Шептунья
Шрифт:
Робен Вернет задумчиво прищурился, невольно и больше по профессиональной привычке, ища в словах дочери второй смысл.
— Но ты ведь понимаешь, что я не могу отпустить тебя с Синди без чьего-либо присмотра перед твоим скорым замужеством? — К такому вопросу я была готова.
Традиции не позволяли невесте уезжать далеко от семейного очага без сопровождения либо самого жениха, либо представителя мужского пола от кровных уз.
— Понимаю, — согласилась я, утвердительно качнув головой. — И думаю не составит труда отвлечь Надина на пару дней от его повседневных дел?
— Хорошо, — дал своё добро па, и я благодарно улыбнулась. — Когда вы планировали поехать?
— Завтра с утра, — охотно отозвалась я, всё ещё держа маску прилежной, воспитанной дочери.
— Вы уже оповестили своего брата о поездке? — задал отец следующий вопрос, прикидывая, видимо, сколько хлопот может доставить эта наша прогулка по магазинам.
— Нет, мы не стали давать неточные сведения. — И почему мы с па всегда общаемся на деловых тонах? — Без твоего официального согласия наши пожелания оставались бы всего лишь пожеланиями, — аккуратно намекнула я на написание отцом специального письма. На всякий…
— Я понял тебя, дочь, — догадливо произнёс Робен, однако не спеша прописывать разрешение. — Позовите ко мне Надина. Мне нужно с ним переговорить.
— Хорошо. Аа… — заикнулась было о письме, но меня опередили.
— Завтра с утра выдам вам и разрешение, и деньги. Теперь же можете идти, — отпустил нас папа и больше не обращая на нас внимания сосредоточенно продолжил читать оставленную бумагу.
Прерывать его на какие-либо ещё вопросы не имело смысла, да и вообще могло быть серьезной угрозой задуманной поездке. Так что мы с сестрой молча и практически бесшумно покинули кабинет отца.
— Йеееессс! — радостно пискнула Син и забавно затрясла руками, как только мы вышли. — Ты просто чудо-уговоритель! — сделала комплимент сестрёнка, улыбаясь во весь рот и сверкая своими поразительно живыми глазами. — Так разговаривать с ним умеешь, наверное, только ты! А как ловко ты припомнила о статусе Сентьона, просто поразительно! Я бы никогда не смогла так легко получить разрешение па.
— Да чего уж там, — хмыкнула я, отмахиваясь. — Нам же надо было как-то получить его согласие. — Криво улыбнулась, вспоминая ту самую неприятную причину, по которой пришлось пойти на столь неблагодарный и сомнительный поступок.
— Ты бы знала, как я тебе благодарна за всё, что ты для меня сейчас делаешь! — проникновенно призналась сестра и в порыве чувств крепко ко мне прижалась. — Спасибо! Знаю, что может и не получиться, но то, что ты согласилась помочь уже очень много для меня значит…
— Ну не могу же я допустить такой несправедливости к моей любимой сестренке, — улыбнулась я, и крепко обняла в ответ.
Через несколько минут мы уже во всю искали затерявшегося где-то брата, но поняв, что такое выискивание может затянуться и до самой глубокой ночи пришли к решению разделиться. Обламывать с такими многообещающими планами из-за брата жутко не хотелось.
А ведь он может всё испортить, стоит ему только отказать отцу. К большому нашему с Синди сожалению, он обладал этим правом. А папа вряд ли станет приказывать, перед ним-то он точно считает себя виноватым за отсрочку на неопределённый срок его женитьбы, поэтому, скорей всего, он просто пошлёт письмо Сентьону Кельну. Тот в своё время пошлёт к нам своего чел… вампира и все наши надежды будут обречены на крах.
Нужно суметь уговорить брата… Ох, надеюсь Син найдёт его первой…
Не смотря на все предположения и доводы, я всё же очень сильно сомневалась, что Надин по моей просьбе согласиться сопровождать нас до Стенбурга. Даже если он будет не против самой поездки, но вот чисто из вредности наверняка откажет.
Думая о своём, я неспешно шла по двору нашего поместья скорее не в поисках, а ради простой прогулки на чистом, свежем воздухе. Автоматически сканировала поверхность почвы на наличие на ней кого-либо подвижного, а так как настраиваться на детальное изучение желания не было, я воспринимала только самые чувственные толчки земли. Самое шумное место в ближайших двадцати метрах от меня находилось в конюшне и, лишь для очистки совести, решила прогуляться и там. Пусть я и не была ярым поклонником коней, но тем не менее наблюдать за ними мне нравилось. Я видела в них что-то такое, что неизбежно влекло меня к ним: их мощь и грация манили и тихим, едва слышным голосом, призывала присоединиться, дополнить их своим пребыванием. Я не стала им отказывать и, размышляя о моей странной привязанности к ним, зашла в слабо освещённое помещение.
Неспешно прошлась мимо одного стойла и тут вдруг почувствовала странное шевеление соломы в одном из отсеков отведённое под разнообразное оборудование и крупы коням. Мысль о воре заставила моментально подобраться и привлечь силу подчиняемых мне растений в боевую готовность. Из земли необычно быстрыми движениями вырвалось несколько стебельков с одними весьма специфическими свойствами. Семена этих растений я давно сумела просканировать и запомнить их структуру ещё в защищённых садах Его Величества. Одно прикосновение к колючкам этого цветка, и парализация всего тела как минимум минут на десять обеспечена.
Как вовремя…
Аккуратно оторвала две головки растения и, поудобнее перехватив в руке для броска, стала тихими, осторожными шажками передвигаться в сторону шума. Но тут кто-то, видимо, уже собирался покидать место вместе со всем награбленным. Такого позволить я не могла, поэтому быстро, как можно бесшумнее, пробежала оставшееся расстояние и, завернув за поворот, не особо приглядываясь кинула колючки в первую попавшуюся в фигуру.
— Что за…?! — послышалось изумлённое восклицание со стороны грабителя и только потом, когда этот «похититель» успел повернуться в мою сторону и замереть в весьма неудобной позе, я поняла насколько серьёзную оплошность сейчас совершила.
— Надин?! — удивилась я не меньше брата, мельком оглядывая того в не самом примечательном виде.
— Корнелия?! — взвизгнула лежащая до этого на расстеленном покрывале полуобнаженная девушка и стремительно закуталась в явно недавно снятое тряпьё. — Что ты здесь делаешь?
— Вайолет? — потрясённо выдала я и не смогла сдержать пораженного хмыка. — Это мне у тебя спросить надо, одногруппница, — усмехнулась я. — А я всё гадала, почему же так часто вижу тебя рядом с сестрой. Информацию узнавала?