Широкое течение
Шрифт:
серебряные. •— Куда пойдете — на случай, если придется
разыскивать?
— Москва большая, не найдешь, — ответил Антон
уклончиво.
Он спустился по лестнице, минуту постоял у подъезда,
потрогал шляпу, как бы проверяя, на месте ли она, и
направился к метро. Идти было легко, шаги против его
воли убыстрялись, полы плаща разлетались в стороны, а
в груди, нарастая с каждой минутой, что-то ликующе
пело, смеялось...
Молодые липы роняли листву, от мотылькового трепе¬
танья листьев перед глазами день казался сказочно-пест¬
рым, шелестящим. Вдалеке вставала над крышами зда-
иий батарея труб; из одного ствола вытекала жиденькая
струя дыма, розовая на фоне предзакатного солнца, а
еще дальше, за трубами, клубились, бродили по-весенне¬
му грозовые облака.
Антону было жарко, хотелось снять шляпу, непривыч¬
но сковывавшую лоб, сбросить плащ и развязать галстук.
Но он терпел. Вспомнив вопрос Гришони: «Куда пойде¬
те?», он усмехнулся: не все ли равно — куда, лишь бы
быть рядом с ней, смотреть на нее, не отрываясь, и ви¬
деть, как она медленно и смущенно опускает ресницы
под его пристальным взглядом. Можно опять прокатиться
на пароходе по Москве-реке до Парка культуры и отды¬
ха, побродить по Нескучному саду, забраться в кабину
«чортова колеса». Люся наверняка трусиха, как все жен¬
щины, и будет визжать и хвататься за его плечо, когда
они начнут взлетать вверх...
Спустившись в метро, Антон доехал до площади Рево¬
люции, взбежал по эскалатору, прошел мимо Музея
Ленина, ловко лавируя среди скатывающихся с Красной
площади машин, задевая полами плаща за их лакирован¬
ные крылья, пересек улицу и с радостно бьющимся серд¬
цем прошел сквозь тяжелые чугунные ворота сада.
Но как только он, очутившись за оградой, взглянул в
сумрачную глубину на старые липы, на покорно падаю¬
щие листья, 'на запутавшиеся в ветвях крупные шары
фонарей, уже налитые белым светом, на серый гранитный
обелиск, на осенние цветы в клумбах и на одинокую не¬
смелую звезду в зеленоватом высоком небе, его вдруг
насквозь прожгла острая и беспощадная мысль: Люся не
придет, хотя шести еще не было. Сердце его как будто
на минуту остановилось. Он крепко зажмурил глаза, как
от внезапной боли, потом, повернувшись к обелиску, стал
машинально читать высеченные на нем имена, — прочи¬
тывал и начинал сызнова.
Сквозь ветви и переплетения ограды видно было, как
проносились мимо манежа, вылетая на площадь, легковые
автомобили, троллейбусы с освещенными окнами...
Антон прошелся по дорожке в глубину сада.
В тени, прикрытая низко опущенными ветвями, как
под зонтом, сидела на скамейке парочка: голова девушки
склонена, пряди волос, свисая, закрывали одну щеку, ру¬
ки кинуты вдоль колен; парень сидел на скамейке боком,
лицом к ней и говорил что-то горячим шепотом, неожи-
п
данно и резко взмахивая рукой, а она как бы зачеркива¬
ла его слова сомнительным покачиванием головы; нако¬
нец он рванулся и встал, широким жестом перекинул
через плечо плащ, должно быть собираясь уйти; она ус¬
мехнулась, и в мягком грудном голосе ее послышалась
власть:
— Сядь. Успокойся...
Парень послушно сел и опять начал говорить что-то
приглушенно, торопливо и обиженно.
Антону очень хотелось сейчас услышать такие же по¬
велительные и в то же время мягкие и ласковые слова
от Люси. Ему казалось, что он сейчас обернется и увидит
ее, идущую к нему навстречу, доверчивую и легкую, как
птица. Чутко прислушиваясь, он как будто слышал сзади
ее шаги, а повернувшись, увидел лишь пустую тропинку
и где-то в отдалении пожилую женщину, тихо бредущую
с палочкой в руках.
Какими мерами измеряют ожидания влюбленных? По¬
рей часы пролетают, как мгновения, иногда же минуты
кажутся вечностью.
Антон ждал час, быть может два, страдая от одиноче¬
ства и тоски. Потом он решительно вышел из сада. Не
слыша сигналов машин, пробежал в вестибюль метро к
автомату. Молодая женщина, выписывая пальцем вензе¬
ля на стекле, улыбаясь большим накрашенным ртом, раз¬
говаривала по телефону, глядела на Антона странным
невидящим взглядом. Охваченный нетерпением, он посту¬
чал в стекло монетой, женщина отвернулась, выставив
тугой пучок из-под шляпки. Он постучал еще раз, и она,
распахнув дверцу и все так же счастливо улыбаясь, вы¬
шла из кабины, обдала Антона волной духов, спустилась
вниз, дробно стуча каблуками по ступенькам лестницы.
Антон набрал номер и стал прислушиваться, туго при¬
жав к уху трубку, и вскоре до него долетел произнесен¬
ный ровным женским голосом вопрос:
— Вам кого?
Он назвал себя и попросил Люсю. Последовала не¬
большая пауза, как будто женщина сговаривалась с кем-