Чтение онлайн

– Больно, да? – спросила она.

– Не мешайся, – подтолкнула ее Сиина. – Иди к остальным.

Яни стащила с соседней лавки одеяло и отправилась в общую комнату, где вели допрос нового знакомца. Она протиснулась между старших и деловито, без тени страха укутала трясущегося Генхарда. Потом обняла крепко и спросила, глядя на него снизу вверх:

– Ты теперь тоже с нами, да?

Мальчишка выпучился на нее.

– А я и говорю, – вступился за него Рори. – Обсохнет пусть, потом говорит. Все равно чернодень.

– Еще охаживать его не хватало! – завелся Марх. – Может, тут целая толпа таких в кустах прячется, пока мы его греем да жалеем!

– Эй. – Яни дернула парня за штанину. – Убери свою стрелялку. Иди лучше ставни затвори, затмение скоро.

– Ты чего раскомандовалась, поганка мелкая? – вспыхнул тот. – А ну иди сюда! Сама у меня закроешь! Сначала рот свой бесстыжий, а потом и все остальное!

– Ты у нас самый длинный, – фыркнула Яни, прищурив раскосые глаза и спрятавшись за Рори так, что видны были только две тугие рыжие косички. – У тебя руки, как оглобли, вот и закрывай сам. Я не достану.

– Зато язык у тебя до потолка достает! Что за дети пошли! – возмутился Марх. – Попадись мне только!

Он поворчал для вида, развернулся и нехотя поплелся выполнять поручение маленькой хозяйки.

– Жить будет, – сообщила Сиина, забежав на кухню.

– Помочь надо? – спросил Рори.

– Нет, я сама.

Астре пропитался болью Илана, от которой все внутри переворачивалось. Страдания шли не от тела, они кипели внутри парня. Его что-то мучило и давило.

– Яни, завари чаю, – попросил Рори.

– А с чем? – оживилась та.

– С малиной. Две горсти положи, – суетливо бросила пробегавшая мимо с полотенцем Сиина. – Ему пропотеть нужно. – Она мельком глянула на Генхарда и добавила: – И этому тоже.

Рори подвинул к печи стул и усадил на него мальчишку. Марх плюхнулся на лавку, вытянул босые ноги. На рукавах и штанинах пестрели полосы материи. Сиина подшивала их каждые полгода, но Марх рос быстро, и лодыжки все равно оставались голыми, а руки открытыми до середины предплечий. Генхард, напротив, тонул в не по размеру большом подранном тулупе и грязных шароварах, подпоясанных не то скрученным платком, не то лоскутом от скатерти. Великаньи башмаки, туго стянутые ремешками, едва держались на худых икрах.

Долгих пару минут, пока Яни гремела банками с заваркой, все молча сверлили взглядом нового знакомца.

– Чего уставились, как воронье на падаль? – буркнул Генхард, обхватив ладонями горячую кружку и сделав первый несмелый глоток. – А я и ничего. Я мимо себе проходил, а там смотрю, а его колотят – рыжего вашего. А я этих-то знаю. Они бока намнут, пообдирают наспех, да и все. А там то монетка в сторону откатится, то обувка справная окажется, то еще чего. Я и подбираю за ними. Ну, и хотел тут тоже посмотреть, может, забыли чего. А они озверели чего-то, обобрали до нитки, ладно хоть, штаны на нем оставили. А я и смотрю – шевелится еще. Дай, думаю, до дома дотащу. Вдруг чего пожрать дадут.

– Вдруг чего спереть можно? – поправил Марх, прищурив зеленые глаза.

– А чего сразу переть-то? Чего переть? – заершился Генхард. – Я-то и ничего. Я только за хлеба кусочек.

– Ты его в гору через глухой лес пер за кусочек хлеба? – фыркнул правдолюбец, скрестив руки на груди. – Лучше не ври, малой, я тебя насквозь вижу.

– А я и не вру… – Мальчишка вжал голову в плечи и совсем скукожился. – А вы все эти, да? – Он боязливо кивнул в сторону Сиины. – Порченые?

– Так и знал! – выпалил Марх, подскочив. – Ясно вам, зачем он сюда поперся? Дорожку заприметить, а потом провести сюда его «этих», чтобы они нам бошки посрубали!

– А ты чего тут развонялся, клоп?! – разъярился вдруг мальчишка. – Чего чернишь меня? Чего чернишь? Откуда тебе знать, где я слово не в ту сторону заворачиваю? У самого язык колет, как солома голый зад! Расплодились тут, как тараканы! Да кому вы нужны, уродцы этакие? – Он сплюнул на пол и зло зыркнул на остальных.

Яни, только что вручившая кружку бледному Астре, подошла к мальчишке и без лишних слов бахнула его по лбу железным ковшом.

– Дурак, – сердито сказала она. – Ты теперь будешь жить с нами, так что не ругайся тут, а то язык будет как у Марха. Бери тряпку и вытирай свои слюни. Сестра тут моет-моет, а ты плюешься. Убирай давай!

А ты-то чего разоралась, мелкая? – всхлипнул мальчишка, приложив грязную ладонь к ушибу. – Чего вы все орете? Я даже дорогу не помню! По темноте шли-то! Кому я вас теперь… кому я про вас расскажу-у-у-у?

Рори потянулся к Генхарду, чтобы утешить. Тот весь съежился и подозрительно быстро перестал выть.

– Илан очнулся, – выдохнула появившаяся в проеме Сиина. – Бормочет что-то невнятное.

Рори подхватил Астре и понес в комнату, где лежал раненый. Марх последовал за ними. На пороге он обернулся и велел Яни проследить за Генхардом.

– Сиди тут, со мной, – сказала она, пристроившись на краешке стула и взяв его за руку. – И не сбегай, а то укушу. А если ты меня обидишь, мой брат тебя побьет.

– А который из них твой брат? – опасливо шепнул Генхард.

– Все, – гордо ответила Яни и улыбнулась.

Мальчишка стянул одеяло и прислонился спиной к печи. Он до сих пор дрожал, а с волос капала вода.

– Ты так заболеешь, – заметила Яни. – А у нас малины мало. Снимай все и вешай вот тут, на веревку.

– И не буду я снимать!

– Снимай! – Яни принялась стаскивать с него обувь. – Все равно не сбежишь! Не косись на дверь!

– Да уж голым-то точно не сбегу, – огрызнулся Генхард, смелея от того, что старшие собрались в другой комнате.

– Снимай, а то закричу и скажу, что ты меня обижал, – недовольно прищурилась Яни. – Знаешь, какие у Рори кулаки? Он тебя ух! И сплющит, как блинчик! А Марх тебе стрелу прямо в попу пустит! Ты потом целый трид будешь стоя сидеть.

– Вот же пиявка приставучая! И чего я вообще сюда перся? Попал в клеть со зверями! Вы небось и человечину едите?