Чтение онлайн

Наташа открывает глаза. Снег движется бесконечно, как полчища белых мохнатых мотыльков, спешащих оставить потомство за короткое время своей жизни. Соня сидит на коленях рядом с ней. Они находятся на дне тишины. Наташа чувствует, что конец близок. Безмолвный взгляд смерти остановился на ней. Она начинает слышать единственный звук: течение крови в глубине неба.

– Как так может быть?
– тихо спрашивает она Соню.
– Ведь жизни нигде больше нет.

– Ты не знаешь о жизни, - отвечает Соня.
– На, пей, - она прикладывает запястье к Наташиному рту.
– Возьми свою кровь обратно.

– Я не хочу, - шепчет Наташа.
– Я устала ходить.

– Пей, - ласково говорит Соня.
– Я люблю тебя.

Наташа осторожно надкусывает запястье девочки. Огненная кровь обжигает ей рот, она стонет от боли.

– Пей, - терпеливо повторяет Соня, плотнее прижимая руку ко рту Наташи.

Наташа делает два всасывающих глотка, и Соня отнимает руку.

– Я слышу песню солнца, - говорит Наташа, и бледная улюбка поражает е? лицо.
– Его не видно, но я слышу, как оно по?т.

– Это хорошо, - отвечает Соня, закрывая рану куском снега.
– Значит, смерть кончилась. Ты снова жива.

– Как я могу быть жива?
– не верит Наташа.
– Во мне тоска посмертного скитания.

– Это пройд?т, - говорит Соня.
– Чувствуешь, твоя кровь снова становится красной. Как цветущие розы.

Наташа простирает руки в стороны, кладя их в холодный снег. Огромное пространство больше не кажется ей чужим, если есть Соня, которая любит е?. Наташа вдыхает пространство в себя, наполняясь холодом вечной любви.

– Мне надо идти, - говорит Соня.
– Сейчас начн?тся штурм.

– Я с тобой, - говорит Наташа.

– Нет, ты пойдешь туда, - Соня показывает рукой в сторону, откуда пришли партизаны.
– Семена зла уже давно проросли. Найди их и помоги мне. Если я буду жива, - грустно добавляет она.

– Если ты будешь жива?
– со страхом повторяет Наташа.

– Без Ленина все мы умр?м, - уверенно говорит Соня.
– Без Ленина вс? погибнет. Наступит вечный мороз.

Соня вста?т и ид?т в сторону Ч?рной Москвы. Вдали начинает бить пионерский барабан. Ступая снежными полями, Наташа оглядывается и видит, как цепи м?ртвых пионеров приближаются к стенам города. "Взвейтесь кострами, синие ночи!" - поют наступающие пионеры. Ч?рные ворота, на которых выгравированы черепа, растворяются, и из них молча выходят ч?рные чекисты. У них нет человеческих лиц, как у сделанных из мягкой материи кукол. Они поднимают винтовки и стреляют с сухим треском, не целясь. И каждая серебрянная пуля попадает прямо в сердце. Пионеры падают, из их белых рубашек расползается снегом кровь, их тела начинают гореть, превращаясь в недолговечные светлые костры. В голубых отсветах молний вс? новые ряды чекистов выходят из провала ворот. Наташа, не оглядываясь больше, бежит впер?д. Дрожащая от грома земля расстилается перед ней без конца и края, словно проклятый Галилей обманул человечество.

Она бежит, перепрыгивая через м?рзлые бугры и крича страха, потому что не знает, что е? жд?т в безлюдных пространствах полей. Впереди показывается дорога, на которой лежит сонина куртка, возле не? прямо в снегу стоят двухметровые зел?ные стебли с листьями и крупными бутонами. Выбившаяся из сил Наташа подходит к растениям, стиснув зубы до боли. Они ростут у не? на глазах, едва заметно, но неотвратимо расширяясь в морозное пространство царства смерти.

– Ч?ртовы подсолнухи, - говорит Наташа невесть откуда возникшее в е? голове название.
– Ч?ртовы подсолнухи, милые цветы зла.

Руки е? сами тянутся к закрытым бутонам, вставшим сквозь холодное бесплодие непроницаемой мерзлоты из волшебных мичуринских семян. Она уже понимает их новое свойство, созданное не природой, а научным колдовством, и лицо е? озаряет нежная радость знания.

– Смотри!
– вскрикивает Наташа, поднимая лицо к пустому небу.
– Смотри, что у меня есть для тебя!
– е? руки разрывают плотные стенки бутонов, разворачивают желтеющие на свету лепестки.

Один за другим открывает Наташа подсолнухи, вглядываясь в уже ч?рные, словно сожж?нные адским огн?м семечки. И начинается дождь. Далеко, у стен Ч?рной Москвы, Соня, радостно сме?тся и протягивает руки к льющейся с неба воде. Над полем битвы яснеет огромная радуга. Из белесой бездны снежных облаков проступает пылающий свет, это выходит притянутое ч?ртовыми подсолнухами солнце.

М?ртвые чекисты с воем встречают наступление искусственной весны, пытаясь скрыться в провале ч?рных стен. Они загораются, ещ? не успев упасть, и тающий снег покрывается кучами горящего пепла. Они падают и катаются по земле, пытаясь погасить пламя, жгущее их изнутри. А где-то в талых полях молодая девушка с красивым крестьянским лицом ласково разворачивает лепестки ужасных цветов, наполненная любовью к бесчувственной растительной жизни, и шепчет им слова на непонятном языке, каким говорит солнце.

Сняв с убитого серебрянной пулей пионера барабан, Таня бь?т утреннюю зарю. По пылающим грудам тел пионеры с пением входят в Ч?рную Москву. Все улицы горят гибнущими воинами смерти, и Соня ужасается их огромному числу. Их горение созда?т такой жар, что талые воды уже струятся под ногами пионеров, собираясь в ручьи. Попер?к пустынного проспекта, усеянного островками огня, косо стоит ч?рный старинный автомобиль, объятый спереди пламенем, на заднем сиденьи которого откинулся головой назад худой офицер в кожаном пальто. Из трещин в круглых ст?клах маленьких очков капает кровь. Лицо офицера т?мно-землистого цвета. Соня подходит к машине и, сняв двумя пальцами с убитого очки, с размаху разбивает их об асфальт. Труп в машине медленно покрывается пламенем, потому что очки Берии больше не помогают ему видеть будущее и уклоняться от пристального взгляда смерти.

Солнце нестерпимо блещет в лужах талой воды. Ведомые барабанной дробью, пионеры идут по улицам Ч?рной Москвы, мимо нежилых домов, окна которых разбиты, а стены полуобрушены и побурели от времени. Окружающий их огромный город м?ртв, никто не жив?т в н?м, и дома разрушаются сами по себе, подавленные бесцельностью своего существования.

Зоркие глаза Сони видят в конце длинной улицы ч?рную полосу, и чуткие ноздри е? улавливают полосы ужасного смрада, текущие навстречу отряду маленьких победителей. Она понимает, что там впереди собирается новый враг, ещ? страшнее и опаснее предыдущего. Соня криком останавливает своих воинов и ид?т одна навстречу ветру, несущему невыносимую вонь.

Подожди меня, говорит голос Наташи в е? висках. Теперь моя очередь убивать их. И Соня послушно останавливается посреди улицы, чтобы ждать.

Когда Наташа разгладила лепестки последнего подсолнуха, она легла в чернеющий снег и стала смотреть на голубое небо, зовя улетевших навсегда к югу птиц. Ей хотелось, чтобы вышло второе солнце, такое же яркое как первое, потому что солнцу ведь одиноко одному в безграничном голубом пространстве, у него нет Сони, нет маленькой ясноглазой сестры, которая могла бы любить его. И пусть два солнца сожгут вс? живое, думала Наташа, это не важно, пусть кипящий жар обрушится на землю, пусть вс? погибнет, потому что природа всего совсем не жизнь.