Чтение онлайн

–  Зря я тебе все рассказала, - со слезами на глазах прошептала она.
– Ты…

Ева вскочила и выбежала из кухни. Сыщик остался сидеть, пребывая в полном недоумении. Какая муха ее укусила? Он что, должен был поверить в шпиона королевы Елизаветы? Это перебор! Мальчишка-актер заморочил Еве голову, она забыла, с кем имеет дело.

И тут Смирнову на ум пришли смутные воспоминания. Когда-то он что-то читал про секретные службы. Кажется, именно при Елизавете Английской, которая вынуждена была защищать страну от испанского вторжения, а трон - от посягавшей на власть католички Марии Стюарт, существовала разветвленная сеть шпионов. Но…

–  Боже!
– пробормотал он.
– Ева кого угодно сведет с ума. На нее весна действует, дурацкие россказни влюбленного парня, спектакли, которых она насмотрелась! У нее слишком сильное воображение. Хорошая порция скепсиса - отличное лекарство от подобных штучек.

Часам к одиннадцати, когда ушел учитель математики и Ася освободилась, мачеха решила поговорить с ней. У девочки было весеннее обострение хронического бронхита, но, слава богу, без астматических признаков. Она стояла у окна, глядя, как с ясного неба падают пушистые снежинки. Спросила, обернувшись:

–  Кристина, откуда берется этот снег? Волшебство!

Ася упорно не желала называть вторую жену отца мамой, и Кристина уже с этим смирилась. Пусть называет, как хочет.

–  Такое бывает, - произнесла она.
– Как ты себя чувствуешь, дорогая?

Дочь Адамова поморщилась. Лицемерие Кристины выводило ее из себя.

–  Нормально. Кашляю. Но уже меньше, - пробурчала девочка.
– Не называй меня «дорогой», пожалуйста, я же просила. Ты меня не любишь. Зачем притворяться?

Кристина поджала губы, промолчала. «Несносная девица, - подумала она.
– Я с ней вожусь, лечу, занимаюсь ее учебой, таскаюсь по санаториям - и никакой благодарности! Словно бы я обязана!»

Ася с неприязненной улыбкой подошла к своему дивану, села, сложив руки на угловатых коленях.

–  Я ведь некрасивая?
– вызывающе спросила она.
– Да, Кристина? Мальчики не обращают на меня внимания. И еще этот кашель… Ну, скажи правду! Разве не ты говорила, что обманывать нехорошо?

«Некрасивая и наглая, - подумала мачеха.
– Влепить бы тебе подзатыльник!»

–  Ты перерастешь это, - вслух сказала она с нотками фальшивой доброжелательности в голосе.
– Все наладится. Похорошеешь, выздоровеешь.

–  Врешь, как всегда, - вздохнула Ася.
– У меня папа красивый, и мама была красивая. Почему я такая уродина?

–  Ты не уродина, ты…

–  Зачем папа женился на тебе?
– не слушая, безжалостно продолжала девочка.
– Нам прекрасно жилось втроем - я, он и Анфиса Карповна. Ты вышла за папу из-за денег?

–  Прекрати! Как ты смеешь?
– вспылила Кристина.

Ася скривилась, передернула худыми плечами, зло уставилась на мачеху.

–  Скажи еще, что ты его любишь! Слышать этого не могу… Мама с папой тоже любили друг друга, а потом мама хотела выпрыгнуть с балкона!

У Кристины пересохло в горле, кровь отхлынула от лица. Девочка сообразила, что сболтнула не то, - замолчала, насупившись.

–  Асенька, о чем ты?

Но та уже замкнулась, рассердилась на себя и на весь белый свет.

–  Ни о чем! Куда ты ходишь по ночам?
– спросила она Кристину.
– Думаешь, я сплю и ничего не вижу?

–  По ночам все спят, особенно больные дети!

Адамова знала, как больнее уколоть Асю. Та покраснела, закашлялась.

–  Я не ребенок! Я все расскажу папе! Когда он дежурит…

–  Ну, хватит, - холодно сказала Кристина.
– Довольно детских фантазий. Может быть, нам стоит обратиться к психиатру? У тебя слишком много странностей, дорогая. В твоем возрасте это связано с гормональным расстройством. Ничего, мы справимся. Сейчас столько отличных лекарств!

Разговора опять не получилось. Мачеха повернулась и резко вышла из комнаты Аси, хлопнув дверью. Девчонка и святого доведет до нервного срыва! Однако что она там говорила про свою мать? Та собиралась выпрыгнуть с балкона? Что-то новенькое!

Адамова позвонила мужу на мобильный. Он не отвечал: наверное, отключил телефон. Они с утра немного повздорили, и Лев Назарович отправился в сауну, снимать стресс. Кристина осталась дома с Асей.

–  Он себе развлекается, - прошептала она.
– А я как на привязи. Сижу, караулю его милую дочурку, которая, если бы могла, давно выставила бы меня за дверь.

Злость на супруга и на свою неудавшуюся судьбу вдруг с небывалой силой проснулась в Кристине. Лева превратил ее в гувернантку для Аси! «Мои девочки!» Чего стоит одно это обращение! Он совершенно не интересуется, чего же хочется ей, жене. Даже подарки на праздники и дни рождения выбирает дорогие, но самые обыкновенные, без души, без изюминки: золотое украшение или французские духи, букет роз - вот и весь нехитрый перечень. Когда-то Кристину страшно обрадовал преподнесенный доктором еще в качестве жениха набор из белого золота - серьги с крошечными бриллиантовыми звездочками и тонкое колечко с таким же камешком. Но те времена миновали.

Она уже забыла, какой роскошью для нее, вчерашней студентки, казались поездка на такси или ужин в ресторане, как она боготворила, обожала Адамова - блистательного хирурга и обаятельного мужчину. Как она… Да что вспоминать?! К достатку привыкаешь быстро, а жизнь одними деньгами не измеришь.

Впервые за годы брака Кристина задумалась: а любил ли Лева свою первую супругу, Елену? До сих пор она была уверена, что покойная соперница в этом смысле оказалась счастливее, но после вырвавшихся у Аси слов появились сомнения.

О том, что Адамов вдовец, знали все сотрудники клиники, а как, отчего умерла Елена, точно никто сказать не мог. Болтали разное, путались в предположениях, и только. Слухи загудели, подобно потревоженному осиному рою, после нашумевшего убийства медсестры Садыковой. Еще бы!

Звук открывающейся двери застал Кристину врасплох. Неужели вернулся Лева? Почему так рано? Она по привычке глянула в зеркало - все ли в порядке с лицом, прической?
– и поспешила в холл.

Адамов сбросил туфли и, как был, в легкой куртке и брюках, развалился в кресле. Его лицо поражало синеватой бледностью.