Чтение онлайн

— И кто же он? — поинтересовался я. — И зачем ты попросил у него визитку?

— Я спросил их, каким конкретно бизнесом они занимаются.

— И?..

— Они рестораторы. Или, во всяком случае, вложили какие-то деньги в ресторанный бизнес. Я сказал, что мой отец владеет несколькими ресторанами на Брик-лейн, и вот — визитная карточка.

Он отдал ее мне. На ней значились только имя и номер, ничего больше.

Дэв опять попытался убедить меня в том, что это судьба. Мне пришлось напомнить ему, что мы на Шарлотт-стрит. Логично искать здесь кого-то, кто работает на Шарлотт-стрит. Встретить того, кто здесь же работает вечером, можно назвать везением. Но судьбой? Мне в общем-то не важно, как это называется: удача, везение, стечение обстоятельств. Какая разница — важно, какие чувства это во мне вызывает.

На следующее утро я проснулся от того, что Дэв и его отец кричали друг на друга. Примерно раз в месяц отец Дэва приходил и кричал на него на этом тарабарском языке. Дэв только совсем недавно начал отвечать ему тем же.

«Семейные проблемы», — мрачно объяснял он мне, заваривая кофе или включая телевизор. Я ничего не отвечал — как можно комментировать «семейные проблемы»?

Я уставился в потолок, пытаясь думать о чем-нибудь другом. Можно было бы поразмышлять о Саре, но на ум тут же приходил Гэри, так что я решил поискать другую тему. Вчерашний вечер. Тот парень. И его визитная карточка.

— Ну, как это было?! — воскликнул Клем в восторге от самого себя. — Расскажи им!

— Клем был великолепен, — соврал я. Зои склонила голову набок и улыбнулась — таким образом выказывая Клему свой восторг, а мне — недоверие.

— Там был поистине замечательный момент, — признался Клем, крутясь на кресле и пытаясь выглядеть непринужденно. — Какой-то парень уронил свою кружку, и я решил: ага, здесь можно сымпровизировать.

Я кивал и улыбался, думая лишь о том, когда же будет удобно вернуться к компьютеру и зайти в «Гугл». Моя рука все это время сжимала в кармане его визитную карточку «того парня».

Я заметил, сколь усталой и грустной сегодня выглядела Зои, лишь когда Клем закончил свой рассказ (а говорил он долго) и Сэм отвела меня в сторону с вопросом:

— Что случилось? Ты что-нибудь слышал?

— Нет, — ответил я. — А должен был?

Откровенно говоря, сейчас мне было трудно смотреть на Зои. После того как я снова увидел Сару, это было нелегко. Каждый раз, когда бросал взгляд на Зои, я вспоминал, какой сволочью могу быть подчас. Мне приходилось немалым усилием воли изгонять эти мысли из головы и снова лезть в карман, чтобы прикоснуться к визитке.

Дэмиан Андерс Ласкин.

И что мы можем выяснить о Дэмиане Андерсе Ласкине?

Я полагал, что он очень-очень богат.

Это означало бы, что большая часть денег досталась ему от отца — богатого аристократа-промышленника, все еще продолжавшего подталкивать бедного Дэмиана по карьерной лестнице в семейной компании, и она скорее всего называется «Ласкинс лимитед», имеет отношение к виноградникам, ведет свою историю с давних времен, неоднократно меняя название, дабы получше скрыть свое участие в работорговле.

Можно было бы ожидать, что он учился в Итоне. Разумеется. И что там он познакомился с наследным принцем какой-нибудь африканской страны, впоследствии снабжавшим его заказами на поставку оружия. Он с радостью хватался за них, чтобы превзойти отца с его сравнительно мелкими амбициями виноторговца, но его планы рухнули, когда его дружбана свергла военная хунта.

Я думал, выяснится, что он был женат на модели из Восточной Европы, с которой познакомился, когда открывал офис «Ласкинс» в Праге — в этой доверенной ему отцом миссии он не преуспел просто потому, что у него душа не лежит к семейному бизнесу. Детей у них не было — она не хотела рисковать параметрами своей фигуры и перспективой продления контракта с «Клиник», и вообще нелегко, когда тебе почти тридцать, а твой муж думает только о делах и своей любовнице.

Я думал, что он неплохо играет в теннис и берет уроки у Пэта Кэша и Айвана Лендла, познакомившись с ними при организации по уик-эндам игр в гольф для знаменитостей. Обычно подобные мероприятия обставляются как благотворительные, но на самом деле его интересовало только снижение налогов и мнение прессы. Я исходил из того, что он водит спортивную машину, бросает фразы вроде «я обращаюсь с моими спортивными машинами так же, как с моими женщинами» и заканчивает их как-нибудь еще более остроумно. Не могу сейчас представить как, но это точно заставило бы самого Кларксона подавиться жареной свининой и зааплодировать.

А еще я думал, что, куда бы Дэмиан Ласкин ни направлялся, все смеялись над его шутками вне зависимости, стоили они того или нет, и когда он появлялся на публике, ему кивали в надежде на то, что он тоже кивнет в ответ. Все женщины мечтали выйти за него замуж, а мужчины — чтобы он наконец отвалил куда-нибудь подальше, так чтобы их женщины перестали мечтать о замужестве с ним. И как бы жизнь ни обращалась с ним, у Дэмиана Ласкина всегда все будет хорошо, потому что он родился с серебряной ложкой во рту.

Это слишком. Мы так не похожи. Слишком со многим мне придется сражаться. В конце концов, если я не устраивал Сару, если у меня с ней все «дышало на ладан», даже когда…

— Ну? — прервал мои мысли Клем.

Вопросительные взгляды. Вскинутые брови. Все ждут моего мнения. Но по какому поводу?

— Ну… я согласен, — сказал я, как бы подводя черту под обсуждением.

Молчание.

— Но я решительно против того парня, крикнувшего посреди твоего выступления «вон со сцены!», — попытался я спасти положение.

Клем тем не менее повернулся ко мне спиной.

Человек, посчитавший указать на визитной карточке только имя и телефонный номер, должно быть, очень уверен в себе.

Визитная карточка Дэва отличалась еще большей лаконичностью, так как содержала лишь его имя. Это обусловлено тем, что он знает — девушки, получающие его визитки, никогда ему не позвонят.

Но кто в наши дни может игнорировать Интернет? Над кем не властен «Гугл»? Фраза в какой-нибудь социальной сети, строчка в отраслевых новостях и жалоба от населения в местной газетке вызывают ту или иную реакцию.