Сфинкс
Шрифт:
Но те же уродцы создавали препятствия для пуль из курбатовского "интердинамика". Рожок опустел больше чем наполовину, выстрелы раздавались реже. Курбатов отвинтил и отбросил уже ненужный глушитель, только мешающий теперь прицельно стрелять, зашипел от боли, причиненной раскаленным металлом. Он шарахнул "интердинамиком" по голове особо надоедливого страшилу, чем испортил механизм куклы и освободил себе дорогу
Борис и Ольга покинули Луну через нижний люк и оказались в парке.
– "Аманда Линн"!
– вспомнил Борис.
– К реке!
Они побежали к выходу. Курбатов и Волынов вылезли из Луны и помчались следом, ориентируясь по звуку шагов.
– Возвращаются в коттедж?
– недоверчиво пробурчал Курбатов.
– Глупо. Они там как на ладони.
– Нет!
– Волынов вытянул руку к причалу - Они постараются уйти рекой! Скорее! Наперерез!
Поскольку Курбатов разделался с освещением, разглядеть что-либо у причала было невозможно. Волынов на ощупь нашел большой прожектор у домика Тома Лэннинга, но пока он нашаривал аварийный рубильник, время уходило...
Спотыкаясь в темноте, Борис и Ольга достигли причала.
– "Аманда Линн" - крайняя справа, - проговорил запыхавшийся Градов.
Волынов наткнулся наконец на рубильник. Ослепительный белый луч ударил с берега. Он приближался к "Аманде Линн", где Борис лихорадочно, ломая ногти, отвязывал концы.
Ольга щелкнула тумблером зажигания. Двигатель завелся без капризов, но чтобы управлять яхтой, надо было зажечь хоть какой-то свет. На этот риск пришлось пойти, включив маленькую лампочку над приборной панелью.
– Вон они!
– завопил Волынов и накрыл "Аманду Линн" лучом прожектора.
Яхта отваливала от причала, Борис и Ольга пригнулись за надстройкой.
На этот раз Курбатов прицеливался очень долго. Ему надоела суетливая беготня, он хотел стрелять наверняка. Волынов провожал яхту прожектором. Цель была превосходной - медленно движущейся, хорошо освещенной...
Борис выжал газ, резко увеличивая скорость. Беспощадный луч словно приклеился к яхте. Курбатов выстрелил... Он промахнулся.
Внезапно произошло нечто, повергнувшее Курбатова и Волынова в состояние аффективного транса - яхта исчезла. Луч прожектора ползал по серым камням, не попадая на воду.
– А, будь оно всё...
– простонал Волынов.
– Это скалы, яхта идет под прикрытием скал!
– За ней, на берег!
– Нельзя, Алексей Дмитриевич. Там нет ни дорог, ни тропинок. Это дикие скалы, понимаете? Дикие скалы! Идти туда в темноте - верная гибель. Свернем шею на первых шагах.
– Тогда возьмем другую яхту, догоним по воде...
– Уже не догоним.
– Ты хочешь сказать, что мы их упустили?
– Вертолет!
– воскликнул Волынов.
– Мы можем взять вертолет, здесь никто ничего не увидит и не услышит, некому!
– Что?
– Вертолет из клуба!
– Ты умеешь водить вертолет?
– Да, я занимался в таком же клубе, в Норфолке! Идемте! Никуда они не денутся!
– Тогда быстрее... В машину, надо взять автомат!
– Оставьте что-нибудь для Слейда...
– И ему хватит, Леша...
Когда они добежали до площадки, Волынов распахнул дверцу ближайшего вертолета. Осваиваясь, он посидел в пилотском кресле, потом запустил двигатель, что без ключей сделать было непросто, но для Волынова выполнимо. Лопасти раскручивались сначала неторопливо, потом превратились в натужно звенящий, рубящий воздух круг.
Волынов приподнял вертолет над площадкой, включил три обращенных к земле прожектора. Летающее чудовище понеслось к устью реки.
Борис вел "Аманду Линн" поближе к скалам. Он надеялся, что им удалось оторваться, что преследователи переломали кости в скачках по огромным камням или попросту отстали. Его заблуждение развеял гром небесный.
– О, Боже...
Ревущий вертолет надвигался сверху. Оттуда хлестнула автоматная очередь, прошила тонкую крышу надстройки. Курбатов зарядил компенсатор винтовочной гранатой.
– Попрощайтесь с папой, дети, - сказал он и выстрелил.
Граната вбуравилась в воду правее борта "Аманды Линн".
– Ниже!
– заревел Курбатов, перекрикивая грохот двигателя.
– Прижми их к берегу!
– Что?
– К берегу, к скалам! Сажай их на камни и зависай!
Он выразительными жестами объяснил Волынову, что от него требуется.
Со скоростного виража вертолет так низко промчался над "Амандой", что наклоненный диск лопастей едва не задел сигнальную мачту. Курбатов вставил в компенсатор вторую гранату.
"Аманда" удирала на всех парах, но тягаться с вертолетом она не могла... Луч её прожектора, желтоватый и блеклый в сравнении со сверкающим треугольником воздушного дракона, полз по скале. Борис не выключал его - от вертолета все равно не спрячешься, а яхта может налететь на камни.
– Смотри!
– Оля вытянула руку.
Наполовину залитый водой грот, где хватит места для "Аманды"! Там можно укрыться от вертолетной атаки... Борис перевел штурвал вправо, но добавлять газа было уже некуда.
С вертолета тоже заметили грот. Курбатов поспешно выпустил гранату. Пуск совпал с маневром Бориса, и вторая граната плюхнулась в воду, снова по правому борту. Курбатов поливал яхту свинцом. Пули изрешетили носовую надстройку, очередь прошла по корме. В топливный бак Курбатов не попал, но пули заклинили двигатель. Он чавкнул и замолчал. "Аманда" потеряла ход. С разбега она ещё скользила по воде к гроту, но все медленнее и медленнее.