорила серьёзно, в её глазах горел огонь домашнего очага.

— Я журналы читаю, на остальное времени не остаётся. Иди пока, завтрак готовь.

— Это мещанство, — тут же отозвалась Кольцова, — и к тому же, керосинки у тебя нет, а готовить я не умею. Но научусь. А пока будем питаться в столовой, это вкусно, полезно и недорого.

— Ты на лекции не опоздаешь?

— У меня каникулы, — девушка вбила последний гвоздь в крышку гроба холостяцкой жизни, — до конца августа.

Пока Травин собирался, Лена рассказывала, как замечательно они будут жить вместе. Молодой паре предстояло вступить в жилищный кооператив, посетить все новые спектакли, питаться исключительно в столовых нарпита — это девушка выделила особо, видимо, про керосинку сгоряча сболтнула, записаться в секцию парусного спорта, вступить в общество помощи голодающим, взять шефство над беспризорными и обязательно выучить немецкий язык.

— Почему немецкий? — переспросил Сергей, обтираясь полотенцем.

— Английский, французский и польский я знаю, спасибо фатер унд мутер, да и тебе не мешает кругозор расширить. Я готова.

Кольцова тоже времени не теряла, теперь на ней был одет лиловый сарафан в цветочек, ноги она просунула в модные туфельки. До столовой молодые люди не дошли, выйдя на улицу, девушка увидела автомобиль и замерла.

— Серёжа, ты машину купил? Ты что, совбур, а под пролетария только маскируешься?

— Это прокатная, — Травин потянул её за руку, но разве что чуть с места сдвинул, — я на нэпмана сейчас работаю, катаю его. Так что свободного времени у меня до двенадцати, а потом уеду.

Лена очнулась, подошла к машине, потянула на себя ручку водительской двери и уселась на сиденье.

— Поехали, — скомандовала она.

— Куда?

— В столовую, балбес. Я ещё ни разу не ездила завтракать на машине. Ты чего встал столбом, садись.

— А ты водить умеешь? — осторожно спросил Сергей.