Чтение онлайн

Кто-то пихнул меня к земле. Что-то схватило меня. Оно было твердым как камень. И тут же меня подняли высоко в воздух с такой же легкостью, с какой я сам поднимаю иногда с земли травинку или букашку.

Бросив взгляд вниз, я увидал стремительно уменьшавшихся Хендрика, Снаркса и брауни, которые с выражением ужаса на лицах не сводили с меня глаз. А где же учитель?

Слева от меня кто-то чихнул. Борясь с ветром, я кое-как повернул голову и увидел Эбенезума, зажатого в тисках желтой когтистой лапы. Оглядев себя, насколько это было возможно, я увидел когти и понял, что и меня держит такая же лапа.

Лицо мое было обращено к земле, и я не мог, не вывернув шеи, разглядеть того, кто нас схватил. Учитывая размер когтей, незнание могло оказаться благом. Я мог разглядывать только проносившиеся далеко внизу пейзажи и пожалел, что так плотно пообедал накануне.

Двигались мы с быстротой, превосходящей самые смелые фантазии. Я боялся, как бы ветер не сорвал одежду с моего и без того окоченевшего тела.

В ушах у меня стоял свист, из глаз лились слезы. От страха и злости я завопил, но сомневаюсь, чтобы кто-нибудь слышал мои крики, – настолько силен был шум ветра. Что могло быть хуже или унизительнее такой беспомощности?

И тут когти нашего похитителя начали разжиматься.

Я ухватился за чешуйчатую желтую лапу. Лучше уж вечно лететь, терзаемым беспощадными ветрами поднебесья, чем упасть с такой высоты и быть разорванным в клочья ветвями деревьев! Но они неумолимо приближались. В панике я и не заметил, что наш похититель, видимо, собрался приземлиться.

Неожиданно перед нами открылась заполненная людьми поляна. Но нет, то были не люди. То были абсолютно иные существа.

И тут когти разжались.

Поднимаясь на ноги, я беспокоился об учителе. Но он был рядом, – правда, его черное одеяние растрепалось, шляпа куда-то исчезла, однако в остальном он был, кажется, цел и невредим. И разумеется, чихал без остановки.

Вдруг где-то поблизости раздался страшный рев. Я привычно потянулся за своим тяжелым дубовым посохом, но его нигде не было. И тут только до меня дошло, что и посох, и мой мешок остались там, на поляне, где мы повстречали единорога!

Значит, придется драться кулаками. Не отводя взгляда от травы под ногами, я постарался успокоиться и утвердиться в решимости сражаться, если понадобится, до последнего вздоха – за Эбенезума, за Вушту!

Я поднял голову и оказался лицом к лицу с существом, подобного которому мне не доводилось видеть ни разу в жизни.

– Золото у тебя есть? – Голос прозвучал как отдаленный раскат грома. Голова создания была как у орла, однако тело ничего общего не имело с птичьим, скорее, оно напоминало тело льва. Так это он ревел? Не очень ободряющий звук. Еще у него были огромные крылья и хвост, похожий на заднюю половину длиннющей змеи. Понятное дело, я несколько оробел.

Тварь снова заворчала, очевидно недовольная моим молчанием:

– Еще раз спрашиваю, золото при себе есть? Что я мог ему ответить? Я и понятия не имел, есть у нас золото или нет. Всеми нашими финансовыми делами всегда ведал Эбенезум. Но в присутствии этого непростого создания волшебника снова скрутил жестокий приступ насморка. Змееобразный хвост твари начал нервно подергиваться. Клюв раскрылся, и из него вылетел не поддающийся описанию звук: похоже было, будто львиный прайд пытается заглушить своим ревом клекот стаи орлов. Ужасно неприятно.

– Па, кончай! – Еще одно магическое животное, на этот раз с головой и крыльями орла, приставленными к лошадиному телу, галопом пронеслось между мной и ужасающим видением напротив. – Ты что, не видишь, парнишка в штаны наложил от страха?

– Но мы же должны соблюдать обычаи! – строго заметил отец. – Грифоны всегда требуют золото.

– Да, ко как раз обычаи-то мы и собирались поменять, забыл?

– Ах да! – Грифон судорожно сглотнул. – Ладно, поговорим об этом попозже, без посторонних. Смышленый мальчик. – Ни к кому особенно не адресуясь, он продолжал: – Своевольный немного, но зато смышленый.

– Но, па! Ты же должен им сказать!

Грифон повернулся к сыну и рявкнул:

– Я ничего никому не должен!

– Но, па! Зачем же мы тогда их сюда притащили?

– Ах да. – Грифон снова умолк. – Верно. – Животное повернулось ко мне. – Вы были похищены не без причины.

Грифон-сын направился к моему все еще не оправившемуся от приступа учителю:

– Знаешь, па, похоже, у этого парня большие проблемы.

– Ты еще учить меня будешь! – Разозлившись, Грифон хватил когтистой лапой по траве. Та стала значительно короче. – Молодежь нынче пошла! Ничем на них не угодишь! Послушай-ка меня, сын, и заруби себе на клюве: нечего меня перебивать!

– Но я же хочу помочь! – И сын топнул копытом. – Пока ты раскачаешься, сто лет пройдет!

– Никакого уважения! – глухо проворчал Грифон. – Когда я был в твоем возрасте, никто не носил таких длинных перьев. Ты всех мифических животных позоришь!

Из-под мантии, в которую с головой спрятался Эбенезум, доносилась канонада сплошных «Ап-чхи!».

– С ним надо что-то делать. – Грифон-сын слегка подтолкнул волшебника своим клювом. – Если он помрет, то и разговаривать будет не с кем.

– Ну, ладно. – Грифон снова смотрел на меня. – Так ты уверен, что у тебя нет золота? – Он кивнул двум стоявшим поодаль созданиям. – Переверните их и потрясите как следует: может, что и выпадет.

Молодой грифон не ошибался: дела Эбенезума и впрямь были плохи. Вряд ли подобная встряска ему поможет. Я поспешил заметить, что, даже будь у нас золото, мы наверняка потеряли бы его во время полета.

Грифон вздохнул:

– Это верно. С птицей Рух всегда одно и тоже. Летает быстро, зато соображает плохо. – Животное, склонив голову набок, смотрело на меня орлиным глазом. – Но она – исключение. Большинство из нас очень талантливы.

– Может, дать им немного отдохнуть, – милосердно заметил грифон-сын. – Старый сарай…

– Замолчи и предоставь старшим принимать решения! Юнец! – Грифон умолк, потом радостно всплеснул крыльями. – Ну конечно! Старый сарай! Там нет ветра. Чихающий человек сможет там согреться и обсохнуть. Через несколько часов он будет говорить.

– Ты хочешь сказать, слушать, не так ли, па? Грифон было зарычал, но тут же осекся:

– Ну да. Мой сын прав. Значит, завтра на заре и проведем собрание. – Он печально покачал головой. – Ну почему ни у кого никогда нет золота? Старому Грифону трудно привыкнуть к новым порядкам.