Чтение онлайн

– Н-на!..

Звон бьющегося стекла, пенный поток пива... Джигит тяжело рухнул ничком... Остальные было дернулись в сторону Димки, но новый выстрел обсыпал их облетевшей с деревянного потолка трухой и заставил замереть на месте.

– Стоять, сказал! – Сова бросил разряженный обрез Людмиле, сам тут же ухватил второй. – Назад, бля!..

Пока любовница главаря перезаряжала обрез, Горыныч ухватил за руку забившуюся в угол Нинку и поволок ее к выходу. Следом за ними мышкой выскользнула Люда...

Последним кафе покинул Сова. Оглядев стоящих в некотором отдалении противников, он торжествующе спросил:

– Что, съели?! – Сделав свободной от обреза рукой "козу", добавил: – Лапу сосите, чмошники!

На улице было темно и холодно. Где-то неподалеку завывал, постепенно приближаясь, сигнал милицейской сирены... Не сговариваясь, вся компания бегом бросилась в сторону от этого кафе...

Остановились метров через триста, в каком-то дворе, у мусорных баков. Тяжело, надрывно дышали – не спортсмены, чай... Но все же Сова нашел в себе силы ехидно поинтересоваться у Горыныча:

– Значит, говоришь, на хер нам оружие?..

Тот ничего не ответил. Просто развернулся к Нинке и от всей души влепил ей оглушительную, сочную плюху...

Фархад, сидя в своем кафе на рынке, предавался безрадостным мыслям.

"Впрягаясь" в чеченские игры, азербайджанский авторитет никак не рассчитывал, что ему придется иметь дело с Лосем. Он предполагал, что боевики хотят взорвать какой-нибудь объект или убить кого-нибудь из государственных чиновников. В этом случае им можно было помочь безоглядно. Российское государство уже давно продемонстрировало свою слабость и неготовность противостоять надвигающемуся на него террору. Фархад не боялся ни продажных ментов, ни ФСБ... Что они могут?! Но связываться с братвой... Тут стоило трижды подумать, прежде чем что-то делать...

Конечно, Лось – не самый авторитетный человек в этом городе. Есть и покруче его. И эти самые крутые люди хорошо знают Фархада, имеют с ним дела... Но! В случае, если чеченцы убьют Лося и роль его, Фархада, в этом деле станет достоянием гласности, вся городская братва ополчится на него. И вовсе не потому, что ими будет руководить желание отомстить за погибшего. И не потому, что они все коренные, местные, а он приезжий.

В этом чужом городе азербайджанский авторитет держал несколько мелкооптовых и розничных рынков, пару десятков принадлежащих его землякам кафешек, примерно третью часть торговли суррогатным алкоголем... Короче, под его контролем были довольно "сладкие", аппетитные куски. И, наверное, их бы давно попытались у него отобрать, если бы не крепкая поддержка из Москвы. Фархад имел некоторый вес среди столичных воров, и красногорской братве приходилось с ним считаться.

Смерть Лося повлечет за собой новый передел собственности между криминальными группировками. Каждый из городских лидеров будет претендовать на "свою" часть. Конечно, местный "смотрящий" Слон сможет их остановить. Но крови будет пролито немало.

А вот если станет известно, что Фархад помогал убийцам Лося, то тут же всех собак спустят на него одного. Слон скажет: "Фас!" – и "братва" откроет охоту на азербайджанского авторитета, чтобы отобрать у него принадлежащие ему "делянки". Какое-то заступничество из столицы уже не поможет. Да и не будет никто заступаться – по всем "понятиям" он, Фархад, будет не прав. Получится так, что он первым начал войну между городскими группировками, именно он стал источником напряженности в городе, где до сих пор царило относительное равновесие.

Наверное, сейчас у него оставался один-единственный выход – дать команду, чтобы гостя из Чечни по-тихому "завалили" и присыпали где-нибудь снежком. К лету только косточки и останутся. И никаких проблем...

Нет. Проблемы возникнут непременно. Не надо забывать о тех, кто уехал в Чечню за фальшивками. Мало того, что эти люди – опытные бойцы. Они знают, что Салаутдин остался "в гостях" у Фархада. А этот Руслан не произвел впечатления человека, который сразу же, с вокзала, бросится к азербайджанскому авторитету с широко распахнутыми объятиями – мы, дескать, приехали! Хитрый, изворотливый, все взвешивающий... И чертовски опасный. Как рысь... Даже на вокзале, когда их провожали, сумел ускользнуть от сопровождающих. Просто взял и потерялся в зале ожидания....

Появился через десять минут как ни в чем не бывало, с улыбочкой... Где он был, что делал?.. Сказал, что в туалет ходил... Только там его не было – люди Фархада проверяли...

И если Фархад не даст ему по приезде встретиться с командиром, то он, судя по всему, тоже начнет охоту на азербайджанца... О Аллах!.. Зачем он послал ему этих сумасшедших чеченцев?! За что он его так наказывает?!

– ...Фархад... – перед столом неслышно возник Эльчин. Сейчас он возглавлял охрану авторитета вместо сторожившего чеченца Мамеда и очень гордился занимаемым положением.

– Что?.. – поднял глаза азербайджанец.

– Там пришел Закир Мамедов, говорить с тобой хочет...

– Пригласи, – распорядился Фархад. Закир был довольно денежным и, следовательно, уважаемым членом диаспоры. Владельцем нескольких кафе, которые приносили ему неплохой доход. – И чай принеси...

Эльчин, кивнув, так же бесшумно удалился. Через несколько секунд на пороге появился тучный азербайджанец в хорошем, дорогом костюме и при галстуке.

Фархад встал навстречу гостю, крепко пожал руку.

Земляки изобразили что-то похожее на объятия, чуть коснулись щеками друг друга.

– Садись, дорогой, – указал Фархад на стул. – Сейчас чай принесут...

Дождавшись, пока тучный гость займет место на стуле, уселся напротив него.

– Как твои дела?.. Как семья, дети?.. Все здоровы?.. – Сразу же переходить к делу – а в том, что Закир пришел именно по делу, Фархад не сомневался – это не просто невежливо. Это оскорбительно.

– Спасибо! – отвечал Закир. – Все здоровы, слава Аллаху! С детьми тоже все хорошо, работают... А как ты?.. Все ли в порядке?..

– Сейчас. – У стола появился Эльчин с подносом, на котором стояли чайники, чашки и вазочка с мелко наколотым рафинадом и конфетами. – Выпей чай...

Дождавшись, пока все принесенное разместится на столе, Фархад сам налил гостю чай, подвинул ближе вазочку:

– Угощайся, уважаемый!

И только после того, как Закир надкусил конфету и сделал первый глоток, ответил на заданный им вопрос:

– Тебе также спасибо. У меня все в порядке...

Ну, а дальше начался долгий и витиеватый восточный разговор, в котором каждый из собеседников не хочет сказать ничего лишнего, но жаждет чего-то получить от другого...