Шестнадцать дней на полюсе
Шрифт:
С невероятным волнением мы смотрели вниз, на места, которые за последние месяцы стали неузнаваемыми. Мы улетели, когда была зима, когда снег покрывал землю, когда все было бело. Мы возвращались, когда под нами зеленели луга и леса, желтели поля. И все это было прорезано чудесными сооружениями канала Москва - Волга.
С восхищением смотрели мы на это удивительное создание человеческих рук.
Мы восторгались и вместе с тем волновались. Скоро Москва!
И вот мы над Москвой.
Мы идем низко, на высоте 100 метров. Мы видим огромное количество людей на улицах. Люди выстроились вдоль тротуаров. Мостовые свободны от автомобилей, автобусов и троллейбусов. Москва приготовилась нас встречать. Она была праздничной, красивой.
Мы сели на замечательной бетонной дорожке аэродрома им они Фрунзе, который покинули три месяца назад. Убранные цветами машины отвезли нас к трибунам.
Тут произошли события, которых мы не забудем никогда. Нас встретили товарищи Сталин, Молотов, Каганович, Вороншлов, Калинин и другие руководители партии и правительства. Они поздравляли нас, обнимали и целовали. Этого момента я, конечно, не забуду никогда. Я был так счастлив, что не мог сообразить, что со мною происходит. Я увидел жену, сына, обнял, поцеловал их и опять вернулся на трибуну, где стоял товарищ Сталин.
Были сказаны речи, потом нас усадили в машины и повезли в Кремль.
Мы проезжали по московским улицам. Толпы людей кричали "ура", бросали цветы. В воздухе плыли, как снежные хлопья, листы бумаги, па которых были напечатаны приветственные слова. Люди высовывались из окон, стояли на балконах, махали цветами, платками, руками. Москва нас встретила очень радостно п торжественно. Так могла нас встречать только Москва-самый лучший город в мире.
Мы проехали прямо в Кремль. Там в белоснежном зале состоялась встреча с товарищем Сталиным, с руководителями нашей страны. Товарищ Ворошилов говорил приветствия. Было радостно и весело.
Внезапно я посмотрел в окно и увидел, что на улице темно. Уже целых три месяца мы не видели темноты. Три месяца мы прожили днем. Мне даже показалось странным и не верилось, что на земле есть ночь.
А в зале было по-прежнему светло, весело, радостно. День кончался так же хорошо, как начался.
Это был большой день. Это был самый счастливый день моей жизни.