ШИП

Все герои строго совершеннолетние. Персонажи, действия, места и события в данной книге являются вымышленными и созданы исключительно в развлекательных целях. Они не являются побуждением или поощрением к какому-либо действию или поведению.

Прошу не проводить никаких аналогий с реальными людьми. Всё, что Вы прочтете в этой книге – исключительно фантазия автора. Желаю Вам всем приятного чтения. Прошу поддержать эту мою работу вашими звездочками и комментариями.

Я сидел на кожаном диване в огромной приемной в элитном бизнес-центре в самом центре Москвы, нетерпение и одновременно страх заполняли меня всего.

Вот, наконец, и закончились эти тяжелые два года подготовки, мне исполнилось восемнадцать, и я переезжал в Москву под крыло своего продюсера. Контрактом было предусмотрена запись моей первой песни, а к ней и клипа, в ближайшие полгода.

Помню, как два года назад я услышал в трубку своего телефона басовитый голос менеджера: «Вы приняты».

Именно с того телефонного звонка и началась моя настоящая жизнь. Жизнь, о которой я грезил и к которой готовился с малого детства. Сбылась моя мечта – меня заметил крупный продюсерский центр CR-I, под руководством самого Семена Леонидовича Раевского.

Эта удивительная машина индустрии шоу-бизнеса выпустила в свет не одну звезду мирового масштаба. Песни и клипы её исполнителей всегда занимали первые места в топах и чатах.

Для простого пацана, который только окончил музыкальную школу по классу фортепиано в одном из провинциальных городков России, было невероятным чудом, когда его совершенно случайно заметил на каком-то захудалом кастинге в Москве самый крупный продюсер шоу-бизнеса страны.

После этого памятного дня жизнь моя перевернулась в буквальном смысле с ног на голову. Но это коснулось не только меня, но и моей семьи. Продюсерский центр поставил передо мной и моими родителями жесткие условия, которые я должен был выполнять в течение двух лет: индивидуальный репетитор по вокалу, хореограф, физические нагрузки и диета. Но, помимо этого, были и другие ограничения, касающиеся моей личной жизни: никаких наркотиков, алкоголя и скандалов, а также девушек.

В тот самый день в кабинете Раевского, когда он положил передо мной и моими родителями контракт, произошел странный разговор между продюсером и моими родителями:

– Я хочу, чтобы ты всё хорошенько обдумал, – грозно посмотрел на меня невысокий брюнет с сединой на висках и серьезными карими глазами.

Это, наверное, было единственное, что я отчетливо запомнил в нём в тот момент, ведь я был так ошарашен этой встречей, встречей со своим кумиром. Это с его легкой руки зажглась не одна звезда нашего российского шоу-бизнеса. И вот теперь, я сидел в его кабинете, а передо мной лежал тот самый желанный контракт с CR-I. Мне казалось всё это каким-то невероятным фантастическим сном. И не удивительно, что я никак не мог сосредоточиться на том, что говорил мне этот удивительный человек. Я даже не мог нормально прочесть текст контракта, не говоря уже о том, чтобы уловить смысл. Буквы плыли перед глазами, всё вокруг смешалось, звуки, цвета, люди и лица.

И только через некоторое время ко мне пришло понимание, что я тупо сижу и пялюсь в первый лист договора, а вокруг меня разворачивается нешуточная битва. Мои родители горячо спорили с продюсером, размахивая руками и тыча пальцами в текст контракта.

– То, что вы предлагаете, это недопустимо, он совсем ещё ребенок, – возмутилась моя мама, недовольно пыхтя и с сомнением посматривая на меня.

– Я полностью согласен с супругой, – недовольно проговорил мой отец и добавил, – И что это ещё за намеки на гомосексуализм?

Ой, я, кажется, пропустил что-то важное? Что за спор? И что так возмутило моего всегда такого спокойного и уравновешенного отца?

А в это время Раевский с невозмутимым видом достал из пачки сигарету и медленным выверенным движением прикурил её дорогой золотой зажигалкой.

– Я просто хочу быть уверен в том, в кого выкладываю свои деньги. Центру не нужны скандалы и проблемы. Он должен быть абсолютно чист. Я вложу деньги только в чистый лист бумаги, чтобы в дальнейшем сделать из него то, что мне хочется.

От слов продюсера мама заметно поморщилась:

– Он живой человек и наш сын, а вы рассуждаете, словно о бесчувственном материале для вашего бизнеса.

– Именно так, – согласно кивнул Семен Леонидович, и на его лице не отразилось ровным счетом никаких эмоций, – Для меня он в первую очередь материал, ресурс, если хотите. И я готов вложить в него немалые деньги. Но если вас что-то не устраивает в условиях нашего контракта…

С последними словами Раевский подвинул документ ближе к себе, а у меня вдруг расширились глаза, и поднялась паника.

– У меня на его место очередь из таких вот мальчиков выстроится от Москвы до Сахалина.

Я в ужасе вскочил с кресла и схватил экземпляр контракта:

– Я согласен! – закричал я, – Я согласен на всё!

Переведя взгляд на своих родителей я, наконец, смог различить на их лицах разочарование и печаль. Они явно не хотели этого. И чтобы не допустить себе и мысли пойти на попятную, я схватил со стола продюсера ручку и некрасивым неровным почерком подписал договор там, где стояли мои фамилия и инициалы.

– Мам, пап, пожалуйста, – умоляюще посмотрел я на своих родителей, – Я очень этого хочу.

Мама со вздохом прикрыла глаза, а отец раздосадовано покачал головой, но всё же взял из моих рук стальное перо Parker и подписал контракт. За ним последовала и мама.

И только спустя несколько дней, вернувшись в свой родной город, и когда волна эйфории наконец отступила меня, и я смог нормально мыслить, до меня дошел смысл слов родителей в кабинете продюсера.

Условия моего контракта накладывали на меня жесточайшие ограничения на ближайшие два года. Я не имел права заключать контракты с другими центрами, распространять информацию и заключенном договоре и его условиях, я обязан был удалить профили из всех соцсетей, не выкладывать свои фото в профилях своих друзей и знакомых, не выкладывать песни своего сочинения и исполнения. Короче, в ближайшие два года я обязан был быть тише воды и ниже травы. И самое главное, контрактом было предписано прекращение всех личных и сексуальных отношений, причем не только с девушками, но и с парнями. Вот, что так сильно возмутило моего отца, намек на гомосексуализм.