Чтение онлайн

Я бы лучше проглотил язык, чем перечислил обреченные и уже сожженные здания. Но и партизана изображать было ни к чему. Я сказал:

– Я слышал что-то о старых домах. Все они – памятники архитектуры. В основном с деревянными вторыми этажами.

– Это и я знаю, – протянула Лена. – Но знаю я мало. Меня, кстати, уже допрашивали, но я не стала ничего рассказывать про дела Сережи. Мало ли что? Вот только тебе решила рассказать, так как ты тоже, говоришь, пострадал… Кто у тебя? Друг?.. Хотя, нет конечно. Девушка.

Я неохотно покивал, чувствуя, как меня все более изощренно пытаются вызвать на откровенность.

– С ней хоть ничего не случилось? Непоправимого?

– Пока нет. Ну… Не хочу об этом говорить.

– Я, кажется, поняла. Если ты будешь говорить слишком много, у нее будет неприятности. Ну так и не говори лишнего. Давай лучше вместе придумаем, как нам найти Таганцева.

Холеные пальцы с изысканным маникюром принялись постукивать по панели. Женщина, наверное, думала о том, каким образом лучше извлечь информацию из Игоря, когда он наконец попадется. Интересно, какие методы ей доступны? Учитывая, что денег у нее куры не клюют, то вплоть до самых крутых, можно не сомневаться. Горе тому, кто попадет такой хищнице под горячую лапу!

Я сказал:

– Знаю точно, где его вряд ли стоит искать.

– Это где?

– У бывшей жены и у родителей.

– Почему?

Я изложил свои соображения. Лена задумалась.

– Неубедительно, – произнесла она потом. – И те, и другие могут спрятать человека, даже если придется сильно потесниться. Хотя насчет первого варианта я могу согласиться. Бывшая жена еще может какое-то время выручать, но если вместе с ней живет бывшая теща… Сомнительно. А вот у родителей – тут ты не прав. Мать есть мать. У меня у самой дочка… В Англии учится. Я ее несколько месяцев не видела. Но если она вдруг скажет, что попала в беду…

И Тигрица опять показала когти.

– Но мне известно и то, что Игоря и кроме нас есть кому искать, – рискнул я открыть еще одну карту.

– Кому? – глаза так и сверкнули.

– Тем, кто убил Веслова, – сказал я жестко. – Им нужно заставить Игоря замолчать, особенно если допустить, что он шпионил для них.

– Откуда ты знаешь?

– С этого места и дальше говорить не могу.

– Ладно… Тогда сделаем вывод, что ты прав и насчет бывшей жены, и насчет родителей. У убийц достаточно возможностей, чтобы накрыть колпаком обе квартиры. Верно?

– Ты тоже права. Мне намекали, что у них есть собственные детективы.

– Тогда где? У друзей? У любовницы?

Друзей как раз у Игоря особенно и не наблюдалось. Конечно, я знаю далеко не все про его жизнь (точнее, знаю очень и очень мало), но ни разу не слышал о пикниках с бывшими однокурсниками или с кем там еще. Кроме того, он ведь непьющий. А насчет любовницы я уже пытался уточнить у Лады.

– Так она тебе и сказала, что у Игоря есть другая женщина! – воскликнула Тигрица. – Даже если и знает, наверняка промолчит… Но это значит и то, что наши конкуренты тоже ничего не знают про нее. Как думаешь?

– Можно допустить.

– Значит так, Саша. Если ты еще не понял, мы с тобой на одной стороне. Ты, конечно, мне не сказал всего, и я понимаю почему. Но все же я предлагаю попытаться вместе искать Таганцева. У меня есть некоторые возможности, которых нет у тебя… Зато в случае каких-то проблем… Ты же мужчина.

Черт, не иначе запах феромонов слегка размягчил мой мозг. Что за женщина… И я подумал – а почему бы нет? Почему бы не принять помощь? Сам я прочесать довольно крупный подмосковный район не в состоянии. А кроме того, от меня ведь не требуют полной откровенности…

– По моим расчетам, но только по очень приблизительным, Таганцев может быть в Новопеределкине. В квартирах, или в коттеджах он прячется – мне неизвестно, – сказал я.

– Поняла. Вместе будем заниматься, или дашь мне свободу действий?

В этот момент я почти поверил, что Лена действительно находится со мной по одну сторону баррикад. И поэтому предложил:

– Пока лучше каждый за себя. Если что – созвонимся.

– Замечательно. – Лена подарила мне еще одну улыбку. Я поймал себя на том, что тоже скалюсь в ответ, но вдруг вспомнил кое-что еще.

– Скажи мне, пожалуйста… Восьмого числа Сергей был на работе? – спросил я.

– С утра – точно не могу сказать, не спрашивала. И вообще последние несколько дней он крайне редко сидел на работе после обеда. Был либо дома, либо ездил по городу. А восьмого днем я была у него.

– А ты случайно не помнишь, часа в три ноутбук был у него включен?

– Могу ошибиться, но мне кажется, да.

Хотите – верьте, хотите – нет, но я поверил Лене. Может быть, не так как самому себе, но все же достаточно. Конечно, доверяя – проверяй… Я заехал домой, восстановил систему в ноутбуке (не с резервной копии Веслова, а поставив чистую, с «нуля») и попробовал раскопать curriculum vitae моей новой знакомой, хотя бы вкратце. Мобильный номер, который я получил от нее, был зарегистрирован на Минкееву Елену Андреевну, которая имела в собственности квартиру номер сто восемьдесят один в том же доме, что и покойный Веслов. Вот и ответ, что там за странная приписка была в базе данных нашей фирмы – «могу находиться у Е. М.» Таганцев, надо полагать, тоже был с ней знаком. Шикарная женщина, необходимо признать… Сколько же ей лет?

Почему-то не было никакого желания излшне глубоко копать в базе данных московского паспортного стола – разочароваться, что ли, боялся?.. И так понятно, что она постарше меня будет, но вот намного ли? Да и к чему такие подробности?

Мне больше хотелось уточнить другие моменты. Я сказал Лене, что все здания в списке Веслова были охраняемыми памятниками архитектуры. Так ли это? Почему бы не съездить на два пепелища, не уточнить, если будет, конечно, у кого? Может быть, еще что-то удастся выяснить?

На самом деле, я никак не мог взять в толк, почему именно эти десять домов так не полюбились (или полюбились) геростратам? В столице ведь еще много подобных уникальных зданий, есть и более древние, времен Иоанна Грозного, если не старше. Есть и новее. Должны быть и красивые и, вероятно, не очень. По какому же критерию отбирал Веслов подведомственные ему памятники для сожжения? Всё ли он знал? А если он поначалу чего-то не знал, то не получилось ли, что он докопался до чего-то такого в процессе своих поисков, за что его и ухлопали? Или его ухлопали за то, что он потребовал излишне много денег? За что, кстати, он мог требовать деньги? Да еще миллион или больше (ясно, что в «зелени»)? За хорошую работу? За информацию? За молчание?