Чтение онлайн

Ирина увидела, что он приветливо улыбается.

— Думаю, вам нужно брать васильки поярче. Сухие цветы теряют окраску, примерно как замужние женщины — привлекательность. Разве вы не знаете об этом?

Он снова закрыл глаза и опустил голову на землю.

Ирина вдруг раздумала уходить.

— С чего вы взяли? — как можно более безразличным тоном спросила она.

Мужчина молчал. Правой рукой он сорвал травинку и сунул ее в рот. Но глаз так и не открыл. И отвечать, похоже, не собирался.

— С чего вы взяли, что… — повторила Ирина.

Что цветы теряют яркость? Это и так понятно. О чем я хочу его спросить? О привлекательности замужних женщин?

— Я, между прочим, замужем, — с вызовом сказала она.

Тут он все-таки соизволил открыть глаза. Он даже сел, напрягшиеся мышцы живота на мгновение сложились в красивые шашечки.

Густые каштановые волосы мягкими волнами легли назад, но одна непокорная прядь выбилась и свисала на высокий лоб. Он оглядел Ирину — внимательно и долго. Целиком — с ног до головы. Она почувствовала себя раздетой, но… это не вызвало у нее никакого смущения, потому что он разглядывал ее не просто с любопытством — с интересом. И… с удовольствием. Его улыбка стала шире.

— Это видно, — вкрадчиво сказал он. Ирина уже готова была обидеться — или изобразить обиду, — но он продолжал:. — У вас кольцо на правой руке. А в остальном… Мне даже не хватает фантазии представить, какой вы были до замужества. Прошу прощения за неловкую фразу: видимо, вы то самое исключение, которое только подтверждает правило. Завидую вашему мужу, вот уж, наверное, редкостный счастливчик. Правда, — он глубоко вздохнул, — заполучив такое сокровище, он сделал несчастными нас — всех прочих смертных. Поверьте, я безутешен…

Он снова лег на спину и закрыл глаза. Махнул рукой, словно отгонял от лица назойливую муху. Только мухи Ирина не видела. Неужели это относилось к ней?

— Послушайте, что вы здесь делаете? — строго спросила Ирина.

— Отдыхаю, — был ответ. — У меня сегодня еще много дел.

— Каких, если не секрет?

— Разных. Я, например, собирался соблазнить самую красивую женщину в этом городке, а потом пообедать. Два часа на то, чтобы найти самую красивую, час — на то, чтобы соблазнить, час — на обед. — Он зевнул. — До вечера еще есть время. Пока можно и поспать.

— Какой-то вы… странный, — поджав губы, сказала

Ирина.

— Да? Поверьте, мне часто приходилось это слышать. Но еще никто не говорил об этом таким нежным голосом. — Травинка переместилась из левого угла рта в правый.

— Хм… Значит… На то, чтобы найти самую красивую, нужно два часа. Так? А на то, чтобы ее соблазнить, — всего час? — Неизвестно почему, но Ирине хотелось продолжить этот разговор.

— Да. — Мужчина снова сел. Он будто бы нарочно играл мышцами плоского живота. — Учитывая размеры городка, думаю, двух часов хватит. Если… Если вы, конечно, не сэкономите мне время, честно признавшись, что я ее уже нашел. Не так ли?

— Может быть. — Ирина улыбнулась. — Кто знает?

— Вы. Уж вы-то знаете наверняка. Я очень ценю в женщинах честность. В основной массе они — лживые создания. Но вы не такая. Вы сильно отличаетесь от других. Вы ведь не сможете меня обмануть, правда? Ну?

— Что «ну»? Вы меня смущаете.

— Ну что вы? Какое тут может быть смущение? Просто скажите честно: кто самая красивая женщина в Горной Долине? Вы? Или? Не вы?

— Ну а если я… Что тогда? Вы будете меня соблазнять?

— Разве я еще не начал?

— Ну-у… Не знаю. Мне кажется, это должно выглядеть по-другому.

— Это может выглядеть как угодно. Главное, чтобы вы не сомневались в искренности моих намерений.

Ирина рассмеялась. Собственный смех показался ей немного фальшивым, она отвернулась, словно хотела разглядеть что-то вдалеке.

— Мы говорим о какой-то ерунде… Почему вам непременно нужна самая красивая? А если бы я была не самой красивой, что тогда?

— Тогда бы вы наверняка были самой скромной. Не сомневаюсь. Есть в вас что-то выдающееся. Помимо великолепной груди.

Ирина покраснела. Этот… странный незнакомец вел себя… вызывающе.

— Вы издеваетесь надо мной, Да?

— Увольте… — Он поднял руки, словно говорил «сдаюсь!». Ирина отметила чисто выбритые подмышки и красивые мускулы. — Разве над вами можно издеваться? Никогда! Вами можно только восхищаться! Что я и делаю, но, видимо, не слишком удачно, если вы сердитесь… простите.

— Можете так не стараться. Одного часа вам все равно не хватит.

— Конечно, не хватит. Но — с вашей любезной помощью — их у меня теперь целых три. А это меняет дело.

— Не сильно.

— Как вас зовут?

В боксе это называется: «смена темпа». У незнакомца это получилось неплохо.

— Ирина. — Она помедлила: — А вас?

— Как хотите… А впрочем… Зовите меня Микки. — Он сказал это, нарочно изменив голос, таким обычно дублировали иностранные фильмы: гнусавый и какой-то механический, голос словно принадлежал не живому человеку, а громкоговорителю на вокзале.

— Микки?

— Плохое имя? Или оно мне не подходит?

— Нет… Просто… непривычно.

— Это хорошо. Привычка убивает остроту восприятия. А так… может, вы посмотрите на меня по-другому.

— «По-другому» — это как? — Ирина презрительно поджала губы.

— Не так, как на всех. Просто немножко по-другому. «Если ты имел в виду только это, считай, ты своего добился», — подумала Ирина.

— Извините, Ирина, мне трудно разговаривать, когда вы стоите. При взгляде на ваши божественные ноги в голове у меня путаются все мысли. Наверное, поэтому я выгляжу глупее, чем есть на самом деле. Присаживайтесь, прошу вас. — Он протянул руку, взмахнул рубашкой и постелил ее. Впрочем, на довольно приличном расстоянии от себя.