Чтение онлайн

Как всегда бывает в таких случаях, опустошенный раздумьями, он рано встал, решительно умылся, побрился, и будучи уверенным в своих действиях, позвонил Вовке.

– Ну что? Договорился? – спросила жена, разбуженная ранней суетой Михал Михалыча.

– Да. Договорились встретиться, обсудить детали, – насупив брови, строго сообщил Михал Михалыч.

– Ну и правильно! Вот, возьми с собой еду, если сегодня поедете, то накормишь этих твоих работников, – сказала жена улыбаясь и протягивая побеждёному Михал Михалычу сумку.

С Вовкой встретились возле гаража. Потрезвее, чем накануне, но еще более злой, он стоял и курил. Сухо поздоровавшись, Вовка взял с места в карьер:

– Так чо, едем за стройматериалами?

– Стоп–стоп! – «едем», – передразнил его Михал Михалыч, – мы с тобой еще ни о чем не договорились! Сколько, чего, кто работать будет? За какое время сделаете, сколько денег…

– А "чо–сколько", – мы сразу там договоримся, – оборвал Вовка Михал Михалыча. – Ведь всё равно надо посмотреть на объект, я ж тебе говорил! А работать с мной будет Славик, – ты знаешь его, – бывший твой сосед. Штукатурит зашибись, может даже на одной ноге стоять на стремянке, и штукатурить! – хрипловато хохотнул Вовка, отбросив окурок. – Так чо, едем? Делать–то всё равно надо…

Михал Михалыч вновь почувствовал себя обезоруженным. Всё, что заготовил в качестве диалогов, требований, летело к чёрту! «Наглость – второе счастье» – вспомнил он разбитную философскую сентенцию. «С другой стороны, за цементом всяко пришлось бы заскочить, да и "делать всё равно надо!" – тут Вовка прав! – подумал он.»

– Хорошо, поедем! Только учти, прежде, чем вы начнёте что–то делать, распишем всё по–порядку, что и сколько стоит, – чтоб потом претензий не было! Да, – предупреждаю, – никаких авансов! Сделали – получили!

– Распишем, – не вопрос! Могу даже паспорт с собой взять, можешь договор составить, – всё по–технологии! – расплылся Вовка. – Ну, чо, Славику звоню?

– Звони! А где стройматериалы покупать будем?

– А на стройбазе, в подвале. Там всё есть и сетка, и цемент…

– Стоп! А зачем сетка?

– А ты пеноблок собрался штукатурить без сетки? Ты что? Всё по–технологии! – опять заржал Вовка. – Мне не надо, чтоб через месяц у тебя всё отвалилось, и ты мне предъявил… – в трубке ответили, и Вовка переключился на диалог по–телефону: «Ну ты чо, Славик? Договаривались же подойти к гаражу! Где–где, в Караганде! Ты уже пропил мозги? Не помнишь, где я подвал делал, в гаражах, на берегу?.. Давай… Быстрей…»

– Вот народ, а?! – обращаясь к Михал Михалычу, подвёл резюме телефонной беседы Вовка. – Бля, десять раз надо объяснить… «где, где» – передразнил собеседника Вовка, скорчив недовольную гримасу и выпятив нижнюю губу, – сказал бы я «где»…

– А Славик – это тот дебошир, что жену свою метелил через день? Тот что–ль? С третьего этажа, в моём подъезде?

– Он! Но ты не смотри что он дурной, работает он – зашибись! Пьёт тоже, правда, – душа широкая, первая рюмка проскочит, и понесло его–о… Дурной становится, – спасайся кто может! – хохотал в голос Вовка. – Но, штукатурит, говорю, – зашибись! – и Вовка сквозь смх начал пересказывать дебоши Славика. – Он ведь еще и здоровый, чё–орт… Но, – и дурно–ой…

Михал Михалыч, обескураженный только что включением сетки в процесс его разорения, и теряющийся в догадках, насколько это обстоятельство удорожит и усложнит штукатурку, получил дополнительную пищу для своих размышлений, – как теперь совладать с алкашами–шабашниками? Он помнил, как однажды, проходя по подъезду, столкнулся со Славиком, который в безумном пьяном угаре душившим свою жену, видел вопящих от ужаса детей, растрёпанную тёщу Славика, взывающую к помощи…

– Давай как–то договоримся, что никакого бухла, и гулянок! Делаете, получаете деньги и расстаемся. Бухайте потом, сколько хотите! – почти как мольбу изрек Михал Михалыч.

– Само–собой! Я вообще не пью! Вот только Славик… – заржал Вовка.

До стройбазы доехали без приключений. Вовка подтрунивал над Славиком, тот что–то несвязное бурчал. Михал Михалыча их перепалка не смешила, а раздражала – катает двух раздолбаев на своей машине, везёт их на дачу, еще и деньги им плати!

Михал Михалыч бывал на стройбазе, и тут же отметил про себя, что Вовка путается в лабиринтах выставленных стеллажей, не зная, как пройти в торговое помещение. Вовка что–то буркнул в своё оправдание, типа – переставили всё, не пройти, – что–то в этом роде.

В конторке продавца стояла очередь. Михал Михалыч, подчиняясь установленным порядкам, встал в очередь. Вовка и Славик топтались у витрин, рассматривая товары. В тот момент, когда очередь подошла, они уже живо беседовали с двумя знакомыми мужиками, забыв про Михал Михалыча.

– Вова! Славик! Вы выбрали, что надо? – возопил Михал Михалыч, когда продавец подняла глаза, и обратилась к Михал Михалычу: «Слушаю!»

– А? Да–да, – нам нужны грибки, Славик, какие? Восемь на девяносто подойдет? – засуетился Вовка. – Сколько, Славик, взять? Штук двести возьмём?

– Бери четыреста! – буркнул Славик.

– На остатке всего двести! – отрезала кассир.

– Давайте двести… Сетка… есть?

– Какая?

– Штукатурная, ячейка двадцать на двадцать? Да, Славик?

– Штукатурной нет, будет через неделю, есть сварная, армопанели, пластмассовая…

– … – шабашники онемели.

– Вова, ты же утверждал, что тут всё есть? – уже с раздражением выдавил Михал Михалыч, – что делать будем?

– А пластификатор для раствора есть? – растеряно спросил Вовка.

– Пластификатор не держим, надо заказывать! Будите заказывать? – как робот, протораторила кассир.

– А когда привезут?

– Без понятия, день–два…

– Ладно, давайте нам «грибки», остальное, будем искать, – подвел итог Михал Михалыч, доставая бумажник. – Пробейте сразу еще цемент и маяки! Сколько мешков вам надо, мастера?

– Мешков двадцать…

– Пробейте тридцать! И маяки, сколько?..

– Штук двадцать…

– Давайте тридцать! – по хозяйски отрезал Михал Михалыч, беря инициативу в свои руки, понимая, что на этих раздолбаев надежды нет. – Пусть у вас накладная полежит, я пришлю "Газель", – попросил он продавца–кассира.