Чтение онлайн

— Да пребудет над вами безбрежная, как пески пустыни, милость Амона! Уважаемый, в благодарность за то, что вы охраняли меня и мою семью во время нашего странствия по этим диким местам, прошу вас не побрезговать и принять от меня оплату за ваш тяжелый труд и за тот ужасный риск, которому вы себя бесстрашно подвергали.

После этого, Некра почтительно вручил предводителю «доблестных защитников» две золотые пластинки, из числа тех, которые он нарезал из обшивки золотого ящичка. Мудрый египтянин, едва завидев вооруженный отряд, предусмотрительно достал их из кошеля, который тут же спрятал за пазуху. Сделано это было единственно для того, чтобы не ввергать в искушение его простодушных соотечественников.

С достоинством приняв, причитающуюся ему оплату, предводитель всадников взмахнул рукой, и отряд тут же рассеялся по оазису, оставив путешественников в покое. Утомленные местным навязчивым сервисом, путники, которых уверенно вел Некра, вскоре остановились перед лачугой, сложенной из грубых саманных кирпичей. Вышедший из нее старец, облаченный в белые одежды являлся старейшиной кочевников и полноправным хозяином оазиса Пяти пальм.

Расставшись с десятком золотых пластинок и заручившись поддержкой и благословением старца, путешественники получили в свое распоряжение убогую хижину и разрешение остановиться в оазисе на постой до следующего утра. Первым делом, купив за четверть золотой пластинки несколько кувшинов с водой у грязного, сплошь покрытого болячками водоноса, друзья утолили давно мучающую их жажду. Блаженно растянувшись на пыльных пальмовых ветвях заменявших, местным жителям подстилки, друзья отдыхали. Тем временем, Некра прихватив с собой Абу, куда-то исчез.

Вернулся он нескоро с сумками полными еды и большим узлом, в котором была местная одежды. После плотного, не то позднего завтрака, не то раннего ужина, египтянин дал некоторое время друзьям отдохнуть и привести себя в относительный порядок.

После этого, усадив всех в кружок, он на правах местного гида прочел им маленькую лекцию:

— Здесь в Египте, чужеземцы, как и в любой другой стране, привлекают повышенное внимание. В нашем нынешнем положении, это совсем ни к чему. Первое, что нужно будет сделать — это изменить вашу внешность. Даже после того, как вы переоденетесь в традиционно одежду египтян, вас будет выдавать белый цвет вашей кожи. Но не грустите, это дело легко исправить.

С этим словами Некра достал из лежащей перед ним сумки несколько темно-коричневых плодов, размером и формой напоминавших лимон.

Раздав их всем, кроме Абу египтянин продолжил:

— Это орехи дерева сех-сех, едкий сок, которых поможет вам стать неотличимыми от коренных египтян.

В течение последующих нескольких часов друзья были заняты тем, что тщательно окрашивали друг другу лица и другие, выступающие из-под одежды части тела. После этого, переодевшись в поношенную местную одежду они превратились в настоящих уроженцев оазиса Пяти пальм.

Еще раз, критически осмотрев Сенся, Ольгу и Иннокентия Павловича, Некра недовольно скривился:

— В общем, неплохо, но голубые глаза достойного Иннокентия Павловича сразу, же выдают в нем иноземца. И что более всего пугает меня, так это то, что теперь он стал чужеземцем, замаскированным под египтянина. Возникает вопрос зачем, и с какой целью? Стражники фараона сразу примут его за вражеского шпиона.

— И что теперь делать? — напрягся Иннокентий Павлович.

Как вскоре выяснилось, напрягался он, совсем не зря, потому, что не в меру изобретательный Некра, нимало не смущаясь, смастерил из него слепца, засунув ему под веки бараньи мясные пленки. После этой варварской процедуры голубые глаза Иннокентия Павловича перестали быть проблемой.

Этой же ночью, когда путешественники ужинали, расположившись возле костра, Абу в благодарность за свое спасение передал Некра опаленный огнем древний папирус. Скупо, в двух словах он рассказал о зловещей пещере, в которой погибли его старшие родственники.

Начав разворачивать папирус, Сенсей восхищенно присвистнул:

— Неплохой уровень картографии для глубокой древности!

На потемневшем от времени папирусе была изображена детальная мелкомасштабная карта Ливийской пустыни. Некра поспешно промотав свиток дальше, обнаружил на нем ряд древних иероглифов, которые тут же бегло перевел друзьям:

— Здесь сказано «Достигнув Повелителя Ужаса, дай верный ответ на его загадку. Уцелевшему откроется тайный путь, который приведет к Сокровищам Древних Богов».

Едва взглянув на древнюю карту, Иннокентий Павлович безапелляционно заявил:

— Даю голову на отсечение, что здесь изображен северо-восток африканского континента, с пометкой на плато Гиза! А Повелителем Ужаса, если мне не изменяет память, испокон веков считался Большой Сфинкс. Так, что, скорее всего речь здесь идет о подземелье скрытом глубоко под ним.

— Если бы мы нашли эти несметные сокровища, то я смог бы купить на них преданных сторонников и навербовать огромную непобедимую армию! — воскликнул, загораясь масштабной идеей Некра. — После чего я возглавлю мятеж против ненавистного Сети, и свергну его с трона!

— Дружок, а ты случаем ничего не позабыл? — мягко напомнила ему Ольга. — Я имею в виду, кто-то здесь собирался оживлять прекрасную Нефертау.

Некра, словно остановленный на полном скаку жеребец, дернулся, покрылся красными пятнами, и неловко закашлявшись, тихо сказал:

— Ты как всегда права, о мудрейшая! Благодарю, за то, что пристыдила меня! Я должен, как можно скорее отыскать захоронение своей возлюбленной Нефертау, для того чтобы вернуть ее в мир живых.

Кроме того, что в Проклятой штольне, по всей видимости, было полным полно золота, Карлу с Веревием удалось узнать от Сынка еще одну любопытную деталь. Как оказалось, в колоссальной пещере, входом в которую являлась Проклятая штольня, обитало многочисленное племя троглодитов. Они отнюдь не голодали, но с провиантом у них там было очень и очень непросто.

— Так, это что у нас получается? — Веревий вперил в Карла, сверкающие от нервного возбуждения, глаза. — Этим бедолагам там внизу совсем жрать нечего! Вот отчего они, всем скопом и полезли как тараканы наружу! Надоело вам знать друг дружку жрать-то, а Сынок?

— Да-а, наверху человеки вкуснее! — закивал тот своей огромной башкой. — Шибко вкусные!

— С одной стороны, им нечего кушать, с другой стороны они сидят в подземелье, набитом золотом, — задумчиво произнес Карл, многозначительно переглянувшись с Веревием.