Чтение онлайн

— Да, Дим, слушаю, — а вот переключиться мгновенно с одного разговора на другой не получилось. И на другом конце «провода», по всей видимости, это без труда почувствовали.

— Я не вовремя? — догадался Константинов-младший, добавив, — Извини, просто только час назад с экстренной вышли, не мог до тебя дозвониться, всё вне доступа был, — и он уже начал нервничать, теряясь в предположениях, что вдруг могло произойти зная точно, что съемки у отца запланированы только, если не ошибался, на завтра.

— В театре я был, — обронил Константинов, глянув в сторону своей спутницы, которая в этот момент, тоже решила заглянуть в телефон. — А на счет своевременности… — вот тут высказался бы, не будь этот звонок от сына. — Ну, как сказать…

И тон сказал за себя. Вообще, сегодня у него как-то слишком ослаблена функция самоконтроля, что уже начинало настораживать. Слишком рано позволил себе расслабиться. Все проблемы обещали только начаться…

— Понял, — с усмешкой, о которой Константинов-старший догадался по слегка изменившемуся тону сына, заверил Димка, продолжая и уже достаточно серьезно, — Буквально несколько слов, бать. Ко мне сегодня утром приходила твоя Петрова, убеждала поговорить с тобой. Говорю сразу, разбирайтесь сами. Скажи только, ты в курсе, что она Никиту планирует во Францию увезти?

Он был не только в курсе. Ему уже и подготовленные документы предлагали подписать. И он тогда ясно выразился: мальчишка расти будет здесь, в России, рядом с ним. По крайней мере до тех пор, пока не сможет сам принимать самостоятельные решения. И не ожидал, что многоуважаемая супруга разовьет столь бурную деятельность по вывозу ребенка за границу, что даже решится привлечь на свою сторону пасынка, с которым нормальных отношений у нее никогда и не было. Да и впутывать парня не хотелось. Не имеет тот никакого отношения к отцовским проблемам!

— В курсе, — вот сейчас скрывать что-либо от сына не собирался. — Я разрешения давать не собираюсь, и она об этом отлично знает.

— Тогда, смотри, настроена решительно, — счел необходимым предупредить отца Димка. Вот не спокойно как-то было на душе после визита Петровой. Не оставляло ощущение, что ею что-то задумано. Что-то не слишком, возможно даже, законное.

— Догадываюсь, — уж свою вторую жену знал отлично. Только обсуждать этого с сыном, по крайней мере в данный момент времени, не собирался. — У тебя всё? — вот в такой манере старался разговор не заканчивать, но сегодня… Слишком долго Рита что-то изучала в телефоне, с кем-то, если конечно ему не казалось, переписываясь…

— А у тебя там всё уже по-взрослому? Что, реально мешаю? — не удержался от легкой иронии Димка, давая тем самым понять отцу, что догадывается, в чьей тот может находиться компании. Хотя, улетая на очередные съемки, Константинов-старший, помнил точно, ни словом ни обмолвился про свой летне-дружеский роман, лишь точно обозначив область, в которой предстояло отработать очередные эпизоды очередного киношедевра.

— У меня — по-детски, — передразнил Алексей сына, с легким налетом сарказма, добавив, — А с вашей всеобщей помощью, вообще скоро станет — по ясельному.

— Ладно, давай, герой-любовник, — Димка решил всё же больше не отнимать время отца. Однако от легкой иронии отказаться не смог. — Ты только там с очередной женой через неделю в Питер не вернись.

Последняя фраза сына невольно вызвала усмешку Константинова. Вообще очень хотел, но никак не мог понять, как парень относится к вероятности появления в его, Константинова-старшего жизни, отношений с серьезной перспективой на будущее.

— Двоеженство у нас законом запрещено, шутник… — обронил он прежде, чем отключить связь. Однако успел услышать в трубку смех парня. Настроение оба себе, конечно, подняли. Вот только… Для него самого пока не все так гладко, как хотелось бы… А, может, оно и к лучшему, — мелькнула вдруг мысль. С Петровой всё было замечательно… До сих пор разгребается…

— Проблемы? — поинтересовалась Рита, спешно, как по крайней мере показалось ему, пряча в сумочку телефон.

— Да, как сказать… — а у него даже права не было узнать, кому она так спешно строчила послания, пока общался с сыном… — Проблема, но решаемая, — продолжал Алексей, на несколько секунд достаточно серьезно над чем-то задумываясь. — Рита… — и все же решил пойти на риск и попытаться закончить достаточно непростой для обоих, а уж для нее и подавно, разговор на затронутую чуть ранее тему. — Рита, скажите, если бы со своей стороны я дал вам гарантии в завтрашнем дне, вы согласились бы что-то изменить в своей жизни?

Под «что-то» определенно подразумевались её возможные серьезные отношения с другим мужчиной. И, как ни странно, но и у самой подобные мысли возникали. Совершила очередную большую ошибку, впустив в свою жизнь, уже впустив (пусть и не на столько близко как того, другого), этого человека. И хотя еще старалась сохранить максимальную дистанцию, не всегда получалось. И не всегда хотелось. Но, в то же время, было слишком страшно… Однажды уже проходила через ломку и боль потери…

— Интересно, какие гарантии может дать мужчина, имея в паспорте красноречивое свидетельство обязательств перед другой женщиной? — сейчас ему открытым текстом напомнили о браке. И на сегодняшний день это — самая серьезная преграда к любым его просьбам и даже — обещаниям.

— А вы правы, — не стал спорить Константинов, останавливаясь под ярко светящим уличным фонарем. — Хорошо, попробую сформулировать вопрос по-другому. Рита, если бы я предложил вам отношения. Серьезные отношения. Не в браке, понятно. По крайней мере на данном этапе. Но, гарантированно с поддержкой…

А поддержка от него была бы существенной, что Коташова понимала прекрасно. Только… Никто не мог ей гарантировать его безоговорочной верности… И вот это пыталась, безрезультатно, правда, донести в том числе и до Масловой, которая так желала устроить личную жизнь старшей подруги. А теперь — и до самого кандидата… Он не мог гарантировать главного — на всегда остаться в её жизни.

— Я бы ответила, что мне надо подумать, — прозвучал достаточно уклончивый ответ. — Сегодня вы есть, завтра вас нет, — продолжала она спокойно, при этом открыто на него посмотрев. — Мы люди совершено разного круга, Алексей, — а вот по имени тоже называла не часто. — Сломать прошлое легко. Но если вы исчезнете…

«Будет очень больно», — закончила про себя. Вот в столь личном признаваться не собиралась. Слишком рано. Учитывая, что это всего-то их пятая или шестая встреча, не считая двух мимолетных: в парке и минувшей зимой в областном центре, где и словом-то не перекинулись… То события, можно сказать, развиваются слишком стремительно.