Чтение онлайн

– Ты принимал жалобы от крестьян, - это было главным обвинением. Он сам никогда бы до такого не снизошел.

– Да, - не мог не признать я свой, как оказалось, проступок.

– Вот и иди, помогай им сам.

– Но как?
– если мне не выделят людей и средства, то, что я могу сделать. Восстановить одну потерю урожая дело нешуточное.

– Иди, ночуй на полях и лови преступников сам, раз уж ты такой доброжелательный и хочешь всем помочь.

Я хотел предложить ему временно отменить десятину и барщину, чтобы крестьяне могли заняться снова пострадавшими полями, но подумал, что новые посевы тоже кто-то может вытоптать.

– Что я могу сделать?

– Все, что хочешь, - отец явно желал свалить все на меня, а сам вернуться к своим тайным занятиям. Его вообще раздражало то, что нужно на что-то отвлекаться. Хорошо, что он еще не отколотил меня, а заодно и невиноватого ни в чем Поля, который вполне мог попасться под горящую руку.

– Сидя всю ночь на поле и возьми с собой попа, это, по крайней мере, воодушевит крестьян. И развеет слухи. Понял?

Я кинул, но едва отец вышел за дверь, со всей силы ударил кулаком по первому попавшемуся предмету. Это оказалось зеркало в круглой латунной раме. Разбитое стекло впилось мне в руку. Мелкие осколки посыпались на пол, и, казалось, что от них исходит не звон, а злорадный женский смех.

– Проклятие, - я сжал окровавленную руку, и меня охватило отчаяние. Как же сжимать шпагу такой израненной рукой. Я не могу ночевать в опасном месте и обороняться, будучи покалеченным.
– Хочу, чтобы раны прошли, - прошептал я вслух.
– И чтобы в них не осталось стекла.

Женский смех и звон одновременно смолкли. В осколках на миг мелькнуло чье-то отражение. Я смотрел и не верил своим глазам. Мелкие окровавленные стеклышки сыпались на пол с моей руки, а раны исчезали так быстро, будто кто-то невидимый зашивал их, как порванную ткань. Мне совсем не было больно. Я не чувствовал больше боли вообще. Ну, разве это не чудо?

Моя радость была секундной. Стоило вспомнить о намеках Магнуса, и я уже не мог больше радоваться. Он ведь сказал, что я могу все, стоит мне только захотеть. Неужели он прав? Или это все ловко подстроенные фокусы, чтобы убедить меня в его правоте. Но я ведь сделал все сам. Я велел ранам зажить, и они зажили. Мое желание оказалось так сильно, что исполнилось. Или магия его исполнила.

– Ты слышал, как я ругался?
– спросил я у озадаченного лакея, прибежавшего на звон бьющегося стекла.

– Милорд,- он запнулся.
– Простите, но я не понимаю иностранных языков.

– Иностранных? Так ты слышал только что чужеземную речь?

– Все знают, как вы любите науки милорд. И как усердно вы учитесь, - пробормотал он.

Я больше не стал к нему приставать. Лучше прослыть ученым мужем, чем магом. Отцу сейчас не хватает только сына - чародея. Он собирается свергнуть короля лишь по той причине, что его приемный сын отмечен дьяволом, а сам растит первенца-колдуна. Ну и ситуация складывается.

Я смотрел на абсолютно чистую кожу на своей руке. Ни одной царапинки не осталось. Но пятнышки крови алели на белой манжете. Я присел на ступень винтовой лестнице в пустынном коридоре. Подальше от слуг, и решил еще раз проверить свой талант. Все мои мысли напряглись при взгляде на бурые пятна. Я пожелал, чтобы они исчезли, зажмурился и прошептал одними губами свое пожелание. Теперь никто уже не мог его услышать, но когда я раскрыл глаза, пятнышки начали светлеть. Через миг они исчезли совсем. Ну и чудеса. Я с довольным видом разглядывал белую манжету. Выходит, прачки и лекари мне больше не нужны. Я со всем могу справляться сам.

Возможно, мне даже Магнус не нужен. Вопреки всем его уверениям можно обойтись и без наставника. Учителя не требуются тому, кто сам может всему научиться.

Лично я всегда ратовал за самостоятельность. Зачем отнимать чье-то время, раз все равно не нуждаешься в наставлениях.

Мне даже захотелось чем-то отметить свое открытие и выпить. Хорошо бы спуститься сейчас в погреб и откупорить одну из лучших бутылок отцовского вина. У него отличный вкус и выдержка. На поля к ночи я отправлюсь уже пьяным, и мне будет все равно, с каким чертом сидеть рядом. Храбрецу нужен алкоголь. Я был в этом всегда уверен.

Было удовольствие стащить пару бутылок, при этом не встретившись с отцовскими виночерпиями. Я взял их из самой дальней ячейки, тоскливо взглянул на бочонок, который у меня не хватит сил унести с собой, и вытащил зубами пробку из горлышка. Уже ощутив тонкий букет, я мысленно похвалил отцовского винодела. Некто прошмыгнувший меж полками испортил мне все удовольствие.

Я оторопело уставился на маленькое пухлое существо, чьи ручонки потянулись к крану у бочки и подставили кружку под струю.

– Не смей!
– велел я, но малыш в красной одежонке меня даже не послушал. Тогда настал момент применить магию. Я велел моим чарам сковать его руки и заметил, как они дрогнули, как остановилась струйка вина, льющаяся из бочки. Воришка мне попался. Я с удовольствием это отметил и двинулся к нему.

– Перестань, - вдруг попросил он, будто знал, каким образом я его задерживаю.
– Прекрати это, Винсент де Онори, и я предложу тебе кое-что взамен.

– Взамен украденного вина?
– я удивился, что он знает мое имя, но вида не подал. Меня смутило злобное старческое личико, так не сочетавшееся с ростом и размерами ребенка. Красный колпак делал его смешным.

– Ты ведь гном, - я почесал в затылке. Кажется, я еще не успел напиться, а мне уже такое мерещится. Но разве Клея не говорила мне о карликах? Купи мазь у карлика, посоветовала она. Не у этого ли. Я окинул его оценивающим взглядом. Есть ли у него с собой такая мазь? Может, Клея имела в виду не всех карликов подряд, а каких-то определенных? Она не сказала мне, где их можно найти. Но один гном уже попался мне сам.

Нужно было воспользоваться предоставленным судьбой шансом и, если только у него действительно есть мазь, выманить ее. Покупать ее у гнома мне совсем не хотелось. Что если в уплату он потребует не монеты, а что-то более серьезное. Например, заставит меня поклясться больше не применять в его отношении чар. Или дать какое-то обещание, которое я потом не смогу выполнить.