Чтение онлайн

Буфет для постояльцев еще не был построен, и хозяйка предложила позавтракать на ее кухне. Но там было так душно и тесно, что Кирилл и Вера решили перекусить в дороге.

Он крутил руль, а она подносила к его рту то пучок зелени, то хлебный мякиш, то кусочек холодной говядины. Радио передавало о приближении мощного снежного фронта и лавинной опасности.

Кирилл притормозил у почтового отделения, на двери которого висела табличка «КСЕРОКС-ФАКС». Вера стряхивала с подола пальто крошки. Он смотрел на нее, словно скульптор на гранитную глыбу.

–  Ты чего?
– спросила она.

–  Сними-ка ты с себя это пальто. Оно тебе настолько не идет, что у меня даже в горле пересохло!
– признался он.

–  А зачем покупал? И говорил, что нормально!
– сказала Вера, немедленно стаскивая с себя пальто.

–  Вчера днем мне было наплевать, во что ты одета, - ответил Кирилл, снимая с себя хоть и дырявую, зато вполне теплую безрукавку.
– Но уже вечером я предпочитал, чтобы ты вообще была без одежды. А сегодня утром… Ну-ка, примерь!

Они вышли из машины. Перед дверью почты Кирилл на мгновение остановился, поправил на Вере безрукавку, в которой она уютно утонула, и предупредил:

–  Главное - не суетиться!

Он зашел в зал и направился к окошку.

–  Где начальник почты?
– спросил он у женщины, дремлющей на выдаче денежных переводов.

–  Начальник?
– переспросила она.
– А вы по какому вопросу?

–  Вопросы задавать буду я, - ответил Кирилл и взмахнул перед лицом женщины красной корочкой охотничьего билета.
– Уголовный розыск!

–  Сейчас позову!
– почему-то с плохо скрытой радостью пообещала женщина и, повязывая на талии теплый платок, засеменила к служебному входу.

–  Похоже, - шепнула Вера и, экономя время, поцеловала его.
– А ты в самом деле работал в уголовном розыске?

Чтобы начальница почты не утруждала себя проверкой документов, Кирилл веером разложил полароидные карточки на столе. В зал вышла сухенькая женщина с висящими на носу, словно виноградины, черными глазками, с замаскированной фиолетовыми чернилами сединой и пронзительно накрашенными узкими, как у пираньи, губами.

–  Я вас слушаю, - голосом, полным достоинства, пропела она, глядя то на Кирилла, то на Веру.

Кирилл выдержал долгую паузу, глядя на начальницу взглядом судьи, готового зачитать приговор, затем постучал пальцем по столу, словно боялся сглазить, и спросил:

–  Что-либо подобное вы отправляли со своего факса?

Начальница оперлась руками о стол, недолго рассматривала фотографии, причмокивая губами и качая головой, и вдруг пронзительным голосом базарной торговки позвала:

–  Ва-а-аля-а-а!

Валей оказалась та самая женщина, которая забыла, когда последний раз выдавала денежный перевод. Настроение у нее изменилось в худшую сторону, когда начальница кивнула на фотографии и протокольным голосом спросила:

–  Ты что-нибудь подобное отправляла?

Валя, разгубасившись, уставилась на фотографии. По выражению ее лица Кирилл понял, что она узнала тему, и у него сразу отлегло от сердца. Теперь надо было позаботиться о том, чтобы почтальонша не начала лгать.

–  Советую вам рассказать всю правду, - тактично пригрозил Кирилл.

–  Да, вчера, вы знаете, он сказал, что это срочная кинопроба, у меня даже мыслей не было, все законно, квитанцию выдала… - очень быстро и невнятно забормотала Валя, продолжая пялиться на снимки.
– Так откуда ж я знала, у нас по инструкции никаких ограничений, разве что матерные слова или порнография…

–  По какому номеру вы отправили снимок?
– перебил ее Кирилл.

–  Да, да, сейчас, в памяти все осталось!
– заверила Валя и кинулась за стойку.

Вера от избытка чувств наступила Кириллу на ногу.

–  Записывайте… Восемь, девятьсот два, шестьсот девяносто шесть…

Едва они вышли на улицу, Вера повисла у Кирилла на шее.

–  Чему ты радуешься, дуреха?
– спросил он.

Они сели в машину. Кирилл перекрестился и набрал на мобильнике номер. Прошло не меньше пяти гудков, пока абонент ответил.

Кирилл без труда узнал голос. Это была Ирина.

Ирина еще лежала в постели, когда запиликал ее мобильный телефон. Она загасила сигарету, встала с постели, посмотрела на себя в зеркало и только потом включила трубку.

–  Ирина, привет! Это я!
– раздался чей-то жизнерадостный голос.

–  Кто??

–  Вацура в пальто!

Она села на кровать и посмотрела вниз, куда бы поставить голые ноги, чтобы не мерзли. Надо было прихватить с собой домашние тапочки, потому как прикроватный коврик совсем худой.

–  Слушаю тебя, Вацура в пальто, - произнесла она, зевая.

–  Догадайся, откуда я звоню? С почты! И здесь мне выдали письменное подтверждение, что вчера по факсу на твой номер была отправлена фотография, запечатлевшая сцену насилия в отношении Веры.

–  Поздравляю тебя, - сказала Ирина, с ногами забираясь под одеяло.
– Но я не поняла, что ты от меня хочешь? Денег?

Ее не слишком сильно огорчил звонок Вацуры. Можно было сказать, что он вообще ее не огорчил. Ну и что? Подумаешь, девчонку сфотографировали на фоне кирпичной стены и скрещенных лыж. Ирина уже не собирается отрицать, что получила этот снимок по факсу, а затем показала его Курге. Это называется ответным ударом, мерой психологического давления на террориста. И пошла Ирина на это ради того, чтобы спасти жизнь своим одноклассникам и заставить Кургу отказаться от преступных замыслов.