Шрифт:
Пролог
Когда пуля поражает живую плоть, раздается отчетливый звук — его узнаешь даже издалека: рокочущий гул катится над землей и вдруг смолкает, словно наткнувшись на невидимую преграду. И раздается глухой, тяжелый удар. Том у, кто слышал этот звук, его уже никогда не забыть.
Егерь Джо Пикетт, строивший ограду вокруг стога сена, замер с плоскогубцами в руках. Он наклонил голову и прислушался повнимательнее, а затем снял соломенную ковбойскую шляпу и вытер платком лоб. Его форменная красная рубаха прилипла к груди, по спине струился пот.
Он ждал, зная по опыту, что вдали от города легко обмануться — принять один звук за другой. То ли это был ружейный выстрел, то ли рухнуло дерево, то ли просто лопнула автомобильная шина. «Пока не услышишь второго такого же звука, не считай его выстрелом» — вот главное правило здесь, в лесу. Бывалые браконьеры тоже его знают. Поэтому стараются бить наверняка.
В глубине души Джо надеялся, что второго выстрела не будет. Егерем он служил всего неделю, и у него было много дел — накопились за три месяца, прошедшие с тех пор, как легендарный егерь Верн Даннеган ушел на пенсию.
Выстрелы в округе Твелв-Слип, штат Вайоминг, гремели нередко. Ружья здесь имелись у всех. Может, это какой-нибудь фермер подстрелил койота.
Снова тот самый звук!
Джо взглянул на северо-запад, туда, откуда донесся второй выстрел. Стреляли далеко, километрах в четырех-пяти.
Максина, лабрадор Джо, лежавшая в тени «форда»-пикапа, тоже услышала выстрел и вскочила. Поняла, что пора за работу. Джо открыл дверцу машины, которую украшала надпись: «Вайомингское охотничье хозяйство», и собака прыгнула в салон. Он вынул из чехла винчестер с оптическим прицелом и сунул его в стойку у заднего окошка. Ремень с кобурой валялся на полу. Он поднял его и надел.
Джо развернул пикап и, дав по газам, помчался в сторону гор. Дороги здесь не было, ехать пришлось по полю, левые колеса он направил по коровьей тропе, а правыми машина мяла кусты полыни. Максина, чтобы удержать равновесие, положила передние лапы на приборную доску и уперлась мордой в ветровое стекло.
— Приготовься, — сказал ей Джо. Но к чему — он и сам не знал. Во рту у него пересохло, и испуган он был не на шутку.
В лесу егерю если и встречаются люди, то по большей части с оружием. Даже рыболовы и туристы предпочитают вооружаться. Но была середина лета, сезон еще не открылся. В крупного зверя сейчас могли стрелять разве что браконьеры да скотокрады, а они, если поймать их с поличным, могут быть опасны.
Джо Пикетт взобрался на пригорок и увидел: у подножия холма лежали трупы трех оленей. Глотки их были перерезаны — чтобы вытекла кровь, но разделывать туши еще не начинали. Над самым крупным оленем склонился бородатый мужчина в футболке и джинсах. Мужчина весил килограммов на двадцать больше Джо, но ничего угрожающего в его фигуре не было. В руке он держал окровавленный нож. Ружье лежало в кустах полыни метрах в пятнадцати от него. Свой пикап, старенький «Форд-250», он оставил в лесочке у соседнего холма.
Джо съехал с пригорка и поставил свой «форд» между мужниной и его ружьем. Он вылез, велел Максине оставаться на месте и подошел к мужчине.
— Бросьте, пожалуйста, нож, — попросил Джо.
Браконьер швырнул нож в траву. Джо решил, что револьвер доставать пока ни к чему. Он вообще предпочитал не пользоваться оружием, тем более что стрелок из него был никудышный.
— Рановато вы начали — до открытия сезона еще четыре месяца, — сказал Джо.
Он узнал мужчину — это был торговец дичью Оут Кили.
— Мяса в дом хотел принести, — тяжело вздохнул Оут. — Семью-то кормить надо.
Джо склонился над ближайшим оленем, самым крупным из трех, провел рукой по бархатистым рогам.
— Что-то я сомневаюсь, что вы выбрали лучших самцов стада только для того, чтобы забить морозилку. — Он сурово взглянул на Оута Кили. — На мясо пошла бы и олениха.
Джо знал: за рога такого размера, к тому же пока еще покрытые кожей, в Азии платят многие тысячи долларов — считается, что оленьи рога обладают целебными свойствами и стимулируют мужскую потенцию.
— Придется выписать штраф. Вы ведь Оут Кили, да?
Оут этого никак не ожидал. Щеки его запылали.
— Это что, шутка, что ли? — спросил Оут, перешагнул через оленью тушу и оказался рядом с Джо. — Ха, так я ж вас знаю! Вы у нас егерь, из новеньких?
Джо кивнул, вытащил из заднего кармана книжечку квитанций и начал заполнять бланк.
— Слыхал я про вас. Вы тот упертый, который арестовал губернатора Вайоминга за то, что он ловил рыбу без лицензии.
— Я не знал, что он губернатор, — буркнул Джо и тут же об этом пожалел.
Оут Кили заржал и хлопнул себя по ляжке.
— Не знал, что он губернатор, — повторил Оут. — Я про это в газете читал. Все читали. — Оут сменил тон и заговорил серьезно: — Слушайте, вы ж не собираетесь и в самом деле штраф выписывать, а? Я ведь живу торговлей дичью. Если у меня отберут лицензию, чем мне семью кормить? Слушайте, я не шучу, мы ведь с вами можем договориться.
— Я тоже не шучу. Будьте добры, ваши водительские права.
До Оута Кили наконец дошло, что дело приняло серьезный оборот. Джо заметил, как он бросил взгляд на ружье.
— Да никто и не заметит, что этих тварей нету, — выпалил Оут. — Верн Даннеган с такой ерундой и возиться бы не стал.
— Я не Верн Даннеган, — сказал Джо, стараясь не показать, насколько удивили его слова Оута.
— Это уж точно, — ответил Оут и, достав из кармана бумажник, протянул его Джо.
Джо собрался его взять, но тут Оут дернул Джо за руку, и тот потерял равновесие. Джо и опомниться не успел, как Оут вытащил из его кобуры револьвер.