Чтение онлайн

– Милая девочка, не суди никого. Кто вынесет такой скверный ворчливый характер, как у меня? Разве что сам ангел во плоти, – он чмокнул ее в макушку.

– Вы похоже на моего отца, – прошептала Вайлет и, заметив в уголках мудрых глаз слезы, смутилась.

– О… не обращай внимания, девочка. Я становлюсь с каждым годом все сентиментальней, расклеился как старая тряпка.

Гаред поспешно поднялся и, хлюпая носом, прошлепал в закуток, где находилась старая плита.

– Время ужина, – ворчливо пробасил он, включая плитку.

Черные птицы терпеливо разместились на окне, ожидая очередного угощения.

– Гаред, семейство чаек на «Спящей черепахе» в бухте погибло, это сделали вороны.

– Всегда приходит время кому-то умирать, а кому-то продолжать жить – этот цикл не изменить, – многозначительно протянул он. – Одни охотники – другие жертвы, одни волки – другие овцы.

– Это ужасно!

– Это жизнь, – он выглянул в окно. – С моря идет ураган, и если твой парень не поторопится, то долго не сможет проехать к бухте, подходы к которой превратятся в бушующие реки. Ты тоже не сможешь прийти сюда. Уровень воды подымется и будет небезопасно бродить по камням.

– Вы не знаете Луиса! И не знаете меня! – Она глянула на чистое без единого облачка небо. – Но откуда вы знаете, что близится ураган?

– Старые кости лучше любого прогноза, Вайлет. Эх, ну-ка погоди,– старик прошлепал к небольшой тумбочке, стоящей за диваном и принялся рыться в верхнем ящике. Она увидел старые фотографии, письма и бумаги. Старик бубнил под нос, перебирая пожелтевшие от времени листы и, наконец, радостно вскрикнул.

– Вот она! – Он протягивал выцветшую, с потертыми краями, открытку. – Хотел подарить на память. В детстве часами мог разглядывать ее, так она нравилась, уж не знаю почему. Мать всегда ворчала на меня, все время говорила, что от нее мороз по коже, но меня она притягивала. Я всегда любил жуткие истории и древние легенды о Геракле и Тристане, о золотом руне и погибшей Трое и Хлое. Вот, держи.

Девушка осторожно взяла открытку в руки. Пока она разглядывала ее, Гаред без умолку болтал, рассказывая ее историю:

– Это открытка ручной работы точная копия старой фрески итальянского мастера Караваджо. Как она оказалась у меня, уже и не припомню, но открытка так заворожила, что я решил отыскать оригинал. После многолетних поисков случайно оказался в предместье Пирито, что в Южной Италии, рядом с Пальми. В монастыре «святой Елены» я и обнаружил древнюю фреску и был поражен мощью и силой, исходящей от нее.

К несчастью уговорить Лоренца, чтобы он продал гравюру, не удалось. Я так и уехал ни с чем, а затем жизнь закрутила, что я и думать забыл об этом.

Вайлет внимательно рассматривала рисунок, который действительно гипнотизировал, и невозможно было отвести взгляд.

Тяжелые тучи нависли над заброшенным старым кладбищем с покосившимися плитами и истлевшими кустами цветов. Случайно прорвавшийся сквозь густую пелену луч света освещает прекрасную полуобнаженную фигуру юноши с длинными до плеч темными волосами. Виден только точеный профиль и плотно сжатые губы, но этого достаточно, чтобы понять – парень прекрасен. Рука протянута к одному из надгробий с полустертой надписью, на которой сидит крупная птица. В мощном клюве зажат блестящий предмет – не-то цепочка, не-то медальон, а черные глаза бусинки ворона внимательно разглядывают человека, без испуга или беспокойства.

Впрочем, ничего не было необычного в рисунке, если бы не одно но – на спине прекрасного юноши большие черные крылья, а с руки стекает кровь, капая на смятые, поникшие головки цветов, так похожих на белые лилии.

– Этот рисунок пугает… – прошептала девушка.

– Не больше и не меньше, чем гравюры с изображением Армагеддона или гибели Помпеи.

– Кто изображен здесь?

– Это низвергнутый Ангел – Аниил, покровитель и защитник птиц… воронов – неприкаянных, ищущих прощения душ. Гравюра написана в семнадцатом веке.

– Почему вы решили расстаться с ней?

– Девочка, я очень стар. И хотел бы, чтобы моя фреска попала в достойные руки, – старик тяжело вздохнул. – Ты очень добрая Вайлет, и я знаю, у тебя все будет хорошо. Пусть это станет памятью о старом свихнувшемся старике. А теперь беги и не забудь просигналить три раза, когда доберешься домой, как и всегда, в противном случае, возьму ружье и отправлюсь на твои поиски. Ведь, кроме тебя никто не знает, что оно не заряжено.

Хеслер пытался шутить, но Вайлет заметила, как он отводит глаза, на которых блестели капельки слез.

Луч прожектора всегда освещал ее путь назад, и она вновь шла по узкой, усыпанной ракушками и круглыми камешками, дорожке. Иногда девушка замечала осторожное движение в глубине ночи, и долговязая фигура в капюшоне появлялась на миг на границе света и темноты. Страх уступил место молчаливой решительности. Она намерено не рассказывала об этом Луису, предвидя его реакцию.

Если они нашли ее первыми, так даже лучше – это лишний раз доказывает, что она права. Ничего не закончено и орден возрождается. Если Вайлет не остановит хранителей, то никогда не будет жить спокойно, ведь они будут продолжать ломать судьбы невинных людей. Милый Гаред не прав в одном: ее тянет на дно не темнота в душе, а безнаказанность упырей, превративших ее жизнь в ад.

Уничтожить осиное гнездо можно, лишь добравшись до матки. Значит нужно выяснить, где она затаилась. Старейшина Катано знает намного больше того, что говорит и ему придется рассказать все. Хочет он того или нет.

К закату следующего дня океан почернел, тяжелые тучи закрыли небо, одна за другой молнии сотрясали его, разрывая на части, а усиливающийся ветер поднял громадные волны, которые с грохотом обрушивались на берег, разбиваясь на миллионы ледяных брызг. Подходы к маяку ушли под воду, и девушка тоскливо смотрела на скупой свет прожектора, скрытый в глубине холодной дымки. Особняк сотрясался от ураганного ветра, словно карточный домик, свет мигал, а затем и вовсе потух.

Телефон не работал, и они разговаривали с Луисом теперь только через интернет. Он сообщил, что завтра возвращается в бухту и не оставит ее в одиночестве больше ни на час. Луис внимательно всматривался в окно камеры, видимо пытаясь понять настроение Вайлет, и когда она улыбнулась, а ямочки появились на бледных щеках, вспыхнул:

– Ви, я больше не вынесу разлуки. К черту упертого Катано, мы вместе решим, как заставить его помочь нам.

– Прошу не рискуй. Вода залила шоссе и слишком опасно сейчас возвращаться. Когда ураган утихнет…